Её вина (СИ)

– Арина, Захар, приём, как слышно?
Крылов.
– Паш, слышу тебя хорошо.
– Отлично. Близко к нему не приближайтесь. Держите дистанцию. До связи.
– Паш, погоди, а что с ауди? – встревоженно интересуюсь я, вспомнив о Татьяне.
–  Там несколько иная траектория.
– Понятно.
Дальше едем в полной тишине. Только какой-то свистящий, монотонный шум в микрофоне появляется периодически. Куда направляется этот ублюдок – совершенно непонятно. Есть предположение что он едет в лес.
– Погоди-ка, не пойму. Остановился? – Захар наклоняется к экрану.
Я включаю аварийку и съезжаю на обочину. Наблюдая за маячком, понимаю, что он прав. Автомобиль действительно прекратил движение.
Внимательно слушаем. И точно. Хлопок двери. А потом она будто бы снова открывается….
– Эй. Очнись!
– Ммм…
– Поднимайся давай... совсем никакая *ля!
Этот Ратмир и раньше-то не располагал к себе, но сейчас его голос звучит и вовсе крайне мерзко.
– Вылезай сказал!
– Боль…но… – почти скулит Рената. – Во ло сы…
– Какие мы нежные, – издевается он и, судя по тому, как она мычит, начинает вести себя ещё хуже. – Ближе, мразь.
Шелест куртки, он говорит что-то ещё.
– Где…
– Заткнись и снимай шмотьё, – обрывает на полуслове.
– Где мы? Ты обещал… отвезти домой.
– Сука наивная.Свой дом ты увидишь теперь  нескоро…
Эта фраза искренне пугает, если честно.
– Поехали, поехали туда! – торопит меня обеспокоенный Захар.
Пока мы пытаемся сократить расстояние между нашими автомобилями, там в лесу явно происходит что-то ужасное.
– Арина, Захар, можете подъехать ближе, но самостоятельно никаких действий не предпринимайте, – голосом Александра оживает рация. – Скоро вас догоним, мы застряли в пробке.
– Какого хера ты копошишься! – раздражается Ратмир.
Снова шум. Похоже, он пытается её раздеть.
– Сюда иди!
– Я сама… сама, – кричит она.
– Шевелись тогда!
Звонкий хлопок.Он её ударил?
– Гони, Арин, прошу тебя! – Троицкий паникует не меньше моего.
Я выжимаю педаль газа в пол. Зная Корецкую, могу предположить, что так просто она ему не сдастся... а значит, лишь бы не пострадала…
Многого не слышу, но отдельные реплики заставляют меня похолодеть от ужаса.
– Тупая шлюха, слишком много с тобой возни! Может это тебя взбодрит?
– Куда вы едете? Остановитесь! – хрипит рация.
Резко притормаживаю.
– У него, похоже, оружие. Ждите нас и не смейте туда соваться, иначе девушка точно пострадает! – звучит строгий наказ Александра.
– Тупо сидеть и ждать? Ты в своём уме? – орёт Троицкий. – Где вы вообще есть?
– Относительно рядом уже. Нас тормознули.
– На колени! – раздаётся властно. – Молодец, девочка.
Ну какой же урод!
– Нравится пушка? А ну-ка открой рот… Шире. Ещё, вот так.
Боже. Это невозможно слушать…
Пульс частит, кровь стучит в висках. Дурное предчувствие давит. Душит. Позволяет страху: острому, колючему, вмиг завладеть мной. Пробраться под кожу. Пропитать собой каждую клеточку.
Рената вскрикивает. Даже не сомневаюсь в том, что эта сволочь ведёт себя с ней отвратительнее некуда.
– Пошли, нельзя больше ждать, – с мольбой в глазах цепляюсь за тонкий джемпер Троицкого.
– Нам надо туда. Надо помочь ей.
– Да сними эту чёртову куртку! – громко приказывает Ратмир.
Треск. Наверное, пытается сорвать её с Ренаты. Время идёт, а оперов на неосвещённой дороге даже и близко не видно.
– Жди меня тут, – Троицкий достаёт пистолет и быстро выбирается из машины.
– Я иду с тобой! – заявляю упрямо.
– Нет. Я пойду один, Арин.
Ага, конечно. Придумал ерунду. Думает, отпущу?
Но до того, как я успеваю на пару с ним покинуть внедорожник, мы отчётливо слышим то, отчего моё сердце пропускает удар…
– Сорока… Синица. Ммм… Сокол… Стриж…
Мы с Захаром на секунду замираем. Ясно же, что Корецкая пытается вспомнить кодовое слово. Она ждала до последнего, но сейчас, видимо, произошло то, чего она так боялась.
– А это ещё что *ля? – раскатом грома ревёт бородатый.
Неужели он…
– Вот же мразь! Это жучок? Отвечай!
 
Хлопок. Рваный, судорожный вздох Ренаты.
– Прослушка? Прослушка, мать твою?!
Не дурак, вот-вот смекнёт что к чему.
– Ай…. Оотпусти.
Ей больно, я слышу. И мне в этот момент, клянусь, больно вместе с ней…
Треск. Короткий. И всё – больше ни единого звука.
Срываемся с места. Быстро переставляю ноги, но еле поспеваю за Троицким, бегущим в чащу леса с немыслимой скоростью. Отсюда виден приглушённый свет фар, ярким пятном контрастирующий на фоне абсолютной черноты. И нет сомнений, что это и есть тот самый внедорожник, если исходить из данных, отображённых на карте.
Однако внезапно мы теряем наш ориентир. Фары гаснут, погружая нас в непроглядную тьму.
Тяжело дыша останавливаюсь вслед за другом. Он прижимает палец к губам и медленно осматривается.
Проходит чуть вперёд. Кивает. Вижу очертания икса, брошенного чуть поодаль на небольшой поляне. Захар оборачивается и жестом показывает мне, чтобы я оставалась на месте. Отрицательно качаю головой, смотрю на него во все глаза, но он на это никак не реагирует.
Троицкий скрывается за деревьями, и мне становится так адски тревожно, что непроизвольно начинают дрожать руки, в одной из которых я крепко сжимаю осу.
Где Паша и Александр, когда они так нужны? Где?
Тихонько крадусь по периметру. Ветка под ногами опасно трещит.
Я тут же замираю.
Не дыша, озираюсь по сторонам.
Сглатываю, потому что в горле пересохло, а язык будто онемел…
Судорожно тяну носом прохладный, ночной воздух и прячусь за деревом, улавливая какие-то подозрительные звуки.
Замечаю фигуру у машины. А затем ещё одну.
Короткая борьба. Маты. Щелчок.
– Стой, где стоишь, – разрезает тишину голос Ратмира.
Спотыкаюсь о что-то мягкое. Опускаю глаза и зажимаю рот рукой.
Рената, моя Рената…
Лежит на земле лицом вниз…
Нет, нет, нет…
На горло словно удавку невидимую накинули. Нечем дышать. Сердце неистово бьётся о рёбра. Она не шевелится. И я… я боюсь предположить в чём причина.
Как страшно, Боже…
В отчаянии бросаю взгляд на дорогу. Где-то там вдали слышится шум приближающегося автомобиля, но времени на то, чтобы ждать чьей-либо помощи у меня нет.
– Кто такой?
Возвращаюсь к реальности. Необходимо срочно взять себя в руки.
Сгруппировавшись, тихо обхожу машину.
– На колени встал, развернулся, чтоб я тебя видел! Быстро! Сколько вас? Говори! – орёт требовательно наш новый «знакомый».
– Один я, один! Я – её  парень. Хотел проверить, изменяет она мне или нет, – врёт Захар.
– Чё ты мне тут лечишь? Проверить?
– Говорю, как есть, – пытается убедить его блондин. – Хотел поймать на измене.
– Сдаётся мне, что это чушь собачья! – естественно ни единому слову не верит бугай. Бросает настороженный взгляд в сторону дороги. – ***дишь, мразь! И за это ты сегодня умрёшь…
Всё происходит всего за пару секунд.
Выпрямляюсь во весь рост.
Смело вскидываю руку.
Дуло моего пистолета поднято чуть вверх и смотрит прямо в голову бородатого.
Знаю о рисках, но сейчас мне плевать, ведь Рената уже лежит на земле, а Захар под прицелом.
Троицкий замечает меня, и в этот самый момент я жму на курок…
Но чёртова оса в самый нужный момент не срабатывает, чем несказанно меня подводит.
Так бывает, увы, но как же не вовремя это случилось…
  
Глава 44 Арина
 
События развиваются настолько стремительно, что подумать о чём-либо я просто не успеваю. Пытаюсь выстрелить ещё раз, но ничего не происходит. Заклинило. Похоже, всё-таки гильза застряла…
Бородатый, почувствовав шорох за спиной, разворачивается.