Любовь и ненависть (ЛП)

Август оттолкнулся от стены и бросился к Лиаму.
— Ты эгоистичный придурок, Колейн.
Лиам расправил плечи и оказался перед лицом Августа.
— Эгоистичный придурок?
— Ты думаешь, что у тебя всё схвачено, но что, если нет? Сегодня вечером ты будешь не единственным на этом ринге.
— Секунданты не вступают в бой, — выпалил Лиам.
— Ты вообще видел секунданта Морган, мать его? — огрызнулся Август.
Я втиснулась между мужчинами и оттолкнула их друг от друга.
— Прекратите. Вы оба.
— Август прав, Лиам, — сказал Мэтт. — Джастин — больной ублюдок.
— Мы знаем, в чём их преимущество, — воскликнул Лиам. — Мы можем победить их в их собственной игре.
Я убрала руки с их грудных клеток, норовящих столкнуться друг с другом, и повернулась лицом к Лиаму.
— Перестань называть это игрой. Это не игра!
Его возбуждение поутихло. Наконец-то!
— Это просто такое выражение, Несс.
— Серьёзно? Потому что, если мне не изменяет память, ты также назвал это игрой в тот день, когда мы подписались на это.
Его голос понизился, а глаза ещё больше потемнели.
— Тогда я не имел в виду дуэль.
Грудь Августа коснулась моих лопаток.
Я долго и пристально смотрела на Лиама.
— Ничто из этого никогда не было для меня игрой, ясно?
— Я займу её место, — сказал Август. — Я буду твоим секундантом.
— Нет!
Я резко обернулась.
— Не веришь, что она сможет за себя постоять, Ватт? — спросил Лиам.
Август пристально посмотрел на Лиама.
— Это не имеет никакого отношения к тому, как я отношусь к Несс, — сказал он леденяще низким голосом, — это связано с тем, как я отношусь к Джастину.
— Я подписалась на это. Я доведу дело до конца.
Я снова обернулась.
— Если придётся, — добавила я. — Я всё ещё думаю, что мы должны разоблачить их обман и прогнать с нашей земли.
— Они владеют гостиницей и всей территорией сосновых, — сказал Лиам, не сводя глаз с Августа, — Так что, прогнав их с нашей земли, мы не прогоним их из Боулдера.
Территория сосновых!
— Коул, ты связывался с Сарой?
— Нет, но Лиам получил сообщение от Эйвери.
— Эйвери? — спросила я.
— Контакт речных, — сказал Коул.
— Я помню, кто он, — сказала я. — Я имела в виду, зачем он отправил нам сообщение?
— Потому что он слышал, как Алекс Морган говорил о том, что поставил на место двуличную сосновую сучку, и он считает, что Алекс говорил о Саре, так как видел их вместе, — сказал Лиам.
Меня охватил ужас.
— Поставил на место?
— Я не знаю, что это значит, — сказал Лиам. — Он тоже не знает, но пытается выяснить.
Страх за Сару моментально вытеснил всё остальное. Я прижала кулак ко рту.
— О, Боже мой.
Лукас бросился к двери.
— Я могу отследить её запах.
— Нет, — сказал Лиам. — Мы все остаемся на месте. Эйвери там. Он сказал, что работает над этим, и я верю, что так оно и есть.
Моя голова дёрнулась назад.
— Он даже не хотел вмешиваться, и всё же ты веришь, что он помогает нам?
— Люди всё время меняют свои решения.
Когда он поднял глаза на Августа, я задалась вопросом, говорил ли Лиам об Эйвери или обо мне.
И тут у меня в голове возникла ещё одна мысль. Как бы мне ни хотелось отменить эту дуэль, я не могла оставить Сару Морганам. Но Лиам не мог сделать ручейных боулдеровцами, не съев сердце Кассандры.
— Допустим, мы не отменим дуэль, и ты выиграешь…
— Я выиграю.
Его убежденность заставила меня поджать губы. Это также заставило пульс Августа участиться и забиться рядом с моей напряжённой спиной.
— Имей хоть немного веры в меня, Несс.
— Ладно. Хорошо. Что произойдёт после того, как ты выиграешь? Как именно ты планируешь съесть её сердце?
Уголок его рта скривился.
— Своими зубами.
Я закатила глаза.
— Не будь таким недалёким. Если в её крови полно серебра, то и в её сердце тоже.
— Волчонок прав, — сказал Мэтт.
— Я введу в её сердце Силлин. Или введу себе Силлин. Грег знает как лучше. Ты принесла его?
Я вытащила таблетки из сумки как раз в тот момент, когда открылась входная дверь, и вошёл Грег.
 
Лиам ухмыльнулся.
— Вы посмотрите на это. Лёгок на помине. Мы как раз о тебе говорили.
От удивления вокруг глаз доктора появились морщинки. Или, может быть, это было беспокойство.
— И что же вы обсуждали?
— Мы обсуждали то, как ты очистишь сердце от серебра, не очищая его при этом от крови. Ну, то есть, чтобы я мог его съесть.
ГЛАВА 47
Грег внимательно изучил экран портативного устройства, в которое он только что вставил каплю крови Августа.
— Чуть меньше половины. В тебе не должно остаться Силлина к следующему полнолунию.
Учитывая, что дуэль должна была состояться сегодня вечером, мне повезло, что не я стала подопытным кроликом в данном эксперименте.
— Ты вообще можешь перевоплотиться? — спросил Грег, убирая прибор.
Август, сидевший за игровым столом между Коулом и доктором, пригладил ладонью свои коротко остриженные волосы.
— Нет.
— Ты можешь заставить свои когти появиться?
Глядя на ватный шарик, который он прижимал к ране от укола на внутренней стороне локтя, он сказал:
— Нет.
— Укол повлиял на парную связь?
Август поднял на меня взгляд.
— Нет.
Я стояла у стены с окнами, попеременно наблюдая за мужчинами позади меня и за теми, кто находился по другую сторону стекла. Грег сказал Лиаму, что инъекция большой дозы Силлина в конце дуэли — не такой большой, как та, что он сделал Августу, так как у нас не осталось достаточно таблеток — нейтрализует серебро в крови Кассандры. С тех самых пор Лиам начал морально и физически настраивать себя на дуэль.
Он и Мэтт сбросили одежду и превратились в волков. Последние полчаса они упорно сражались. Лиам не был совсем невосприимчив к ударам Мэтта — он падал и морщился, — но он снова вскакивал на лапы и старался изо всех сил.
Становясь лучше.
Но это было притворство.
Какой бы жестокой ни была их драка, она была ненастоящей.
Я подняла взгляд на раскачивающиеся сосны, растянувшиеся на мили и отделявшие владения Лиама от гостиницы. Интересно, что делали ручейные в этот самый момент? Уродовали наши дома, хоронили прах Эйдана или готовились к противостоянию с нами?
Когда Лукас подошёл и встал рядом со мной, я обняла себя за талию.
— Сара сошлась с Алексом, чтобы помочь нам. Она его ненавидит.
Он понаблюдал за тем, как Мэтт поймал Лиама за заднюю ногу и перевернул его на спину.
— Кстати, как ты себя чувствуешь? — спросила я.
— Испытываю облегчение, мать его.
Я не смогла сдержать лёгкой улыбки, услышав его ответ.
— Я не имею в виду Сару.
— О.
Румянец выступил на его щеках.
— Я имела в виду, после столкновения с кулаком Алекса Моргана.
— Готов кое-кого убить, но в остальном хорошо.
— За то, что он сделал с тобой или за то, что он мог сделать с ней?
Его брови сошлись на переносице за лохматыми чёрными волосами.
— И за то, и за другое.
Мы умолкли и продолжили наблюдать за Лиамом и Мэттом.
В какой-то момент Лукас сказал:
— Я знаю, что ты переживаешь, но Лиам опытный и быстрый. Ты когда-нибудь замечала, как быстро он двигается? Как те вампиры в сериалах, которые любят смотреть тёлочки.
Я искоса взглянула на него.
— Не уверена, что смотрела эти фильмы. Почему бы тебе не рассказать мне о них побольше?
Он начал рассказывать мне о сюжете одного из них, но потом заметил, как на моих щеках появились ямочки, и остановился.
— Не волнуйся. Я не расскажу Саре о твоей тайной одержимости вампирами.
Более яркий румянец окрасил его щёки.
— Ты настоящая заноза в моей мохнатой заднице.
— Но удивительно милая, не правда ли?
Он бросил на меня взгляд, который, вероятно, должен был быть уничтожающим, если бы не его кривая улыбка.