Индиран Диор и тайна затерянного храма (СИ)
Аэлин не удержалась и громко фыркнула.
— Давайте опираться всё-таки на факты, а не на легенды, — начала она. — Светящийся Сильмарилл — чисто легендарная вещь, но в летописях упоминается, как гораздо более достоверный предмет, так называемый алмаз Аркенстон, положенный в конце третьей эпохи в могилу короля гномов и вполне достоверно украденный в конце Четвертой из царских захоронений Одинокой горы, священного места предков наугов, взлом был отмечен в документах. Если исходить из кажущейся мне наиболее вероятной гипотезы, что поэма "Нолдолантэ" — это переработка фольклора Северо-запада, сделанная уже в Четвертую эпоху, то упоминающийся в ней Сильмарилл — это и есть воспоминания об Аркенстоне.
— Всеотец, я словно снова в аудитории сижу, — пробормотал Мирен, встряхиваясь и делаясь более собранным.
А стоящий Мэйтар странно улыбнулся. Очень трудно было словами описать его лицо, словно бы он одновременно старался не засмеяться и не выругаться, и что-то сказать. И передумал. Потом он справился с собой и снова стал непроницаем.
— Я с этой гипотезой не согласен, но предлагаю все же вернуться к насущным задачам, — Индиран убрал записную книжку. — Нам нужно пробраться в упомянутое подземелье, выпустить всех, кого там найдем и увести из города. За нами может быть погоня, вдруг собак по следу пустят. Нужно больше оружия для выживших.
Мирен снова вздрогнул.
— Я попробую провести вас к тому месту, где выбирался, — сказал он сдавленно.
Мэйтар сжал руку у него на плече.
— Держись, — сказал он просто. — Бороться со своим страхом очень трудно. Труднее всего.
— Может быть, попросить его описать дорогу и оставить здесь? — предложил Нарин.
— Не оставляйте меня! — воскликнул Мирен, вцепляясь в Индирана как самого ближайшего. — Я сделаю все, что смогу!
— Ну что ж, идёмте, — археолог поднялся и оглядел свою команду. — Показывай дорогу. Постараемся не поднимать шума.
— Так, — вмешался Мэйтар. — Все слушаются меня беспрекословно — или остаются здесь. Индиран?
— Командуйте, — согласился археолог нехотя.
— Нарин снова замыкающий, Мирен идёт за мной. Смотрите в окна, вот та полоса — это внутренняя стена вокруг сердца города.
— Ее охраняют, — поспешно сказал Мирен, — но она полуобваленная и с трещинами.
— Если там собаки, то нет смысла ждать сумерек, попробуем подобраться сейчас. Либо я пройду вперёд от стены, а вы дождетесь.
— Мне нужны мои студенты, — сказала Аэлин твердо. — И револьвер лишним не будет. Как патроны.
"А ещё мне нужен вход в храм", — подумал Индиран, но вслух не сказал.
Теперь они двинулись гуськом в сторону, указанную беглецом. Мирен был готов петлять от ручья к ручью, но проводник повел их своим путём, петляя между развалинами и избегая больших мощеных улиц. Солнце поднялось почти в зенит, стояла утомительная жара, и забытый город словно весь впал в сонное оцепенение. Затихли птицы, улёгся ветер, и звук каждого шага путешественников словно бы разносился за несколько кварталов. Как ни старался Индиран ставить ноги осторожно, он все равно производил больше шума, чем хотел. И только шаги проводника в его сапогах из мягкой кожи производили лишь лёгкий шелест.
Они подошли к третьему по счету горячему источнику на их дороге. Тот пробился посреди бывшего двора и превратил половину его в жидкую грязь, а ещё подмыл ограду. Здесь Мэйтар наклонился над теплой грязью и даже коснулся чего-то рукой, потом шагнул в сторону, и Индиран увидел отпечатавшуюся в засохшей грязи цепочку следов довольно крупного зверя.
— Это не собака, — сказал сухо Мэйтар. — Это волк.
— Но разве в джунглях волки есть? — удивился сзади Нарин.
— Нет, — сказал Индиран. — В этих — нет. В лесах Кханда живут только большие кошки, а волки есть на опушках и степных плоскогорьях, где можно загонять дичь стаями.
— Серые собаки, говоришь? — хмыкнул Мэйтар.
Растерянный Мирен что-то пробормотал, но Мэйтар уже позвал остальных и повел путешественников в обход грязевой лужи.
Они шли, как понял Индиран, наискось через нижнюю часть города, подбираясь к северному участку ограды под прикрытием развалин. Несколько раз они торопливо перебегали через улицы после того, как Мэйтар осматривался, и снова скрывались среди развалин оград и домов. Здесь проходили там и сям малозаметные звериные тропы, и Мэйтар их находил ловко, словно спрашивал дорогу у оленей и водосвинок.
"Интересно, сколько этот человек запросит, если предложить ему участие в следующей моей экспедиции?"
Ориентиром здесь продолжал служить купол храма, мелькавший среди деревьев: он медленно приближался, одновременно сдвигаясь к югу. Мирен опознал в широком доме с остатками рельефа по фасаду важную примету: от него следовало свернуть к внутренней стене и искать в ней пролом, почти скрытый лианами. Подумав, Индиран предложил дать всем передохнуть в тени толстых стен. Они так и сделали, скрывшись в прохладе уцелевшей залы первого этажа.
Внутри было словно в оранжерее: зелёные ветви змеились по стенам, запуская отростки в их щели, в оконных проемах распускались цветы, для разнообразия просто белые, между плитами пола там и сям торчали пучки травы с треугольными листьями и мягкими метелочками над ними. Путешественники успели выпить воды и перевести дух, и тут Мирен, глядевший в окно, отчаянно побледнел, а Мэйтар встал медленно и бесшумно.
Глава 5
На остатки каменной вымостки перед домом ступил здоровенный волк, больше, чем любой, виденный Индираном что в лесах Северо-запада, что в джунглях Юга. Он опустил голову, принюхиваясь, и на его кожаном ошейнике блеснула причудливая бляха, украшенная древней надписью из округлых букв с длинными хвостиками.
Мэйтар прижал палец к губам, показал на оружие и мотнул головой. Индиран, уже поднимавший револьвер, замер, а проводник шагнул вперёд, сжимая свой длинный свёрток и сбрасывая с него ткань.
Клинок, вытянутый из ножен, зашуршал зловеще, словно подползающая змея. Волк обернулся на этот звук и оскалил зубы. У него даже не из пасти, а из середины груди донёсся низкий рокочущий рык, он присел, готовясь к прыжку. Мэйтар развел руки, держа ножны в левой как второй клинок, сделал скользящий шаг по старой вымостке.
Зверь коротко взвыл и бросился на него. А вот дальше Индиран даже не разглядел движения, только блеснуло что-то в воздухе, звук раздался мерзкий и хрустящий, клинок блеснул вправо и вперёд, и зверь рухнул на камень, хрипя и заливая базальтовую плиту кровью из почти отрубленной головы.
Следующим коротким взмахом Мэйтар стряхнул кровь, словно ее и не было, и вложил чистый клинок в ножны, а ножны вернул за спину. Только уже без маскировочной тряпки. Схватил волка за шкирку и поволок внутрь.
— Придется спешить, — сказал он. — Он позвал своих, времени немного. Не повезло. Вперёд или назад?
— Вперёд, — сказал археолог. — Второй раз нас могут и не подпустить.
— Какой смысл тратить металл на ошейник? — спросила вслух Аэлин саму себя, проводя пальцем по бляхе. — Это позолота. И тот самый опознавательный узор темных культов.
— Это все, что вас беспокоит в этом волке, госпожа профессор?
— Не понимаю смысла демонстрации богатства там, где его некому показать.
— Не трогайте это, — сказал вдруг Мэйтар и отвёл руку Аэлин от ошейника. — Оно мне не нравится. Оно действительно неспроста. Не прикасайтесь к вещам с этой дрянью.
— Но почему?
— Потом постараюсь объяснить. А сейчас надо спешить. По-хорошему — прочь отсюда. Но и Индиран прав, в следующий раз охраны могут выставить больше, если у них есть на то люди.
— Ведите, — сказала Аэлин.
Указав пальцем проводнику за плечо, Индиран пошутил:
— И патроны в нем не кончаются?
— И осечек не дает, — кивнул Мэйтар. — Торопитесь.
Теперь они шли быстро и совсем среди развалин, петляя от одной стены к другой и скрываясь в зарослях. Но ещё одна остановка была: Мэйтар увидел какое-то резко пахнущее растение и велел натереть его листьями подошвы обуви, как можно скорее. Как это должно было отпугнуть волков, Индиран даже не спросил. Стало не до того: перед ними выросла стена. Теперь путешественники почти бежали вдоль нее, надеясь отыскать пролом. Шума позади пока слышно не было, и они надеялись, что переполох откладывается.