Богохульство! 2! Иисус отправляется в Ад на выходные! (ЛП)

— Ты правда не против? — спросил Сатана.
Джимми кивнул:
— Я справлюсь, — он отвёл взгляд.
— Я знаю, что справишься. Ты можешь всё, малыш. Но тебя что-то беспокоит.
Джимми неловко пожал плечами:
— С тех пор, как я здесь, мы впервые так надолго расстанемся. А что, если ты найдёшь на Земле другого твинка, который понравится тебе больше, чем я?
Сатана положил палец под подбородок Джимми, запрокинул его голову и удерживал на месте, чтобы он не мог отвести взгляд.
— А теперь послушай Папочку. Ни на Земле, ни в Аду, ни на Небесах нет никого лучше тебя. Я был один дольше, чем мне хотелось бы думать, и я не могу представить, что отдам тебя кому-то другому. Ты для меня единственный, отныне и навсегда.
Джимми шмыгнул носом:
— Обещаешь?
Сатана мягко улыбнулся:
— Обещаю. Кроме того, Донна убьёт меня, если я попытаюсь.
— Она может, — согласился Джимми. — Она любит меня больше, чем тебя.
— Я знаю, — сказал Сатана, отпуская его подбородок и убирая волосы со лба. — А теперь, что скажешь, если мы закончим то, что начали до того, как Бог прервал нас? Я не трахал тебя на своём столе со вчерашнего дня, и это никуда не годится.
Джимми вскочил с колен прежде, чем Сатана закончил говорить, стянул штаны и наклонился над столом, раздвинув половинки задницы.
— Вот так? — спросил он, оглядываясь через плечо.
Сатана хрипло откашлялся:
— Да-а… Именно так. Срань господня, я, блядь, уничтожу тебя.
— Зови меня Рипли, — простонал Джимми, когда Сатана провёл пальцем по его дырочке. — А ты — ксеноморф. О нет, идёт большой, плохой инопланетянин, и он собирается оплодотворить меня, чтобы его отродье проело себе путь из моей груди! И я не могу его остановить, ведь в пулемёте закончились патроны. Вот так повезло!
— Ты такой странный, — проурчал Сатана. — Обожаю тебя, Рипли. Приготовься к вторжению сексуального характера.
— Кончай болтать и кончи в меня!
Так они и сделали. То что произошло дальше, не будет описано, но достаточно сказать, что Рипли и правда монстрофил, а в Аду всё прекрасно.
*****
Джимми стоял на платформе, слепящий свет угасал в одной из труб, в которой Сатана отправился на Землю. Их прощание было сладким, и Сатана пообещал, что вернётся с подарком, если Джимми не уничтожит Ад в его отсутствие. Дерек, демон-надзиратель, нервно переминался с копыта на копыто, пока Сатана поедал лицо Джимми. После того как Сатана устремился к Земле, Джимми повернулся к Дереку.
— Ну что? — спросил он, уже скучая по Папочке. — Стремимся к прогнозируемому числу душ за квартал?
— Да, моя Королева, — ответил Дерек. Он взглянул на планшет в руке. — Учитывая то, как COVID опустошает Землю и количество людей, отказывающихся носить маски, наши показатели выше ожидаемого. Почти на триста процентов. И учитывая изобретение вакцины, мы полагаем, что количество душ увеличится.
Джимми нахмурился:
— Разве она не поможет? Из-за вакцины душ должно быть меньше, верно?
— Можно так подумать, — сказал Дерек. — Но увеличение будет происходить за счёт антипрививочников. Сатана заключил сделку с Богом, что их получим мы, потому как нет надежды на их реабилитацию, а в процессе они подвергают опасности свои семьи и окружение.
Джимми удивился:
— Ого. Чувак, кто бы мог подумать, всё, что нужно, — это эпидемия, и люди показали себя настоящих. Отпадно. Горжусь вами, ребята.
Дерек покраснел:
— Спасибо, Королева Джимми. Услышать от вас такое многое значит для меня. — Он оглянулся на демонов, снующих вокруг дюжин труб призыва, которые усеивали платформу. — Мы будем очень заняты, но Сатана уже разрешил сверхурочные, и все знают, насколько важна работа. Я ещё не слышал никаких жалоб.
Джимми кивнул:
— Что ж, убедись, что все знают, как высоко ценит их Королева. И Сатана тоже. На днях он говорил, что повышение тебя до надзирателя было одним из лучших решений, которые он когда-либо принимал.
Дерек пискнул, и изо рта у него вырвалось облачко дыма.
 
— Он так сказал? — прошептал он с благоговением.
— Ага, — сказал Джимми, похлопывая его по плечу. — И это правда. Ты намного лучше, чем прошлый парень. А ты помнишь, что с ним случилось.
Уши демона прижались к голове.
— Сатана пнул его в лаву.
— Именно! — весело произнёс Джимми. — И ты до сих пор жив, поэтому знаешь, что выполняешь работу отлично. Позитивное стимулирование — такое весело, да?
— Очень — слабо произнёс Дерек. Он прочистил горло. — В отсутствие Сатаны вам не о чем беспокоиться. До Его возвращения я прослежу, чтобы всё шло гладко.
— Спасибо, — поблагодарил Джимми. — У меня такое чувство, что с нашим гостем у меня будет мало на это времени. — Он покосился на трубу призыва. — Кстати, разве он уже не должен быть здесь?
— Чтобы спуститься сюда с Небес, людям требуется немного больше времени, чем с Земли. Куча бюрократической волокиты и чепухи. Мы должны убедиться, что все документы поданы правильно, и что всё одобрили. Вы же знаете, какого это. — Дерек взглянул на часы. — Но он должен быть здесь через… ох, да. Вот и он.
Труба призыва наполнилась самым ярким светом, который Джимми когда-либо видел в Аду. Под ногами загрохотала платформа, и когда на панели рядом с трубой замигали слова «ПОСТУПЛЕНИЕ ПОСТУПЛЕНИЕ ПОСТУПЛЕНИЕ ПРЯМОЙ ПУТЬ С НЕБЕС ПОСТУПЛЕНИЕ ПОСТУПЛЕНИЕ ПОСТУПЛЕНИЕ», Джимми, споткнувшись, шагнул назад.
Что-то с грохотом ударилось об основание трубы, и Джимми прикрыл глаза от яркой вспышки света. Демоны перекрёстка закричали от ужаса и, размахивая руками, бросились бежать кто куда.
Свет померк, и Джимми снова повернулся к трубе.
Стеклянная дверь скользнула в сторону, наружу выплыли белые облака и покрыли землю.
И в трубе, скрестив руки на груди, стоял нахмуренный Иисус Христос.
Его кожа была коричневой, а длинные тёмные волосы свисали вокруг лица. На нём были чёрные ботинки от Dr. Martens с серебряными пряжками, верх которых скрывали чёрные расклешенные рейверские брюки с такими же пряжками по бокам. На его тонкой футболке было лицо Джима Джонса10 и надпись: «БОГ ЗАСТАВИЛ МЕНЯ ЭТО СДЕЛАТЬ». Иисус переминался с ноги на ногу, перекинув рюкзак через плечо, а его тёмные глаза нервно бегали по сторонам.
Джимми бросился вперёд, заставив Иисуса вздрогнуть и отпрыгнуть назад.
— Привет! Ты, должно быть, Иисус! Так здорово наконец-то с тобой встретится. Я часто разговариваю с твоим отцом и слышал об омовении ног. Разве кинки не крутая вещь? Кроме того, ты не белый, что просто… вау. Они правда накосячили, да?
Иисус вздохнул и, посмотрев себе под ноги, что-то пробормотал себе под нос.
Джимми на него покосился:
— Что?
Иисус закатил глаза, а его губы растянулись в улыбке:
— Я сказал, что я восточный еврей. И только с XX века меня начали обелять.
Джимми моргнул:
— А зачем?
Иисус усмехнулся:
— Из-за расового антисемитизма. Они хотели белого нордического Иисуса, потому что думали, что так я стану лучше.
— Джимми скорчил рожицу:
— Иу. Чертовски глупо. Люди отстой.
— Ты человек, — рявкнул на него Иисус.
Джимми потёр затылок:
— Да, полагаю, это так, но обещаю, что я не такой, как эти придурки, хотя ты не должен верить мне на слово. Я должен доказать тебе это. Честно говоря, я счастлив, что ты здесь.
Иисус удивился, но быстро скрыл свои эмоции, и подозрение расцвело на его лице, когда он прищурился.
— Почему? Я тут всего на пару дней. И не останусь здесь навсегда. Ад ужасен.
— Эй, — сказал Джимми, нахмурившись. — Обзываться не круто. Ад мой дом. И он очень милый. Ты здесь впервые, и лишь поначалу всё кажется немного странным. Но клянусь, Ад отличается от твоих ожиданий. На самом деле здесь просто потрясно.
— Сомневаюсь, — пробормотал Иисус. — Пахнет тухлыми яйцами и печалью.