Невеста против (СИ)

— Граф Борислав Вадимович скончался на свадьбе, почти сразу после вашего падения, он… — она запнулась на слове, отчего-то смутившись.
— Да говори уже! — попыталась прикрикнуть на нее я.
— Он умер от сердечного приступа, госпожа! Лекарь не успел ничего сделать! — она грустно развела руками, но я видела, что в скорбящем взгляде горничной не было никакой искренности.
— От сердечного приступа, — ошеломленно повторила ее слова и снова почувствовала, как пересохло в горле.
Я хотела взять бокал с питьем, стоящий на прикроватной тумбочке, самостоятельно, но вдруг поняла, что не могу пошевелить левой рукой.
Мира помогла мне, но я больше не могла успокоиться, уставившись на свою неподвижную конечность.
— Что с моей рукой?
— Вы сильно пострадали, госпожа, это чудо, что вы выжили! — ответила служанка.
«Чудо ли?» — засомневалась я.
— Вы повредили руку и также сломали ногу, но доктор заверял, что вы еще сможете ходить самостоятельно, — торопливо добавила она, увидев, как расширились мои зрачки от ужаса, когда я отбросила одеяло в сторону правой рукой и уставилась на свою пострадавшую ногу.
— На самом деле, ваш отец сказал, что к полудню вас посетит наш лекарь, и он, наверное, лучше все расскажет, чем я¸ хозяйка!
Я тяжело сглотнула, говорить стало еще труднее, хотелось просто разреветься и умереть тоже хотелось.
— Не плачьте, госпожа, все не так плохо! Вы очень богаты и сможете поправить свое здоровье, я уверена, ваш отец желает того же и обязательно будет с вами рядом! — попыталась успокоить меня девушка.
«А она сметливая, ничего не скажешь!» — девчонка и впрямь оказалось достаточно внимательной и проницательной особой, хотя на вид я бы не дала ей и шестнадцати лет. Мира явно прониклась ко мне симпатией, как, впрочем, и я к ней: очень не хотелось бы потом разочаровываться в ней!
— Мой отец? — наконец-то опомнившись, переспросила я.
— И ваша матушка! — «порадовала» меня Мира.
— Матушка?
«Конечно, кто как не любимые родственнички помогут мне в трудную минуту!»
— А где моя сестра, Мира, почему ее здесь нет?
«Алиса должна была быть здесь, почему же ее нет?!»
— Ваш батюшка сегодня приехал без нее, сказал, что она не пожелала вас навестить! — сочувственно опустив голову, произнесла она.
«Не пожелала — так я и поверила! Как же я тебя ненавижу, отец!»
Ярость закипала во мне и придавала сил, прогоняя хандру.
— Скажи, Мира, я правильно тебя поняла: мой муж сразу после венчания скончался от сердечного приступа, и теперь я являюсь хозяйкой этого дома? — я затаила дыхание в ожидании ответа.
— Всего, сударыня: у графа не осталось родственников, но было объявлено последнее завещание, где он делает вас, его законную супругу, и своих будущих детей — тут она красноречиво кашлянула в руку — полноправными владельцами… всего, — многозначительно добавила она, опустив голову.
Я ошеломленно уставилась на нее.
— Откуда ты все знаешь? Не думаю, что кто-то в этом доме потрудился просветить прислугу на этот счет, — с подозрением произнесла я.
— Вы правы, вот только мы всегда знаем, что творится в хозяйском доме, госпожа: нас никто не замечает, но мы замечаем многое, — она снисходительно и доверительно мне улыбнулась.
«Но, если то, что она говорит правда…»
— Вся прислуга в этом доме тоже подчиняется мне?
— Вы не приходили в себя почти неделю, и здесь со всем управлялся князь, но, сейчас вы имеете полное права делать это самостоятельно, если захотите, — в ее отнюдь не глупых глазах мелькнуло понимание.
«ЕСЛИ!» — мысленно я ликовала и в то же время решительно была настроена разрушить все далеко идущие планы отца.
Я покосилась на запертую дверь: где-то недалеко послышались голоса.
— Не говори никому, что я проснулась: я хочу немного отдохнуть и свыкнуться со всем, что ты мне сказала, — быстро и понизив тон, приказал я.
— Да, хозяйка, — кивнула в ответ девушка.
— Когда придет доктор и мой отец тоже войдет в эту комнату, сделай так, чтобы стражники были неподалеку, Мира! — требовательно произнесла я, удивляясь собственному голосу.
 
— Стражники, госпожа? — непонимающе уставилась на меня горничная.
— Именно, ты все поняла?
— Конечно, я все сделаю! — затараторила она.
— И еще, Мира! — она обернулась, застыв у самой двери.
— Я надеюсь, что действительно могу тебе доверять!
— Я никогда вас не предам, хозяйка! — тоже понизив голос, ответила Мира.
Я закрыла глаза и глубоко выдохнула.
«Неделя. Целая неделя прошла в забытье, а теперь я пришла в себя, чтобы узнать, что стала ВДОВОЙ! Что же это если не злая шутка дьявола? Чудо?» — я гадала о том, что меня ждет в будущем, насколько серьезны мои раны и, как это не глупо, я переживала, что никогда больше не смогу танцевать.
В конце концов, я пришла к мысли, что откуда-то свыше мне был дан второй шанс, шанс изменить свою судьбу, шанс переиграть отца и защитить от него Алису. Сестра всегда была моей слабостью и оставалась ею сейчас, и, конечно же, отец об этом не забудет: он имеет право распоряжаться ее будущим, и он не из тех, кто всегда держит свои обещания, а значит, она и сейчас в опасности.
Я почти задремала, когда за дверью снова стали раздаваться чьи-то голоса: постепенно я смогла различить голос отца, Милены, Миры и еще одного мужчины, скорее всего это и был тот самый лекарь.
Мира распахнула створки дверей, и они вошли в мою спальню.
Я постаралась выглядеть как можно более спокойной и даже бодрой, и я точно удивила отца, когда встретила его приветливой улыбкой, несмотря на свое жалкое положение и страх.
— Приятно видеть вас в сознании, графиня, меня зовут Петр Николаевич! — вежливо представился незнакомый мужчина с небольшим чемоданчиком в руках.
Первое впечатление: слишком уж он добродушный и взгляд подозрительно теплый и участливый! Может быть, я просто привыкла все время ожидать ото всех подвох и на самом деле он действительно хороший человек, но вот этот короткий и многозначительный взгляд на моего отца говорил мне о многом. Я настраивала себя на то, чтобы не верить этому человек. Раз уж я так богата, то вполне могу нанять для себя и другого лекаря!
— Риана! Как давно ты проснулась? — с подозрением произнес отец.
— Недавно! — коротко ответила я, папа же весьма неодобрительно посмотрел на Миру, и та тревожно потупила взгляд: кажется, с этой стороны он еще себя ей не показывал.
— Как вы себя чувствуете?
— Не очень, если честно, но все равно лучше, чем мертвой! — попыталась подшутить я.
— Она еще насмехается! Девчонка, ты чуть не лишила меня всего к чему я так стремился и уже было почти заполучил! — прошипел родитель, угрожающе склоняясь надо мной.
— Неужели? Но все же ты доволен исходом, не так ли? — парировала я.
— Конечно, я рад, что ты осталась жива, ты же моя дочь! — не к месту вспомнил о наших родственных связях князь так, что я даже поморщилась, искренне сожалея об этом родстве.
Лекарь тем временем бесцеремонно откинул покрывало в сторону и принялся разглядывать мою руку, торопливо убирая бинты в сторону. Я зашипела от боли, но не вскрикнула.
— Хвала небесам, что вы выжили, графиня, но ваши раны, этот ужасный перелом — боюсь, что вам теперь не справиться без помощи родных! Вы слишком слабы и уязвимы, кроме того вы ударились головой и этот ушиб еще может принести массу неприятных, опасных последствий, если вы не будете соблюдать постельный режим еще как минимум полгода! — неожиданно заявил лекарь, с весьма прискорбным выражением лица.
Я почувствовала, как у меня перехватило дыхание от нахлынувших слез, но вовремя смогла успокоить себя: «Он лжет! Не верь ему!»
— Ничего страшного, я могу взвалить на себя эту обязанность — я позабочусь о том, чтобы дело графа процветало и продолжало приносить доходы, а моя дорогая супруга, заменившая Риане мать, будет заботиться о ней каждый день! — не без пафоса провозгласил мой отец.