Баллада о Лорелее (СИ)

Он в недоумении посмотрел на Миллса.
— А-а, — Элисон безнадежно махнул рукой. — Не бери в голову. Есть у нас тут сладкая парочка — Пирсон и Горман. Развлекаются, кретины. Зальют глаза и начинают палить во все, что движется. В окрестных лесах целая груда подстреленной ими живности.
— Та-ак… Теперь понятно, откуда здесь этот мерзкий запах. И что, все молчат?
Миллс молча развел руками.
Снаружи снова хлопнуло раз, другой и третий, а затем раздалась длинная автоматная очередь. Послышались громкие пьяные крики.
Джошуа рванулся к двери.
— Постой! — Элисон смотрел на него в полном недоумении, ухватив за рукав рубашки. — Ты куда?
— Должен же их кто-то остановить.
Джошуа рывком высвободил руку, а затем выскочил в коридор и быстрым шагом направился к выходу из коттеджа.
— Брось, не связывайся! — крикнул вдогонку Миллс. — Себе же дороже станет!
Однако Джошуа его уже не слушал.
Это мы еще посмотрим, что и кому станет дороже, со злостью думал он. Какая-то пара пьяных мерзавцев ради забавы расстреливает местных животных, среди которых нет ни одного хотя бы мало-мальски опасного, а всем на это совершенно наплевать. Делают вид, будто все в порядке. Мол, ничего особенного не происходит. Подумаешь, одним представителем местной фауны больше, одним меньше, какая проблема. Жалко, конечно, но так, мол, и должно быть, судьба, мол, у них такая.
Ну уж нет! Пока я здесь, никакой бессмысленной охоты больше не будет! Хватит уже, настрелялись! На Земле в свое время тоже сначала методично истребляли целые виды, а потом спохватывались. Ах-ах, как же так, осталось всего несколько особей! И тут же тебе и почетное место в Красной книге, и усиленная охрана оставшейся в живых популяции. Спрашивается, а не проще ли было вообще не уничтожать? Вопрос, разумеется, риторический.
Нельзя допустить, чтобы на Лорелее повторилось что-либо подобное. Конечно, не исключено, что катастрофические климатические изменения переживут далеко не все представители местной фауны, но это совсем не повод для того, чтобы превращать убийство в забаву.
И кстати. Откуда все-таки у этих подонков оружие? И зачем оно здесь?
Джошуа скатился по заросшим черной травой ступенькам, покрутил головой, выбирая направление, и ринулся по дорожке налево. Позади пыхтел Миллс, не оставлявший безнадежных попыток его остановить.
Черта с два ты меня остановишь, думал Джошуа, отпихивая в сторону нависшие над тропой огромные резные листья. Возьму за грудки и набью морду. Даже две морды.
Пирсона и Гормана Джошуа обнаружил на краю вертолетной площадки. Оба так называемых охотника стояли над телом, судя по всему, только что подстреленной добычи и лениво переругивались. Джошуа подошел ближе.
— …вообще молчи, — услышал он. — Говорю, на той неделе был такой же. Не спорь со старшими.
Джошуа отметил высокий рост говорившего и его общий гориллообразный облик. Близко посаженные злые глазки и короткая стрижка ежиком. Не иначе, спортсмен, качок. Пожалуй, справиться с таким будет трудновато.
— И ничего не такой! — ответил другой, ростом пониже, но тоже плотный, с круглой как бильярдный шар лысой головой. — Вон, смотри, у этого три желтых полоски на спине, а у того было четыре! И уши круглые! Что, не так?.. Готов поспорить! На ящик пива, слабо, а? Ты того куда выбросил? А то пойдем, найдем, сам во всем убедишься. И нечего на меня наезжать, если ничего не помнишь! Совсем память пропил?
— Поговори у меня! На его место захотел?
— Ишь ты, какие мы нынче борзые! Ну давай, давай, попробуй. Это кто еще на его месте окажется…
— Что здесь происходит? — произнес Джошуа, подходя вплотную. — Развлекаетесь?
Лысый неторопливо повернулся и взглянул на него как на пустое место. При этом сильно покачнулся и чуть не упал. Вокруг мгновенно распространился запах дешевого виски.
— Это кто? — вопрос, судя по всему, был задан напарнику.
— А хрен его знает, — ответил гориллообразный. — Новый летун, кажется… А может, не летун… Вроде я тут всех знаю, а этот незнакомый какой-то… Наверное, летун все-таки.
 
— Вот что, летун, или кто ты там, — сказал лысый. В голосе отчетливо слышалась угроза. — Шел бы ты… А то огорчим ненароком.
— Огорчалка еще не выросла, — со злостью ответил Джошуа. — Ваша работа?
Он указал на лежащего в траве мертвого зверька размером с енота, покрытого короткой темно-коричневой шерстью с желтыми полосками вдоль спины. Густо измазанными изумрудного цвета кровью. Вывернутая набок большая круглая голова, сильно напоминавшая кошачью, и огромные неподвижные глаза, укоризненно вопрошавшие: за что?
— Наша! — с вызовом ответил лысый. — И что теперь?
Он откровенно усмехался, поигрывая автоматом так, чтобы наглому летуну было хорошо видно. Гориллообразный тоже ухмыльнулся, перекидывая свой автомат поудобнее, словно невзначай направив ствол в сторону Джошуа.
По морде, подумал Джошуа. Прямо по наглой лысой морде. Ну что ж, сами напросились.
Он вдруг мгновенно оказался рядом с лысым и, крепко ухватившись за ствол, одним точным движением вывернул автомат из потных ладоней, едва не сломав лысому пальцы. А затем, пока противник не до конца осознал, что происходит, левой рукой обхватил его сзади за горло, а правой направил автомат в сторону гориллообразного.
— Бросай оружие! — рявкнул он. — Я не шучу!
И в подтверждение своих слов выстрелил тому прямо под ноги. Гориллообразный неожиданно резво отпрыгнул в сторону и круглыми глазами посмотрел сначала на Джошуа, а затем на своего приятеля, явно не зная, что предпринять.
— Повторять не буду! — предупредил Джошуа и приподнял ствол автомата повыше.
— Стив! — прохрипел полупридушенный лысый. — Делай, что он говорит.
Гориллообразный Стив злобно взглянул Джошуа прямо в глаза, плюнул и бросил автомат себе под ноги.
— Вот так, хорошо. А теперь пять шагов назад. Живо!
— Ну, я тебе, гад… — сквозь зубы процедил Стив, однако приказ выполнил.
Джошуа резко толкнул в сторону своего пленника, отчего тот кубарем покатился в траву, а затем быстро подобрал брошенное оружие.
— Еще раз увижу что-то подобное, — пообещал он, вешая второй автомат на плечо, — пеняйте на себя. Так легко не отделаетесь.
— Это ты, гад, пеняй на себя, — мрачно пообещал Стив. — Теперь ходи и оглядывайся.
— Очень страшно, — усмехнулся Джошуа. — Может, мне у вас прощенья попросить?
Лысый тем временем поднялся на ноги и, пошатываясь, смотрел на Джошуа налитыми кровью глазами.
— Еще попросишь, — злобно прохрипел он. — Молить будешь… на коленях… А я тебя на кусочки буду резать.
— Хм… Попробовать, конечно, можно. Но для вашего же блага никак не советую. В общем, хватит, утомили уже… Я сказал, вы услышали. Так что лучше мне не попадайтесь.
Джошуа повернулся к противникам спиной и неторопливо пошел по тропинке к своему коттеджу.
Интересно, нападут или не нападут? Хорошо бы напали, вот тогда я отвел бы на них душу с чистой совестью. Нет, не рискнули… жаль. Слабаки оказались, честная драка явно не про них. Вот из-за угла, да в спину… это да. Как-то я с ними слишком ласково обошелся, осталась все-таки в душе некая неудовлетворенность. Словно не до конца выполнил порученное ответственное задание. Н-да… Хотя, с другой стороны, подождем, еще не вечер. Вряд ли они на этом успокоятся… А все-таки я молодец, не до конца растерял былые навыки. Хоть и обучали меня не в военной академии, однако подготовка у нас в космическом десанте тоже кое-чего стоит. А бывших десантников, как известно, не бывает.
Джошуа грустно вздохнул. Как ни хорохорься, а факт есть факт. Для него космический десант — далекое прошлое. Бурное, густо насыщенное как радостями ослепительных побед, так и горечью отчаянных поражений. А также потерями… Одну из которых он так и не смог пережить. Именно тогда он решил для себя — все, с него хватит. Так что теперь он… как они сказали?.. летун, вот. Ну да, летун и есть.
Джошуа остановился посреди дорожки, взял автомат за ствол и с размаху зашвырнул далеко в чащу. А следом за ним и второй.