Рожденная на рассвете (ЛП)
Войдя в дом она поняла, что ей не нужно было беспокоиться.
Она слышала как в своей комнате храпит Миланд. Его дыхание было ровным и неглубоким. В остальной части дома было тихо. Хиланы спали.
Нева молча сняла плащ. Она как раз вешала его на крючок рядом с дверью, когда сзади раздался голос:
— Кто это был?
Услышав рычание Астианда, она в шоке резко развернулась, прижав руку к груди. Она не заметила его, но он стоял в дверях гостиной, откуда открывался прекрасный вид на улицу.
— Что, прости? — спросила она, скрывая удивление.
Он выглядел таким же большим, как всегда, заполняя дверной проем своим широким телом. В глубоком V-образном воротнике можно было рассмотреть мускулистую грудь, и он был одет в черные льняные брюки. На его лице отразилось раздражение, но он сдерживался. Но гнев всегда клубился вокруг него.
Он не повторил свой вопрос.
Нева нервно сглотнула.
— Это был Эмилианд Да'Вода-Рига…
— Он пехотинец, — перебил ее Астианд.
— Но он же…
— Это значит, что он ниже тебя по положению.
Нева нахмурилась. Она как раз собиралась указать на то, что Эмилианд вел занятия на тренировочных площадках. Она не понимала, что нашло на Астианда. Обычно он вел себя раздражающе, но теперь он стал терроризирующим.
— На случай, если ты не заметил, в наши дни трудно найти равных. — Она указала на свои рога.
— Донажи не одобрит, если ты будешь околачивался рядом с пехотинцем.
— Мы оба высшие, — заметила Нева. — Может быть, он пехотинец, потому что еще не аллиадо.
— Он мне не нравится. — Тон Астианда говорил о том, что тема Эмилианда становилась опасной территорией, но Нева проигнорировала его. Она будет и дальше тренироваться с ним независимо от того, одобрит Астианд или нет.
— Ну, тогда тебе и не нужно иметь с ним дело. — Она старалась говорить спокойным тоном.
— Я твой опекун, а это значит, что я должен иметь с ним дело, — сказал он.
— Тогда, может быть, мне не стоит здесь больше оставаться? — Нева старалась говорить тихо ради Миланда и Брайанда, но к концу фразы она повысила тон. Кандалы ожили.
— Разве ты не видишь, что я пытаюсь защитить тебя? — спросил Астианд. — Веди себя разумно.
— Я могу пожить у моего кузена, — с вызовом ответила Нева. — Как только ты захочешь, чтобы я ушла, я уйду.
Слова прозвучали горько и неблагодарно. Астианд убрал руку с дверного косяка и резко рассмеялся.
— Об этом не может быть и речи, — сказал он.
— Ты другое говорил перед моим огненным обрядом. Ты сказал, что я смогу пойти туда, куда захочу.
— Все изменилось. У меня есть приказ, и донажи хочет, чтобы ты пока была здесь.
Нева стиснула зубы. Вот такую игру будет вести донажи? Нева практически видела, как у нее отнимают выбор на будущее. Неужели донажи думала, что она согласится с таким угнетением, не постояв за себя? Вероятно, именно так думала донажи.
— Не ей решать, куда мне идти, — сказала Нева.
— О, именно ей, — сказал Астианд. — Не смей ей перечить.
Нева понурила плечи.
— Хорошо. Прекрасно.
Астианд пристально посмотрел на нее.
— Хорошо?
— Хорошо. Я уступлю тебе, но не жди, что мне это понравится.
Нева оттолкнула его с дороги и потопала в свою комнату. Она закрыла и заперла дверь и попыталась успокоить дыхание. Ей хотелось ударить кого-нибудь.
Пока Астианд говорил, она поняла, что Вивижи была права. Донажи задушила бы развитие Невы и попыталась бы повлиять на нее, если бы могла. Держать Неву под крышей Астианда было, вероятно, самым эффективным способом для донажи сделать это.
Но Нева говорила всерьез. Ей это не нравилось.
На следующий день она осталась в своей комнате, чтобы справиться со своими женскими делами, немного прийти в себя. Огненный обряд был стрессом для ее тела, и задержал ее месячный цикл, но теперь природа взяла свое, и это только ухудшало ее настроение, особенно когда она вспоминала властного аллиадо донажи.
Нева забирала подносы с едой, которые Миланд приносил к ее двери, но в основном избегала выходить за порог комнаты. Если они хотят держать ее там, где смогут контролировать, она позволит им думать, что им все удалось.
Ближе к сумеркам Нева вылезла из окна. По наклонной крыше дома Астианда было пройти труднее, чем по знакомым крышам Ледникового Перевала, но она справилась с этим без особых проблем.
Нева направилась к Эмилианду, применив свое старое заклинание невидимости, чтобы ее не заметили. Она не хотела, чтобы Астианд обвинил ее в том, что она бродит по улицам, в то время как должна быть в своей комнате. Если кто-нибудь скажет Астианду или донажи, что видел ее, ее могут наказать. Она старалась не чесаться на ходу, но в конце концов сдалась, чтобы избавиться от жжения.
Нева увидела Эмилианда прежде, чем он свернул на дорогу, ведущую к дому Астианда. Она тихо прошептала на ухо Эмилианду и толкнула его локтем, чтобы увести подальше.
Эмилианд развернулся, изучая окрестности. Потом окинул взглядом группу из трех молодых Да'Валиа, бредущих мимо.
— Ловкий трюк, — сказал он о ее невидимости.
— Слишком дорогой, — прошептала она, вспомнив, как долго копила деньги, чтобы заплатить пожилому магу, пристрастившемуся к опиуму, чтобы он вшил заклинание ей в кожу. Невидимость не была похожа на другие ее чары. Невидимость была практически ее частью, и не исчезала со временем, что делало заклинание очень ценным.
Удостоверившись, что в пределах слышимости нет других Да'Валиа, Нева объяснила, что будет лучше, если их не увидят вместе. Эмилианд едва заметно кивнул, понимая ее опасения. Она понимала, что ни один из них не хотел доставить неприятностей ни Вивижи, ни себе.
Они направились к тренировочному зданию, и оказавшись там, все повторилось по новой. Эмилианд атаковал, а Нева отбивалась. Ей удалось нанести несколько хороших ударов, и иногда ей удавалось остаться на ногах, но она так и не победила.
В середине ночи Вивижи сказала Эмилианду наносить удары в полную силу. Он отнесся к заданию серьезно.
Выстрелы отраженной энергии летали по комнате. Нева была поражена, увидев, как стены поглощают энергию, увеличивая ее собственную силу, но острая боль, пронзившая ее бок, привела ее в чувство, и она начала ставить блоки вокруг себя.
Ее движения были куда более инстинктивными, чем когда ее испытывал Олианд. Тогда она сосредоточилась на попытке показать старейшине то, что он хотел увидеть. Теперь она действовала импульсивно. У нее была большая сила, поэтому, если ее блоки не разваляться, то ей не стоило беспокоиться из-за силы Эмилианда. Как и в случае с Олиандом, она могла настигнуть вспышки и погасить одним движением руки. К сожалению, всплески силы сопровождались его физическими атаками. Ее внимание было разделено, когда она изо всех сил старалась сосредоточиться на обоих аспектах и помнить все уроки Вивижи.
— Ты сама заплетаешь себе волосы? — спросила ее Вивижи, когда они остановились выпить воды.
— Да, — подтвердила Нева. Сегодня она заплела волосы в одну косу на спине.
— Хорошо. — Вивижи показали Неве, как плести щит силы. Линии огня вспыхнули перед мастером над оружием, и она переплела их, образовав в воздухе щит размером с ее собственное тело. — Ты чувствуешь свою силу на поверхности своей кожи, не так ли?
Нева задумчиво кивнула. Если сосредоточиться, то она могла ощутить, как мельчайшие частицы выступают из ее кожи, окружая ее как щит.
— Это естественный защитный барьер, — сказала ей Вивижи. — Для высших естественный барьер защитит от ссадины или даже удара, подкрепленного силой. Все равно будет больно, но раны не нанесут большого вреда. Это требует большей концентрации, но барьер выдержит шквальный огонь.
Вивижи завязала края своего щита и продемонстрировала с ним разные стойки. Нева сосредоточенно следила за ней. Она копировала движения Вивижи и управляла элементарным плетеным щитом. Потребовалось больше энергии для поддержания барьера, но ни один из выстрелов Эмилианда не пробил его. Она с нетерпением ждала возможности попрактиковаться в более сложных плетениях.