Апофеоз (СИ)

— Зашибись, — не стал я развивать тему до поры.
И продолжил вскрывать двери. Тощие с раками и платформами загрузили телепортер, и тот исчез. К моему немалому облегчению — были у меня подозрения, что Дживс накосячил.
— Вот и славно. Но вообще — хрень какая-то, — сам себе сообщил я, колунствая предпоследнюю из двадцати четырёх, дверь.
И тут я навернулся. Натурально, упал на ровном месте, всем Крабом! И в ложементе башкой больно стукнулся!
— Что это, блядь, за херня?! — уже реально психуя спросил я у потолка.
— Не знаю, сэр. А зачем вы лежите на полу, сэр? — отмыслетекстил Дживс.
— Не знаю, Дживс, потому и спрашиваю, — честно ответил я.
И тут склад реально затрясло, недолго, но ощутимо. Меня, валяющегося на полу подкинуло, немаленький, многотонный Дос, на минуточку!
Так, это видимо этим толчком меня на пол уронило, быстро оценил я.
— Всё что могу предположить, сэр, так это то, что это хрень. Рекомендую срочно телепортироваться на Кистень.
— Ретрансляторы?
— Не нашли, сэр. Но…
— Без но. По закону бутерброда они окажутся в двух последних помещениях, — под нос хмыкнул я. — И Дживс, объясни мне, блин. КАК в недрах металлического ядра этот дайказёл нас шатает?!
— Эфир, сэр.
— Колдунская тварь, блин. Ладно, я открывать склады, — на четырёх костях покрабил я к дверям.
И открыл через десять минут оба. Но пару раз нас тряхнуло, хоть не падал — Крабы охренительно устойчивые, когда ползают.
— Так, Дживс, я на выход, — решился я.
— Извиняюсь, сэр, ЧТО?!!
— Слушай сюда. То есть читай сюда, — поправился я. — Разгрузка этого добра, — потыкал я в открытые склады, — займет час. Так?
— Чуть меньше, сэр.
— Похрен, я — в кессон. Если дайкозлина пробъёт дверь, а она сможет — тут всему пиздец. А вот клешню она не выдержит.
— Сэр, это бредовое самоубийство. Я к вам, сэр.
— СТОЯТЬ! Дживс, блин! Если ты, паразит такой, метнёшься сюда — наше партнёрство закончено. Окончательно и бесповоротно, ты понял меня?
— Я понял вас, сэр. Но это совершенно неразумное поведение, сэр. Вспомните о супругах, сэр.
— О своей помни и на себя посмотри. Дальше. Вместо того, чтобы кормить дайказлов собой, считай, Дживс. Нужны параметры для разгонников, для работы в этой воде. Я иду в кессон. Надеюсь, ты не налажал со схемой, там кессон?
— Кессон, сэр.
— Зашибись. Иду и жду. Если дайказлина просто нас шатает — похрен. Жду разгрузки и сваливаю. Пусть дальше пустой склад шатает. Но, если она пробивается сквозь ворота — я её чикаю, — поклацал я клешнёй, — Не давая пробить вторую дверь. Давление Краб выдержит, ну а плоть НЕХа и клешне, и разгоннику поддастся.
— Сэр, предположим, что вы справитесь, хотя не представляю как.
— Дживс, там десять метров. Казлина может быть в сто, двести, хоть километровой. Внутрь влезет маленький кусочек, который я почикаю.
— Допустим, хотя эфир, сэр.
— Что — эфир? Сам говорил, инстинктивное действие, блин. И нас она ШАТАЕТ, Дживс. С той колдунской мощью, что на это надо, она может сделать… да всё что угодно, ВНУТРИ. Но не делает, значит тупит, усиливая свои физические параметры. Но как бы не усиливалась — клешня мощнее.
— Так, хорошо, сэр. Предположим, вы почикали хрень, не пустили её. Склад перегружен. А что дальше, сэр? Прикажете вас оставить внизу, сэ-э-э-э-э-э-эр?!!
— Не сэркай и не ори, Дживс. Я просто открываю кесон и подхватываешь меня телепортером. Да, вода. Но выдернуть клетку она не помешает.
— Выдернуть — нет, сэр. Но это безумная авантюра!
— Это нормальная авантюра! Притом, что дайказлина может вообще не пробиться! Всё, думай о своём поведении, Дживс. Последние дни мне ОЧЕНЬ не нравится дичь, что ты творишь. Вот и подумай, блин. И всё, я пошёл…
— Параметры для разгонников, сэр.
— Блин, вот сам тупить с тобой стал. Когда будут?
— Уже, сэр. Вводите данные.
После чего стал я вводить в бортовой вычислитель данные. После одного, чтоб его, подводного приключения, разгонные катушки получили возможность регулировки не только в плане мощности, но и конфигурации поля. А то меня очень уж расстроил пшик из ствола по хамски жующей Краба гадской крокодилине.
 
А после, всё-таки, пошёл я в кессон. И он был, согласно схеме склада, скинутой мне Дживсом. Правда в тощем была только схема склада, а не его содержимое, что, впрочем, похер — всё выгребаем, а потом разберёмся.
Схему «закрытия дверей» эфиряка тоже не зажал, так что я встал в кессоне, раскрабившись между стенками. С некоторым опасением смотря на конец двадцатиметрового коридора, за дверью в конце которого булькала Бездна.
Впрочем, дверь не ломалось и вообще. А Дживс поднимал мне настроение.
— Учебники и наставления, сэр. Общетеоретические, сэр, это изумительно!
— Да, неплохо. И всё? — заинтересовался я, только поморщившись на сотрясение.
— Нет, сэр. Но набор готовых схем довольно странен. Я бы сказал — милитаристичен, сэр.
— Догадываюсь почему, Дживс. Но об этом потом поговорим. Ретрансляторы есть?
— Есть, сэр. Около десяти тысяч, сэр, по предварительной оценке.
— Зашибись, — порадовался я. — А как они сюда влезли-то?
— Ретранслятор — небольшой прибор, сэр. Его предназначение — передача сигнала через гиперпространство к другому ретранслятору Электромагнитного, сэр. И размеры его семь на восемь сантиметров, сэр.
— Хм, совсем маленькая фигулина. А сколько пользы! — оценил я.
И продолжил ждать. И вот, когда до выгрузки всего склада оставалось всего четверть часа, всё взяло, и стало, как всегда. Причём без каких-то предварительных ласк, блин!
То есть, стою я раскрабленный в кессоне. Сзади, в пяти метрах, закрытая заслонка. Впереди, в тринадцати — другая закрытая заслонка. Потолок белым светом светится, матовый серый металл стен, всё как в лучших тригинских домах.
И вдруг я вижу перед собой (вот не было — и вот оно!) поганое такое, противное, розово-коричневое здоровое мокрое и даже на вид склизкое щупало. Торчит оно, значит, из передней заслонки, обтекает. Кончиком буквально метра до Краба не достав.
— Пиздец, — вслух я откомандировал я увиденное, потому что это он самый и был.
Но щупало мне на это не ответило. По нему пробежали волны, в месте его пробоя заслонки побрызгало водой и на меня уставился глаз. На щупале появился. Не менее гадкий, противный и поганый, чем само щупало. Причём бесяще человеческий, не смотря на свою несомненную поганость: бело-жёлтый белок, коричнево-розовая пёстрая радужка, и чёрный, круглый зрачок.
И пырится на меня, подло, с явно нехорошими намерениями, пакость такая. И вообще бесит, противностью, неуместностью и вообще. Так что после долгого (целых полторы секунды, между прочим!) взял я, да и тыкнул в этот противный буркал раскрытой клешнёй. И сомкнул её.
— Давление, сэр!
— Знаю, Дживс, — относительно спокойно ответил я, раскрабленый по стенке, прижатый к ней магнитными зацепами.
Нет, немного меня снесло потоком, бьющим в оставленную после одернувшегося щупала дыру, но метра на полтора, не более. А кессон заполнился водой, погрузившись в коричневый полумрак.
Впрочем, заполнился кессон быстро, так что раскрабился я в старой позе, поводя разгонниками и раскрытой клешнёй. И не хрена, не хрена, а вот как появился в дыре кусок плоти, просочился и стал створку шатать. Она гнулась и шаталась, а я недоумевал.
Дело в том, что после явления щупала, я думал мне натуральный пиздец, что и озвучил. Я ЕГО НЕ ВИДЕЛ! Оно просто появилось, чтоб его. И был в твёрдой уверенности, что дайказлина с такими скоростными характеристиками меня сейчас в секунду схарчит и не подавится.
А она сильная, быстрая, смотрел я на выламываемую крышку, но никак не мановение ока.
— Давление, сэр, — пояснил Дживс на моё недоумение. — Появление куска плоти — это не скорость хрени. Она быстрая, но не настолько, сэр, как вы точно подметили. Но проделав дыру…
— Её просто затянуло со страшной силой, — дошло до меня. — И дайкозлина болящий кусок пыталась втянуть, а не атаковала, — хмыкнул я.