Испытание паладина (СИ)

— Милая, изложи суть дела. В чем неправ Скупи?
Вздохнув, Изольда, налила себе эля и принялась за рассказ:
— Месяц назад ко мне приехал этот плут с грузом ценных товаров и обновленным договором, согласно которому несколько изменялись цены на товар. Я немного удивилась этому, так как моя семья издавна ведет дела с купеческой гильдией гномов и обе стороны свято соблюдали договор, заключенный еще моим дедом.
Так уж случилось, что в тот момент у меня гостила одна моя знакомая работорговка, которая заодно продала мне этого никчемыша! — Тыкнув обвиняющим перстом в сторону сжавшегося Камины, выкрикнула Твердыня. — Теперь-то я понимаю, что низкая цена возникла не на пустом месте! Она просто сбагрила мне некондиционный товар! Ох и намучаешься же ты еще с ним.
— А что не так? — спросил, разглядывая красного, как рак, Камину.
— Да он нихрена ничего не умеет! К чему я только не пыталась его приставить! Даже дрова наколоть не может, не говоря уже о простых принеси-подай! Все из рук валится! Только мордашка красивая. Единственное его достоинство! Даже в постели ничтожество!
— Ладно, ладно, успокойся, — примиряюще, поднял руки, успокаивая разбушевавшуюся хозяйку. — Что там дальше с гномом?
— Ну, она показала мне на некоторые вопиющие неточности в новом договоре, свежие чернила, мелкие несоответствия. С ее слов, новый договор составлялся впопыхах, как будто на коленке. Или на телеге в пути! — стрельнув огненным взором в бормотавшего проклятия карлика, добавила Изольда.
— Сперва докажи это, дубина! — вскочил тот, сжимая кулаки. — Я — честный гном. Что дали, с тем и приехал!
— Я в своей управе! — сделав размашистый жест, ответила та. — Мне нет нужды что-либо доказывать тебе. Надо будет, отвечу перед твоими законниками. Вот только сдается мне, что ты тоже не хотел бы с ними встречаться?
Карлик, пробормотав ругательство, сел на место, уткнувшись в стол.
— В общем, у нас патовая ситуация, — подытожил я. — Гному назад дороги нет без договора и груза, а тебе нужен груз и старый договор?
— Именно так! — кивнула хозяйка.
— Пойдем, поболтаем, — кинул своим. — Давно хотелось побольше о вас узнать. Изольда мы ненадолго займем твою комнату.
Мы зашли в еще неубранную спальню. Тиниэль, бросив короткий взгляд на смятую постель, тут же кинула на меня странный взгляд с каким-то подтекстом. Но мне было немного не до того.
— Начнем с тебя, Камина.
Вздрогнув, тот все же взял себя в руки.
— Что от меня требуется? — более-менее спокойно спросил парень.
— Расскажи о своей прежней жизни до сегодняшнего момента.
— Да что там рассказывать? — горько усмехнулся тот. — Меня выкрали еще ребенком, продали в рабство. Кому-то повезло, попали к нормальным хозяевам, кому-то нет. Мне — не повезло. Моя хозяйка оказалась садисткой. Я продержался у нее полгода и сбежал. Но с клеймом далеко не убежишь. Меня быстро поймали и вернули. Она выместила на мне злость и перепродала дальше. Ей быстро наскучивали старые игрушки.
Я поймал пустой взгляд парня, и мне стало жутко.
— Потом сменил многих хозяек, но большинство из них не отличались разнообразием. Пока я был мелким, то выполнял трудовые обязанности наравне с остальными. Но немного повзрослев, стал секс-игрушкой. Когда я наскучил последней хозяйке, та продала меня лейтенанту королевской гвардии. В отличие от всех предыдущих, у нее было хоть какое-то понятие о чести и достоинстве. Но мне уже было все равно. Она попыталась привести меня в норму, научить воинскому ремеслу. Когда ее усилия не привели к ожидаемым результатам, она так разозлилась, что продала меня первым попавшимся работорговцам. А те — Изольде. Вскоре, я попался под горячую руку и загремел на площадь позора. Вот и вся моя веселая жизнь, — грустно закончил Камина, нервно перебирая руками пушистый хвост.
Я одобряюще похлопал парня по спине.
— Не обещаю, что со мной твоя жизнь изменится к лучшему, но, по крайней мере, никто больше не посягнет на твое тело!
Камина несмело улыбнулся.
— Спасибо, брат! — ответил он с чувством.
 
Я уставился на эльфийку. Тиниэль сначала пялилась на меня огромными глазищами в ответ, но вскоре не выдержала и опустила взор.
— Что тут сказать, — вздохнула она. — Моя ветвь никогда не принадлежала к знати. После войны стало совсем туго. Я перебивалась случайными заработками, и вдруг, меня вызывает сам!..
Девушка внезапно заткнулась, руками закрывая свой болтливый рот, испуганно зыркая на нас исподлобья, но я продолжил за нее:
— Сам Высший? Верховный жрец или кто он вас там?
— Я так и думала, что ты залез ко мне в голову! — отшатываясь, вскричала девушка. — Кто ты такой? Маг? Ведь ты подлечил меня тогда, а магией света владеют лишь церковники и знахари, а ты не похож ни на тех, ни на других!
— Действительно, кто же ты, Ричард? — вступил в разговор молчавший до этого гном. — Твердыня по тебе сохнет, Бесстрашная боится слово сказать. Даже Отец уважает.
Камина поднял голову, тоже вставляя фразу:
— Очень интересно, как ты умудрился так изменить хозяйку, брат? Я помню ее ревущей медведицей!
— О себе расскажу чуть позднее, — уклонился от ответа. Подождет. — Сначала выслушаю вас. Тиниэль, продолжай.
Эльфийка, сверкнув глазами, нехотя принялась за повествование дальше:
— Да, это был Верховный. У Эльвов нет короля, как у хумансов, но есть Совет, возглавляемый Верховным жрецом. Его воля не просто закон. Его слово решает все в Совете. Его глас подобен слову Богини...
— Мы поняли, — прервав увлекшуюся эльфийку, сказал я. — Что было дальше? Он вызвал тебя и поручил убить...
— Именно так, — вздохнула та, — он дал мне необычный кинжал, поручив убить отступницу, изгнанную из клана. Но я не только провалила задание, но и дала захватить себя в плен. Но... Ричард? Я правильно поняла твои слова там, на помосте? Кинжал был проклят, и в любом случае обрек меня на гибель?!!
— Естественно! — ответил, поражаясь наивности девушки. — Какой идиот позволит наемному убийце жить рядом с собой? Чтобы рано или поздно правда выплыла наружу? Сделал дело — концы в воду.
Гном закашлялся от распиравшего его смеха.
— Я, конечно, знал, что эльфийки дуры, — наконец вымолвил он, утирая выступившие слезы, — но и предположить не мог, что настолько!
— Да как ты смеешь, дарпан-тал! — зашипела Тиниэль. — Грязный гном предавший свой народ ради золота!
— Ах ты наглая длинноухая... — завелся было тот.
— Сидеть! — рявкнул я. Спорщики мгновенно заткнулись.
— Ох, намучаюсь я с вами, — подумал вслух. — Может, кто-то хочет остаться? Или в одиночку пойти своей дорогой? Есть желающие? Нет? Я так и думал. Ребята, давайте жить дружно. Скупи, твоя очередь.
Гном внезапно нахмурился и повертел головой. Попыхтел, подумал, и вдруг выдал:
— Пусть они уйдут! Не могу при них!
— Куда?! — прикрикнул я на вставшего Камину. Эльфийка даже не повела длинным ухом на просьбу карлика. — Сидеть на месте! Скупи, что за фокусы? Говори как есть!
— Ему стыдно! — фыркнула Тиниэль. — Вот уж не думала, что увижу смущающегося гнома!
Однако, Скупи не стал как обычно злиться и кидаться на эльфийку. Напротив, потупился и запыхтел.
— Ладно, ребят, давайте отнесемся нормально к его рассказу. Скупи, я обещаю, что никто не будет над тобой смеяться. Обещаем? — окинув взглядом остальных, спросил я.
Камина кивнула, Тиниэль подумала и тоже качнула головой.
— Я шестой сын в роду — начал гном. — Про наследство и уважение можно было сразу забыть. Мне пришлось выбиваться в общество самому. Камешек к камешку, монетка к монетке, стал купцом, немного оброс связями, стал ездить с караванами...
Скупи замолчал. Видно было, что ему крайне тяжело было дальше рассказывать.
— Не томи, рыжебородый! — протянула наемница. — Что дальше-то было?
— Я проигрался, — просто ответил тот. — Подозреваю, все было подстроено, уж слишком просто меня развели. Прям как по-писаному. И крепкого самогона постоянно подливали. В общем, наутро, как протрезвел, заявились ко мне двое и потребовали расчета. Оказалось, проиграл все, что ставил, и еще в долги влез. Я за голову схватился. В принципе, расплатиться было можно, но пришлось бы продать почти все нажитое! И тут, — гном сделал паузу, — один из них предложил сделку.