Сердце степи. Полёт над степью (СИ)
- Соот-хасэн пытается присвоить право единолично возить мэйхо и другие пряности из Телара, - сказала Камайя, глядя на дрожащую поверхность своего ачте. - Они на короткой ноге с Бутрымом, и родство с Ул-хасом их одурманивает. Харан косвенно связан с Оладэ-хасэном через свою жену. Соот могли попытаться подставить Харана через молодого тууса Оладэ, назначенного им, показав, что он выбирает ненадёжных людей, а заодно очернить и соперничающий род. Оладэ ведь их главные соперники по части пряностей.
- Это бы означало, что поступок отца тоже опрометчив, - нахмурился Аслэг. - Это он посадил Харана в подушки к другим своим тэкче.
- А су-туусом назначил его ты. Это же родственники Йерин. Как думаешь, какой Ул-хас будет им выгоднее? Сын Йерин из их родного Соот или сын Гатэ из далёкого Телара, давно потерявшей связи с родными?
- Ты считаешь, это началась подготовка к тому, чтобы вывести вперёд Бакана? - повернулся к ней Аслэг. - Эта мысль приходила мне в голову, но не слишком ли мелкими шагами двигается в таком случае Йерин?
- Мелкими шагами? - Камайя прищурилась, показывая на свой бок. - Мелкими?
Аслэг вдруг на глазах помрачнел, Камайя блеснула лезвием взгляда, и Руан вздохнул, потому что в воздухе снова заискрило, а ачте в чашке перед Камайей затрясся, как поверхность лужи, мимо которой скачет обезумевший табун. Он пару мгновений сидел, почти слыша напряжённый скрежет в тишине, потом решительно положил ладони на стол.
- Так. Я не знаю, что тут происходит, но мы связаны общей задачей. Вернее, задачами. Кам, отчего такие мысли про Бакана?
- Йерин напомнила о себе. Сегодня снова приходила ко мне с выговором. Сказала, что с вершины холма можно легко скатиться к подножию. Если откровенно, иногда мне кажется, что её увещевания носят показательный характер… Она будто нарочно начинает нести всю эту чушь про принадлежность к гарему и обязанности. Провоцирует меня на злость. Я не стала радовать её новостями о скором отъезде.
- Ты не покинешь гарем. - Аслэг прищурился, глядя на Кам. - Я сказал.
- По какому праву ты собрался удерживать меня? - свирепо проговорила Камайя, покрываясь розовыми пятнами. - У тебя нет прав удерживать меня! Я не вещь, и ты не владеешь мной! Никто не давал тебе право владеть! Ты не отнимешь у меня свободу! Я сказала!
- Ты принадлежишь мне! У тебя нет свободы!
- Я не принадлежу тебе! - Камайя схватила чашу с ачте и швырнула её в стену. - У тебя нет власти!
Руан с ужасом глядел на Кам. В последний раз он видел её такой лет четырнадцать назад, когда в воспитательных целях запер в комнате, не разрешив поехать в парк с подругой после того, как она потеряла терпение и сорвалась на очередную шутку Рикада. Тот после лета в Валдетомо не успел прийти в себя, опьянённый вседозволенностью, и её выдержка внезапно отказала. Говорят, ураганы южнее островов Ласо приносят много разрушений, но после того случая он их вряд ли бы уже испугался.
- Руан, пришли за моими вещами. - Пятна на светлой коже Камайи слились в одно, и руки тряслись. - Я хотела остаться там ещё на день, но это выше моих сил.
- Ты не слышала меня? - Аслэг привстал, опираясь о стол, и придвинулся к ней. - Ты не уйдёшь. Я запрещаю тебе.
- Ты не имеешь права мне запрещать, - Камайя пугающе плавно скользнула ему навстречу, прищуриваясь, и острота этого лезвия была такой, что могла разрезать пылинку на лету. - Запрещай тем, кто признал тебя владельцем, ты понял, господин Аслэг? - Словно на угли плеснули воды, и они оглушительно шипели. - Надо мной у тебя нет власти!
Желваки на скулах Аслэга снова двигались, а лицо Камайи стремительно меняло цвета в трёх ладонях от его свирепого лица, и Руану стало не по себе.
- Господин Ас…
- Не лезь!!!
- Не вмешивайся!!!
Возгласы прозвучали одновременно, и Руан слегка отшатнулся от двух взглядов, пытавшихся уничтожить его.
- С тобой, господин Руан, я ещё потолкую по поводу твоего… подарочка, - процедил Аслэг. - Твоё счастье, что мы заключили союз, иначе разговор был бы сейчас совсем иным.
- Я бы тоже поговорила с тобой, кир Салке, - сквозь зубы выдавила Камайя. - Мне многое надо тебе сказать. Мно-огое...
9. Руан.Слишком много всего
- Погодите… Погодите. - Руан поднял ладони, чувствуя, как слегка шевелятся волосы на затылке. - Подождите. Мы не для этого собрались… Кам, угомонись. Потом выскажешь мне свои претензии. Ты говоришь, Йерин подначивает тебя на нарушение правил гарема? Ты, надеюсь, ни с кем не говорила о своих планах?
- А что будет, если я скажу? - вскинула бровь Кам, отворачиваясь наконец от свирепо поджавшего губы Аслэга. - Ещё один маленьких шажок в сторону испорченной репутации… У Йерин будет ещё одна причина, чтобы склонить мужа к выбору в пользу Бакана. И чем же это будет плохо? Разве ты не этого хотел, Руан? Всё это прекрасное море травы окажется в руках Бакана, за которым, как все видят, воины не пойдут. Воинство не соберётся, мир будет сохранён!
- Замолчи! - Аслэг треснул кулаком об стол так, что он вздрогнул, а Ичим обеспокоенно поднял голову с лап. - Мы заключили союз!
- Мы действительно заключили союз, Камайя, - вздохнул Руан. - Союзники не вредят друг другу. У нас есть общие задачи, и тебе не стоит обострять отношения с хасум. Тебе лучше пока пожить в недо… то есть в своих покоях там. - Он ткнул пальцем в сторону дворца. - Не ведись на подначки Йерин. Она имеет влияние на Ул-хаса и может осложнить жизнь и Харану.
- Вдова Улкета приходила. - Аслэг сжал кулак. - Она будет получать полуторное жалованье мужа, пока не выйдет замуж. Она сказала, что вернётся в свой хасэн после похорон. Я отрядил людей. Тело перевезут к курганам Хайар.
- Харан, чёртов придурок! - воскликнула Камайя. - Надо же так вляпаться!
- Ничего. Ничего. Мы подождём, пока не очухается этот гадёныш внизу и расспросим его, а может, Харан наконец вспомнит. - Руан встал и ходил по комнате. - У него там теперь еда и постель, условия сносные. У нас с ним в бывали и похуже.
- А что если он вспомнит, как убивал, Руан? - подняла на него глаза Камайя. - Что если он действительно… Ты же помнишь, что он говорил? Их же видели вместе!
- Я два месяца ехал с ним бок о бок. Он не был настроен воинственно… Казалось, он готов оставить это в прошлом, - сказал Аслэг, тоже вставая. - Камайя, тебе нужно вернуться и отдохнуть. Ты не бережёшь себя. Ты опять бледная. Ты хорошо себя чувствуешь?
- А каким образом тебя это касается? - осведомилась Камайя, гибко выскальзывая из-за стола и хватаясь за бок. - А, господин Аслэг?
Воздух вокруг них опять начал сгущаться, и Руан еле удержался, чтобы не помахать руками в попытке отогнать наваждение.
- Кам, ты и правда бледная. Тебе стоит побольше отдыхать. Господин Аслэг, может быть, пройдёмся? - сказал он, провожая взглядом её очень прямую, пышущую негодованием спину.
Узкая лесенка снова скрипела. Руан шёл вниз следом за Аслэгом, разглядывая его макушку и перехваченную кожаным шнурком тонкую косичку на затылке.
- Он опять спит, - сказала Аулун, терзая сердце взмахом ресниц. - Я пошлю за тобой, когда он сможет отвечать на вопросы, господин Руан.
- Хорошо. Хорошо. - Руан шагнул за Аслэгом в холодный свет снаружи. - Айтелл, останься на всякий случай… Присмотри тут за порядком.
Изломанное желтоватое быльё у такой же желтоватой шершавой ограды торчало из небольшого сугроба. Аслэг остановился в воротах, глядя вслед плащу Камайи, потом с яростью вдавил сухие травинки ногой в снег.
- Почему она так ведёт себя?! - сквозь зубы проговорил он. - Непокорная!
- Она не покорится тебе. Она обижена на что-то… Я давно не видел её в такой ярости.
- Никто! - Аслэг поднял руки и хищно скрючил пальцы. - Никто не позволял себе такое поведение при мне! Никто! - Он с рычанием пнул створку ворот, и один из слуг придержал её. - Она принадлежит мне! Почему она не признает это?!
- Господин Аслэг, тебе нужно оформить расторжение брака, пока она не узнала. Для неё свобода - важнее всего.