Космическая одиссея (СИ)

Взгляд Апофиса метался в бреду. Он уже не понимал, что я говорю ему, хотя я знал, что эти слова навечно останутся в его памяти.
— Амонет! Амонет, где ты? — Начал он призывать свою царицу.
— Её здесь нет. Она отдалась Сокару. Ведь это именно она предала тебя.
— Нет!!! Амонет, любовь моя!
— Твоего бога зовут Имхотеп. Помни об этом.
Наконец, я оставил морально раздавленного червя погружаться в собственные кошмары, после чего пошёл в комнату отдыха. У меня есть ещё полчаса, чтобы посмотреть телек.
Обратно в госпиталь я вернулся, когда диагностическое заклинание показало угасание жизненных функций. Тут присутствовали Джек и доктор Фрейзер. Минут пять назад гуауд потерял сознание, и они смогли пообщаться с личностью его носителя, пообещав устроить похоронную церемонию и отправить его душу в рай. Сейчас же червь пришёл в себя и сверкнув глазами прошептал:
— Помогите.
— Нет. — Безжалостно ответил Джек.
— Сосуд…
— Нет.
— Мне очень страшно. — Выдавил из себя Апофис.
— Веруй в меня и спасёшься. — Напомнил ему я.
В ответ он последний раз сверкнул глазами и забился в агонии. И в этот момент я ощутил, как от Апофиса пошёл сильный поток Бахиони. В последний миг жизни он уверовал в меня. Поток был даже сильнее, чем от моих самых фанатичных последователей. Что ж, значит эта драма продолжится. Я незаметно накинул на Апофиса заклинание, удерживающее душу, и продолжил безучастно наблюдать за происходящим.
— Гуауд мёртв. — Диагностировала доктор. — Но носитель ещё жив.
В палату вошёл Дэниел, несущий какой-то древнеегипетский хлам. Он расставил эти предметы, и начал говорить что-то на древнеегипетском. Закончив, он дал вольный перевод данного текста.
— Я сказал ему, что погребальная фигурка впитает его последний вздох и отправит его душу обратно в Египет.
Через минуту сердце человека остановилось, и он помер.
— Вот это я и называю дикими варварскими верованиями. — Прокомментировал я. — Сейчас его душа стоит рядом с телом, и недоумевает, почему он всё ещё здесь, а не вместе со своей семьёй.
— Ты можешь видеть его душу? — Удивился Дэниел.
— Конечно. И посмотрите, что вы наделали. Вместо того, чтобы доверить его душу настоящему богу, вы поклоняетесь бездушным идолам. Этот кусок глины не способен ничем помочь умершему. Вы просто дали ему надежду, а потом разрушили её, погрузив душу в беспросветную тьму отчаяния. Так что когда гуауды воскресят его, страдания этого человека усилятся тысячекратно. Вы этого добивались?
— Я… я хотел успокоить его. — Начал оправдываться Дэниел.
— Благими намерениями выстлана дорога в ад. Вы отрицаете веру в меня, и при этом сами верите в совершеннейшую чушь.
В палату вошёл Тилк.
— Время пришло. — Провозгласил он. — Мы открыли врата.
— Отлично. — Потёр руки я. — Ладно, счастливо оставаться, а я пошёл.
С этими словами я взмахнул рукой, и сдерживавшие Апофиса путы распустились. После этого я схватил его за правую ногу, сдёрнул с кровати и пошёл в сторону зала врат, таща тело за собой. Оно билось головой об углы и застревало в проходах, но мои рывки продолжали двигать его вслед за мной.
— Ты что творишь? — Возмутилась доктор.
— Это тело принадлежит мне. Генерал Хаммонд согласился с этим. Так что вас не касается, что я делаю с ним. Я обещал отдать это тело Сокару, но не уточнял, будет ли оно к этому моменту одним куском.
Протащив труп Апофиса по коридорам, я оказался в зале врат. Тилк шёл за мной, и его грудь распирало чувство глубокого удовлетворения. Как я его понимаю.
— Генерал Хаммонд, благодарю вас за гостеприимство. — Бросил я, проходя мимо местного начальства и Ток’Ра. — На переговорах с Сокаром я дам ему понять, что моих друзей лучше не трогать. Всего хорошего.
На этом я прошёл во врата, всё так же волоча труп за ногу. На выходе меня встречали обеспокоенные джаффа и мой клон из чакры. Я, естественно, не стал бросаться в портал не глядя, а пустил вперёд разведку.
— Джаффа, кри! — Выкрикнул я, сверкая глазами. — Отведите меня к Сокару. Быстро!
 
Смертные забегали из стороны в сторону, изображая бурную деятельность. К вратам тут же подогнали шаттл, в который я и забрался, таща труп на буксире. Джаффа на такое моё отношение к богу только таращили глаза.
Через пять минут я влетел в ангар хаттака. Встречал меня сам Сокар в окружении десятков своих воинов.
— Кто ты? — Спросил он, наблюдая за тем, как я старательно выковыриваю застрявшее тело из шаттла. Наконец, я дёрнул посильнее, и тело обрело свободу, отделавшись свёрнутой шеей.
— Я Имхотеп, бог знаний и архитектуры. Склонитесь предо мной, ибо я истинный бог.
К удивлению Сокара, все его джаффа и даже подчинённые гуауды опустили оружие и встали на колени. Я опять использовал магию, заставляя окружающих думать, что именно мне они всегда и служили. Маленькое, почти незаметное внушение резко поменяло расклад сил.
— Арестуйте его. — Указал я на Сокара, за одно магией отключая все его побрякушки. — Привяжите к кресту в моём тронном зале. И помогите мне отнести это тело туда же.
— Что? Не слушайте его. Это я ваш повелитель! Приказываю вам убить его.
Но все вопли бывшего повелителя остались без ответа. Джаффа быстро скрутили его, приложив сапогами по морде лица, а потом потащили вслед за мной.
— А ничё тут у тебя, стильно. — Похвалил я вкус Сокара, оформившего свой тронный зал в золотых и красных тонах с мрачным освещением. С помощью чакры стихии Земли я создал из переборки корабля крест. — Привяжите его туда. — Указал я своим новым подчинённым. — А это бросьте тут. — Изуродованное тело Апофиса замерло перед троном, на который я только что уселся.
Я сформировал заклинание исцеления и начал наблюдать за его работой. Души обоих умерших были рядом, так что через пять минут Апофис и его носитель были живы, здоровы и молоды.
— Проснись, отец. Ты уверовал в меня, и я исполнил своё обещание. — Апофис раскрыл глаза, осмотрелся и поднялся на ноги, ещё раз изучая окружение. — Отныне, ты владелец этого корабля и всей империи Сокара. А твой противник беспомощен и находится в полной твоей власти.
— Джаффа, кому вы служите? — Выкрикнул Апофис, таращась на меня.
— Мы служим тебе, владыка. Апофис наш бог. Отдай приказ, и мы тут же исполним его.
Я встал с трона и отошёл в сторону, наблюдая за тем, как неверие и отчаяние в душе Апофиса сменяются радостью и ликованием. Он отдавал приказы, выслушивал ответы и всё больше уверялся, что теперь джаффа действительно служат ему.
Заняв трон, Апофис обратился ко мне.
— Имхотеп, теперь я верю, что ты бог. Ты сотворил чудо. Я доволен тобой.
— Конечно, отец. — Коварно улыбнулся я в ответ.
— Сокар, ты посмел напасть на меня. За это ты понесёшь наказание. Я буду пытать тебя вечность!
Апофис сорвал с руки пленника устройство для пыток, напялил его на себя и начал пытать своего врага, полностью отдаваясь чувству собственно превосходства, всевластия и вседозволенности.
Я использовал заклинание, чтобы частично выйти из-под восприятия окружающих. Они видели меня, осознавали, что я рядом, но не могли достаточно сосредоточиться на мне, чтобы как-то учесть в своих планах.
Апофис разошёлся не на шутку. Два часа он непрерывно пытал Сокара, после чего пошёл отдохнуть в саркофаге, следуя своей установившейся за тысячи лет привычке.
— Зачем ты сделал это? — Обратился ко мне пленник, когда я подошёл к нему и скинул вуаль незаметности.
— Ты ведь ненавидишь Апофиса? — Спросил я, заглядывая в глаза гуауда.
— Да.
— И ты хочешь превратить его жизнь в ад?
— Да!
— Тогда ты должен понимать, что прежде чем погрузить кого-то в пучину отчаяния, следует дать ему надежду на будущее. Тогда его страдания будут сильнее стократ. — Я посмотрел на недоумевающего гуауда. — Когда придёт время, не зевай. Кто знает, может, Апофису действительно удастся подчинить себе твою армию?