Баллада о Лорелее (СИ)
У самого коттеджа его поджидал Миллс. Джошуа молча прошел мимо и поднялся по ступенькам, направляясь в свое жилище. Миллс уныло поплелся следом.
— Зря ты так, — сказал он, когда они, наконец, переступили порог комнаты. — Ты даже не подозреваешь, с кем связался.
Джошуа подошел к столу, взял банку пива и вопросительно посмотрел на Миллса. Тот отрицательно покачал головой. Тогда Джошуа открыл банку и сделал мощный глоток. Хорошо! Особенно после удушающей жары снаружи.
— Почему это не подозреваю, — осведомился он. — Всего лишь пара отъявленных мерзавцев.
— Если бы… Ситуация совсем не так проста, как ты думаешь.
— Ну что же, просвети, я весь внимание.
— Хорошо. Только не перебивай.
Картина, обрисованная Миллсом, получалась далеко не радостной. Джошуа мельком даже успел пожалеть, что вообще связался как с этой несчастной экспедицией в целом, так и с Аланом Стромбергом в частности. А все деньги, проклятые деньги… вернее, их отсутствие. Если бы не деньги, черта с два вы меня здесь увидели бы. Вот и предшественник мой, этот самый Рональд… видимо, разобрался что к чему, да и рванул отсюда, куда глаза глядят. И правильно сделал. Я бы тоже рванул, да некуда. К великому моему сожалению.
— Как ты думаешь, — говорил Миллс, — откуда у Стромберга средства на экспедицию? Не знаешь, правильно. И никто не знает, хотя многие догадываются. Как раз вот тут-то собака и зарыта, как мне теперь представляется. Ну сам посуди, планета сорвалась с орбиты и летит черт знает куда, климат меняется так, что жизнь становится просто невыносимой, поселенцы целыми толпами бегут на Землю, рейсовые звездолеты берут чуть ли не штурмом… И вдруг этнографическая экспедиция для изучения каких-то несчастных аборигенов, на которых в сложившейся ситуации всем по большому счету глубоко наплевать. Странно, не правда ли? Ни одна порядочная организация в таких условиях не возьмет на себя ответственность за подобного рода предприятие и уж тем более за судьбы вовлеченных в него людей. Получить финансирование при подобном раскладе становится воистину невыполнимой задачей. И тем не менее Стромбергу это удается. Вот и спрашивается, кто же на самом деле этот безумный спонсор?
Миллс замолчал и уставился на Джошуа так, словно рассчитывал, что именно Джошуа сейчас ему и объяснит, откуда Стромберг взял деньги.
Однако, тот лишь с невозмутимым видом пригубил пиво из банки и коротко произнес:
— Продолжай.
— Криминал, — почему-то шепотом поведал Миллс, с тревогой стреляя по углам бегающими глазками. — Бандиты, мафия… называй как хочешь. А Пирсон и Горман — их глаза и уши. Да и кроме этих двоих есть тут еще несколько… Ты думаешь, кто у нас здесь, в экспедиции, главный? Стромберг? Не-ет, всем заправляет эта парочка и им подобные. И оружие, как сам понимаешь, таким типам просто необходимо, без него они чувствуют себя голыми, словно в бане. Для поддержания авторитета, так сказать. Или для вразумления особо заупрямившихся. Вроде тебя.
— Это как раз понятно. Я другого не могу взять в толк: а для чего этим самым… э-э… бандитам какая-то богом забытая этнографическая экспедиция?
— Экий ты… непонятливый. Мы же все-таки здесь что-то находим… Ну, всякие так называемые предметы материальной культуры… некоторые из которых, кстати, весьма и весьма дорогие… серебряные и даже золотые… один медальон вообще платиновый, представляешь? А также записи, рисунки, книги, в конце концов, что в результате может оказаться даже куда более ценным… Многие музеи готовы хорошо оплачивать подобные находки. А уж теперь, когда все до смерти напуганы перспективой возможного уничтожения биосферы Лорелеи, включая самих лорнов, цены вообще могут взлететь просто до небес. Надеюсь, ты, наконец, понял, что здесь на самом деле происходит и с кем ты столь опрометчиво связался?
Джошуа задумчиво смотрел в потолок и молчал. Ситуация явно перестала ему нравиться. В его ближайшие планы очевидным образом никак не вписывалась возможность объявления войны всей организованной преступности на планете.
— Давай сделаем так, — не дождавшись ответа, произнес Миллс. — Вылетаем по моему маршруту, возвращаемся, а затем я отправляю тебя в город. Повезешь в музей наши находки за последний месяц, и останешься там до тех пор, пока здесь все не уляжется. Обещаю поговорить с Аланом, когда он вернется. Надеюсь, ему удастся разрулить эту неприятную во всех отношениях ситуацию. Что скажешь? Как тебе такой вариант?
Джошуа медленно перевел взгляд на Миллса, несколько долгих мгновений всматривался в его лицо, а затем одним мощным глотком допил пиво, смял в кулаке банку и точным броском отправил ее в мусорную корзину.
— Согласен, — сказал он. — Вылет через пятнадцать минут.
Элисон что-то ответил, однако Джошуа почему-то не смог разобрать ни слова.
Звуки пропали, а силуэт Миллса перед глазами внезапно расплылся и превратился в мутное бесформенное пятно. Стены комнаты покосились, изогнулись и начали медленно таять. Последним исчез из поля зрения плакат с портретом Стромберга, а затем вселенную затопила плотная белесая дымка. Джошуа плыл сквозь клубящуюся муть, поддерживаемый легчайшими, почти неощутимыми теплыми потоками, и с едва уловимым чувством досады думал о том, что реальность, кажется, опять уступает место сновидениям, и все начинается сначала. Сейчас снова вернется демон, потом Кэт…
Хотя… против нее я, пожалуй, не возражаю… Может быть, она все-таки сумеет объяснить мне, что все это означает и чем закончится.
Он закрыл глаза и стал ждать.
Джошуа не знал, сколько времени прошло до того момента, как он почувствовал, что воздушный поток сначала замедлил свое движение, а затем и вовсе остановился. Невесомое тело неторопливо начало обретать вес и медленно-медленно и крайне осторожно поплыло прямо вниз, туда, где судя по всему, должна была находиться земля. Наконец, движение прекратилось, и Джошуа всей спиной ощутил ровную твердую поверхность.
Тогда он собрался с духом и открыл глаза.
Глава 5
Сны закончились.
Прямо перед ним стояла Кэт. Не ведьма из бредового сновидения, повелевающая молниями и открывающая порталы, а самая обычная натуральная Кэт. В руках она держала знакомый золотистый плод со срезанной верхушкой. Джошуа отметил, что на сей раз ее грудь прикрывают густые пучки черной травы, завязанные на спине, а на бедрах красуется сплетенная из той же травы короткая черная юбка.
Н-да… немного досадно. Что касается меня, то, вне всякого сомнения, я предпочел бы ее предыдущий наряд.
А где же демон?
Джошуа повел глазами по сторонам и слегка успокоился, нигде не обнаружив проклятой твари.
Прекрасно. Вот уж без чьего общества я с удовольствием обойдусь…
— Как ты себя чувствуешь? — Кэт улыбалась слегка ироничной, все понимающей улыбкой.
— Хорошо, — машинально ответил Джошуа и только потом осознал, что да, действительно, хорошо. Боли не было. Совсем. Он ощущал себя практически здоровым.
— Сесть можешь?
Ты в своем уме, со злостью подумал Джошуа. Или просто издеваешься над калекой? Как я могу сидеть с перебитым позвоночником, парализованными ногами и сломанными ребрами?
Он совсем собрался было выдать этой ведьме, прикидывающейся целительницей, все, что думает о ней самой, ее матери и первобытных методах лечения, как тут же понял, что да, действительно может. Джошуа осторожно приподнялся на локтях, все время подсознательно ожидая пронизывающей насквозь боли, а затем, так и не дождавшись, подобрал под себя еще недавно совершенно бесчувственные ноги и рывком сел, прислонившись спиной к толстому шершавому стволу огромного дерева. Боли не было, только немного кружилась голова. И еще невероятная слабость во всем теле, словно это простое движение разом отняло последние оставшиеся силы.
— Отлично, — удовлетворенно сказала Кэт. — Гораздо лучше, чем я могла предположить.
Невероятно, подумал Джошуа. Я же давно должен был умереть. Как с такими травмами можно выжить здесь, в сердце джунглей, без какой бы то ни было мало-мальски квалифицированной медицинской помощи? Не понимаю.