Ошибки богов. Книга седьмая. Восстание паладина (СИ)
Одинокой матери удалось добраться до одного из больших городов хумансов. Но дальнейшая ее жизнь не задалась. Вкалывая на двух тяжелых работах, она с трудом могла кормить себя и растущую дочку, но на ее воспитание и защиту у матери совсем не оставалось ни сил, ни времени. Полукровка слишком рано узнала суровую реальность городской жизни. Девочке еще повезло, что эльфийская кровь не отразилась на ее внешности. Жизни отпрысков человека и эльфа можно было только посочувствовать.
Постепенно тяжелая работа, болезни и скудная еда окончательно подкосили здоровье матери Тиемы, и вскоре та осталась совершенно одна. Девушка была вынуждена воровать, идти на мелкие преступления, а немного повзрослев, торговать собственным телом ради пары монет. Детская проституция была обычным делом в бедных трущобах и на нее всегда находились желающие. Разумеется, тот, кто платил и заказывал, мог сделать с малюткой все, что ему бы только заблагорассудилось и никто бы слова против не сказал в защиту подростка.
Долго так продолжаться не могло. Тиема и сама чувствовала, что скоро последует за матерью. Редко кто из трущобных сироток доживал хотя бы до двадцати, если только не присоединялся к какой-либо банде. Но Тиема никого не интересовала даже в качестве подстилки, так как напоминала скелетик, обтянутый кожей.
И все же ей дико, нереально повезло! Торговец, обманом купивший ее тело за пару монет, собирался бросить ее на съедение вечно голодным монстрам. Но когда будущий обед дожидался своей участи в клетке, за головой работорговца пришла наемная убийца...
...Выполнив миссию, Савано мельком взглянула на клетки и остановила взгляд на сморщенном детском трупике в одной из них. Подойдя, она вздохнула с сожалением. Сколько она уже видела подобных замученных детей? Кошка давно потеряла счет. Она протянула руку к замку, и тут трупик вздохнул и открыл глаза...
... Тиема была так предана своему мастеру, что, не раздумывая бросилась бы жерло раскаленного вулкана, стоило бы кошке только подмигнуть. Она ничего не требовала и не просила. Никогда. Все, что ей было нужно — похвала и ласковое слово своей преподавательницы. Савано дорожила ею настолько, насколько это было возможно. Вероятно, их отношения давно перешли на уровень матери и дочки, но они боялись себе в этом признаться. Единственное, чего не могла выносить полукровка — присутствия рядом с собой мужчин.
Но наступил день, когда мастер приказала ей встретить и передать знания некоему парню, ученику ее давнего знакомого. По лицу Савано невозможно было понять, нравится ли ей данный приказ или нет, но девушка как никто другой чувствовала, что мастер не желает отпускать воспитанницу. Не желая подвести ее, Тиема решила во что бы то ни стало отработать миссию на максимум.
Парень, на удивление, оказался милым и тактичным, держа дистанцию и соблюдая приличия. Он не только исцелил ее от последствий тяжелого удара, но и отказался от награды телом, хотя, мастер потребовала беспрекословного выполнения этой части задания! К концу занятия Тиема даже почувствовала нечто вроде нежелания уходить. Она даже нарушила собственное правило, поблагодарив парня вслух на прощание. Удивляясь самой себе, Тиема вернулась в додзе, доложив мастеру о частичном выполнении задания. Но от опытных глаз кошки не укрылось некоторое смущение девушки...
Все последующие встречи Тиемы с Ричардом укрепляли ее хорошее мнение о нем. А когда он спас всех от позорной участи, ждущих их в клане Поднебесных, девушка окончательно уверилась, что герой послан им судьбой. И эта сцена вечером... Кто бы мог подумать, что он сам подойдет и предложит ей... Вот только Она так и не поняла, к чему он ее подталкивал, но была не против узнать подробнее....
Когда все разбрелись по особняку, Тиема решила смыть с себя все накопившиеся тревоги и волнения, а заодно вознести хвалу Селемине, приняв ванну в горячих источниках. Она привыкла в одно и тоже время забиваться в дальний угол бассейна и тихонько молиться. Но в этот раз она даже и не подозревала, что ее пение было оценено тем самым парнем, который так глубоко запал ей в душу...
Глава 18. За двумя куиночи погонишься, обеих и отжаришь!
Напряженная, нервничающая куноичи вздрагивала от каждого моего прикосновения, несмотря на то что я старался быть максимально нежным. Нет, даже не так. Осознание того, что Тиема в долю секунды может превратиться в смертоносную убийцу, если что-то пойдет не так, заставляло меня дотрагиваться до нее так же осторожно, как неопытному саперу обезвреживать бомбу террористов. Впрочем, девушка сама понимала, что основная причина кроется в ней и первой пошла в наступление.
Вот она стоит напротив меня на расстоянии метра, стеснительно прикрывая грудь и низ живота, а в следующий момент делает «шаг», оказываясь прямо передо мной, и влажными ладошками обнимает мою шею, запрокидывая голову. Ее ротик слегка приоткрывается, а большие глаза, доставшиеся ей от отца, наоборот прикрываются от смущения. Влажными пухлыми губками она легонько клюет мои щеки, находит рот и жадно впивается в него, как путник, заблудившийся в пустыне, припадает к найденному источнику воды.
Пока девушка постигает искусство поцелуя, которому я по мере своих скромных сил пытаюсь ей передать, мои руки скользят по ее едва созревшему телу, исследуя каждый уголок, которого раньше не касались мужские руки. А если и касались, то против воли хозяйки. Тиема дрожит от волнения и возбуждения, но не сбавляет натиск, позволяя мне сначала мягко, а потом и сильнее сжать ее небольшую, но такую упругую грудь с острыми восставшими сосками. Она начинает постанывать, пока ее язык переплетается с моим, а коготки впиваются в спину самца, играющего с ее эрогенными зонами. Наконец, наступает момент, когда она сама ласково берет мою руку и прижимает ее к низу животу, давая, так сказать, полное разрешение и одобрение следующих боевых действий.
Мне нравится ее решимость, но я не забываю, с кем имею дело. В конце концов, Тиема — не только куноичи, в совершенстве овладевшая секретными техниками скрытых убийств, но и девочка, у которой отняли не только детство, но и семью, родителей, собственный дом и все, в чем нуждается любой ребенок — ласку, любовь, защиту...
Я мягко отнимаю ладонь, не торопясь идти в атаку и вновь обнимаю девушку, не переставая шептать ей на ушко, какая она красивая, умная и способная, как вдруг, ощущаю на своих щеках... ее слезы.
— Спасибо... спасибо, Ричард! — прошептала девушка, негромко всхлипывая. — Никто и никогда... прежде... не говорил мне этого. Я... Я...
Поцелуем затыкаю ее ротик, прежде чем, куноичи, не подумав, произнесла бы слова, после которых нам обоим пришлось бы неловко чуть позже, и нелегко в будущем. Немного грубо хватаю пискнувшую от удивления Тиему за бедра, приподнимая ее и усаживая на край бассейна. Эта малышка такая хрупкая, что напомнила мне Томоки, кошачью разведчицу, самую первую неко, с которой мне удалось сблизиться. Конечно, ассасинка не обладала очарованием кошки, но смешение человеческой и эльфийской крови в ее генах придавало ей удивительное обаяние.
Она смотрит на меня сверху вниз бездонными глазами, слабо догадываясь о том, что моих планах на ее тело, и я вижу невысказанный вопрос в ее глазах. Судя по всему, девушка никогда в жизни не знала мужской ласки. Да и кто бы стал относиться к бездомной сиротке в городских трущобах так, как следует относиться к девушке? Все видели в ней только средство для достижения своих целей и мясную дырку для удовлетворения извращенной похоти.
Потому, не торопясь, но и не затягивая, ласкаю ее бедра, одновременно массируя пальцами места, от которых ей становится хорошо, тепло и приятно. Она, постанывая от удовольствия, запрокидывает голову, позволяя мне потихоньку закинуть ее ножки себе на плечи и принять более удобную позу. Таким образом, перед моим лицом оказывается низ ее плоского животика и маленькая раковина, напрочь лишенная растительности.
