Как спасти детей и фигуру (СИ)
– Я же должен уберечь свою жену, – прошептал он.
– Я – не твоя жена! – прошипела я, вырываясь из объятий.
– Но ты – в ее теле, попаданка. Для всех ты – императрица. Моя императрица, – хищно прошептал Дамиан, касаясь губ искушающим поцелуем. – И я не собираюсь тебя отпускать… искать приключения.
Я замерла, как пойманный зверек. Такой короткий поцелуй, а сердце затрепетало. Губы так и остались чуть разомкнуты, будто прося продолжения. А Дамиан отвел помрачневший взгляд.
«Он просто помнит, как Кассию ранили на ярмарке. И готов на все, чтобы ее драгоценная тушка себя не угробила», – полезли ядовитые мысли.
Я отвернулась, вставая на ноги. На платье нацепились сухие травинки. Еще парочка, похоже, застряла в волосах. Я принялась быстро-быстро отряхиваться.
– И вообще, что за глупая идея: в сено кидать? Нашел деревенскую романтику! А еще император!
Дамиан тихонько и бархатисто рассмеялся, расслабленно откидываясь на спину.
– И что? По-твоему, мне не может нравиться валяться в мягком стогу? – он вальяжно прикусил кончик длинной травинки. – Или аромат простого свежего хлеба? Или взять коня и мчаться по пустошам безо всяких слуг?
– А потом пить с ним из одного ручья? – фыркнула я, вертясь на месте и пытаясь осмотреть платье сзади.
Дамиан встал одним плавным движением. Он успел подобрать из стога пушистый колосок и теперь нагло щекотнул по носу.
– Кажется, земная девочка слишком капризная!
Я недовольно дернулась. Расчихаться тут еще не хватало!
– Я – императрица, мне можно! – потерев нос, буркнула я.
– Кассия никогда не брезговала посидеть с кухаркой на кухне или пройтись по самому обычному рынку, – в глазах Дамиана проступили грусть и задумчивость.
Я мигом взбесилась, но не показывать же перед ним слабость! Точнее, тупую ревность, жгущую изнутри. Пришлось глубоко вдохнуть, чтобы приглушить эмоции.
– А еще с радостью вытирала бы сопли сироткам, да? Я поняла. До вашей распрекрасной императрицы я не дотягиваю, – я закатила глаза прежде, чем направиться на выход.
– Катя, – окликнул Дамиан.
Голос прозвучал сдавленно, будто бы виновато. Я остановилась. Сердце предательски сбилось с ритма, а в животе от волнения встрепенулись бабочки. Расшалившаяся фантазия мигом нарисовала, как Дамиан сейчас пламенно извинится за воспоминания о Кассии… а потом так же пламенно поцелует. Можно в этом самом стогу. Даже возмущаться не буду!
Я медленно-медленно обернулась, облизнув пересохшие от волнения губы. Дамиан подошел ближе. Он протянул руку к моим волосам, заставляя замереть в предвкушении. Тонкие сильные пальцы аккуратно вытащили травинку из темных прядей.
– Не забудь, что приедет портной с платьем на последнюю примерку, – сказал Дамиан. – На императорский бал и охоту соберутся гости со всех уголков Литории. Ты должна будешь блистать.
***
Бальный зал был украшен пышными красными пионами и розовыми лентами. На потолке поблескивала золотая роспись, и я еле держалась, чтобы не стоять постоянно с задранной головой, разглядывая легкокрылых фей и прекрасных рыцарей. Оркестр играл легкие, чуть тягучие мелодии, ничуть не мешающие слышать шорох дорогих тканей и тихий хрустальный смех. Дамы прогуливались под руку с кавалерами, гости брали с подносов бокалы, знать обменивалась последними сплетнями.
– Сначала будут танцы, потом пир и выступление артистов, – шепнул мне Дамиан, будто в сотый раз наставляя несмышленыша перед утренником.
Я закивала, как болванчик, уже не слушая. Взгляд скользил по нарядам. Гости приветствовали нас поклонами и реверансами, а в глазах рябило от золотого и серебряного шитья да множества драгоценностей. Да что там выставка в Москве, где я впервые увидела Дамиана! Ястреб умер бы от зависти, увидев этот зал, где каждое второе платье было украшено самоцветами.
Мой наряд, естественно, не отставал. Тугой корсет подчеркивал фигуру, а пышная юбка давала почувствовать себя настоящей королевой из сказки. Вышитые золотом цветы сверкали от каждого движения, заставляя блистать все платье.
По тону оно соответствовало изящной вышивке, которая вилась по воротнику и рукавам на темном костюме Дамиана. Рыжие волосы были стянуты в аккуратный хвост, перевязанные лентой. На поясе висели ножны, а из них виднелась богато украшенная рукоятка.
Я заприметила в толпе Юлиана и Элеонору и дернулась было к ним. Дамиан слегка сжал мою ладонь.
– Нам сейчас открывать бал, – сказал он. – Подойдешь после первого танца.
Я вздохнула. В сказках о королевском «долго и счастливо» не предупреждали, что после свадьбы Золушку затянут не только в корсет, но и в рамки дворцовых правил. Впрочем, мрачные мысли растворились, как только заиграла музыка. Гости расступились, оставляя пустым центр зала.
Дамиан стал напротив меня, слегка поклонившись и протянув руку. Я с улыбкой присела в ответном реверансе, и моя изящная ладонь оказалась в мужской, широкой и горячей.
К счастью, заиграли знакомый вальс, а не какую-нибудь старинную сарабанду. Дамиан мягко привлек меня к себе, кладя руку на талию. Я доверчиво опустила ладонь на его плечо, отдаваясь в этом танце, позволяя вести и кружить по залу, как ему будет угодно. Раз-два-три, раз-два-три… Дыхание сладко сбивалось, а сердце трепетало. Тело машинально следовало мелодии. А в голове не было ни единой мысли о технике. Только о чарующих зеленых глазах напротив, смотрящих тепло и немного грустно.
«Смотришь на лицо Кассии и понимаешь, что это не она?» – захотелось усмехнуться мне, и стало горько.
В этот момент Дамиан прокружил под рукой. Так, что перехватило дыхание. Не то от того, как резко ускорилась музыка, не то от того, как близко он. Его горячее тело и аромат хвои, будто до рассвета бегал по лесу диким котом.
Мои ресницы затрепетали, и я поддалась приятному головокружению вальса. Прикрыла глаза. Растворилась во все ускоряющихся шагах. И показалось, вот-вот – и мы взлетим над мраморным полом, закружимся уже в воздухе.
Когда вальс закончился, я открыла глаза неохотно, как после сладкого сна. Мы отошли в сторону, идя под руку. А потом объявили новый танец, и ко мне подошел мужчина в годах. Благородный профиль, почти белоснежная седина и сухой этикетный поцелуй в сантиметре над ладонью.
– Ваше Величество, подарите мне эту куранту?
– Кур… куранты? – я нахмурилась, лихорадочно перебирая в голове все, что пытались впихнуть в нее за последние дни о бальных танцах. – Боюсь, у меня… закружилась голова после вальса!
– Прошу прощения, – улыбнулся мужчина и отошел к другой даме.
Я проследила за ним взглядом. И тут мне на глаза попалась тощая фигурка Аленки. Сердце оборвалось, и я дернула Дамиана за рукав:
– Катастрофа.
– Что такое? Ты забыла танцы? Какой вилкой пользоваться для десерта? Или кто из тех пузатых стариков – посол?
– Хуже! – зашипела я. – Дети!
Глава 13
Забыв про всякую императорскую величественность, я подобрала юбки и бросилась к маленькой чертовке. Она уже улыбнулась нескольким гостям и теперь потянулась к угощениям, стоящим на небольшом столике. По крайней мере, я понадеялась, что к ним, а не к бокалам с шампанским, сладко пахнущим клубникой.
– Ты что здесь делаешь, паршивка? – прошипела я, хватая Аленку за локоть. – Мы же оставили вас со слугами!
Она повернулась ко мне, уставившись во все глаза. И мне подурнело еще сильнее. Увидь я ее ночью – точно перебудила бы визгом весь дворец.
Аленка где-то раздобыла косметику. В итоге, лицо было выбелено пудрой, губы – намалеваны алым, глаза – густо подведены черным. А по щеке и подбородку – расставлены мушки. Светло-русые волосы, всклокоченные на макушке на манер «парик XVIII века», оказались притрушены все той же пудрой. Картину завершало детское платье, под которое были надеты все юбки, которые нашла эта девчонка. А корсет, явно стащенный из комнаты служанок, она затянула на максимум. И похоже, сверху подсунула под платье пару носовых платков, чтобы создать видимость груди.