Возвращение Прославленных (СИ)

— Я выйду, а меня увидят люди, — опять начал Марио, — а вдруг они начнут надсмехаться?
— Ты очень симпатичный! Пусть любуются, — сказала Мэд. — А если бы ты был чуть поувереннее, то все девушки были бы твои.
— Правда? — оживился Марио. — Ну раз, так, то, можно и подумать. Можно и пойти… Я отправлюсь с вами, если только вы пообещаете, что со мной ничего не случится. Об этом походе мечтал мой отец. И отец моего отца. Но одно дело мечтать — я бы тоже это занятие выбрал. И совсем другое — взять и двинуться в путь. Ведь там, в миру, слишком много опасностей.
— Когда при мне говорят о мечтах, — заметил Тафари, — я всегда представляю человека у подножия горы. И у каждого есть такая тайная гора. С непокорённой вершиной. Взобраться на гору может каждый. Кому хватит сил, терпения и выдержки. Остальное всё домыслы и поиск причин. Просто надо начать подъём. Ты можешь спрятаться в нору, подальше ото всех, там, где тебе ничего не грозит. И превратиться в крысу. А можешь стать славным продолжателем рода — выбирать то тебе. А гарантий тебе не даст никто.
— Я боюсь, — мотнул головой Марио.
— Визарадры живут по-разному. Одни проживают жизнь длиною в человеческую, другие — намного больше. Представь, что ты будешь жить триста лет. Что ты потом вспомнишь? Как сидел в хижине и боялся? — спросил его Тафари.
— В таких походах сплошные трудности, — искал аргументы Марио.
— В таких походах есть и приключения, — вступил в их разговор Итиро.
До этого он наблюдал за всем со стороны, и то, чтовидел и слышал, ему не нравилось. Итиро был сильно разочарован. Он остановился, подбирая слова, и добавил:
— В конце таких походов остаются лишь хорошие воспоминания. Потрать жизнь на то, чтобы они были.
Марио стал нервно чесаться, размышляя.
— У тебя есть какой-нибудь волшебный ауксил? Нашли ли вы ваш тол — инструмент визидара? — нетерпеливо спросил Стурла.
Его ужас как раздражал этот Марио. Так и хотелось дать ему затрещину, и гном еле сдерживался.
— Нет, — покачал головой парень. — Всё, что имею, то здесь и находится, — развёл он руками.
Все ещё раз оглядели бедную обстановку — взгляду здесь было зацепиться не за что. Ничего, похожего на тол или ауксил, на полках не наблюдалось.
— А ты совсем не выходишь из дома? — спросила его Бернис. Она облокотилась об стол и тут же отдёрнула руку, испачкавшись о что-то липкое, давно пролитое на столе. Вытираясь, девушка неодобрительно взглянула на гору грязной посуды.
— Ну, нет, иногда я выхожу. Когда сильно проголодаюсь. Мне же надо есть. Тогда я стрелой бегу до сенота. Быстро ловлю рыбу и срочно возвращаюсь домой.
— Ты уже второй раз упоминаешь сенот, — сказал Итиро, — что это?
Марио замер, подумал и, хмурясь, ответил:
— Ну, вот, пожалуй, сенот и есть здесь самое волшебное место в округе. Но он огромный. Разве такие ауксилы бывают?
— Так что это такое — сенот? Объясни, — толкнула его в бок Мэдлин.
— Ну, это дыра. Огромная дыра в земле, — вздохнув, ответил Марио, — я, конечно, сегодня до него идти не рассчитывал. Но лучше это один раз увидеть, чем объяснять.
Он нехотя встал, натянул на себя какую-то рванину. Вышел за дверь и, кивнув головой, позвал за собой остальных. Во дворе Марио подхватил большую корзину и опять кивнул головой, показывая дорогу.
Визидары обогнули хижину и углубились в лес по красивой дорожке. Хоть и она заросла, но ещё была видна расписная плитка, которой эта дорожка была выложена.
— Марио, а кто сделал такую красоту? — показав на изящный рисунок плиток, спросила Мэдлин.
Утончённая Мэд, замечала во всём красоту, и уж такая плитка в этих заброшенных заросляхне могла ей не приглянуться. А вот Стурла плиточки даже не заметил, хотя по росту был к ним ближе всех. Он шёл и сосредоточенно отмахивался от веток, которые так и норовили наотмашь хлестнуть его по лбу.
— Эту тропинку выложили мои прадеды. Она ведёт до самого сенота, — объяснил Марио.
И тут его лицо радостно осветилось:
— Ой, так, может, вы по дорожке и сами дойдёте до сенота? Как же я сразу не догадался…
 
— Нет уж, — мотнул головой Стурла, — пойдём вместе. Ты и так толком ничего объяснить не можешь. А если у нас там возникнут вопросы?
— Ну, ладно, — быстро согласился Марио, — с вами идти по дороге не так и страшно. Даже весело!
Стурла аж плюнул в сторону от его слов. Тафари нагнулся и успокаивающе погладил гнома по плечу. Тот выразительно показал на спину Марио и закатил глаза.
Минут через пятнадцать лес просветлел, заросли расступились и визидары оказались на краю большой карстовой дыры.
Почти отвесные стенки сенота заросли мохом, папоротниками и мелкими кустами. Там, внизу, плескалось озеро, до которого пытались дотянуться длинные мангровые лианы. Через чистейшую воду, было видно, как солнце играет бликами, блуждаяпо каменному дну.
— Как красиво! — склонившись над сенотом и вдохнув его восхитительную свежесть, сказала Мэд.
Бёрнис тоже расцвела. Сенот был похож на маленький кусочек рая. Девушки сели на край обрыва и свесили ноги.
— Хочется там искупаться. Давайте? — предложила Бернис.
Она быстро встала и отошла на пару шагов, чтобы разогнаться и прыгнуть.
— Нет! — резко закричал Марио.
Все на него обернулись.
— Нет, — повторил он тише.
Марио трясло. Его лицо побелело и покрылось капельками пота.
— Я не разрешаю! — мотал головой парень. — Здесь очень глубоко, обманчивое дно и трудно вылезти.
— Ну, ладно, — согласилась Бёрн, пожав плечами. — Нет, так нет. Чего ты так завёлся?
— Там… погибли мои дед и отец, — сказал Марио.
Он сел на камень и обхватил голову руками, взгляд его стал потерянным.
— Они… туда… ныряли. Больше… я никому… не разрешу этого… сделать.
Все замолчали. Но парень продолжил:
— Сеноты образуются, когда обваливаются крыши подземных пещер. А здесь, под землёй, этих пещер бесконечное множество. Этот сенот много лет принадлежит нашей семье. Я бы сюда не приходил. С детства боюсь этой ужасной дыры. До дрожи боюсь. Но здесь мы всегда ловили рыбу. Поэтому мы и рыбаки.
— А разве там есть рыба? — недоверчиво спросил Итиро, вглядываясь в прозрачную воду сенота.
— Смотри, — устало сказал Марио.
Он достал из кармана рыболовный крючок на тонкой верёвке. Закинул его в воду. И тут же стал эту верёвку энергично сматывать на локоть обратно. Визидары смотрели вниз — на крючке извивалась большая рыбина.
— Гляди-ка, да ты реально Рыболов, — уважительно засмеялся Тафари.
— Не может быть! — раскрыл рот Стурла. Уж он-то знал толк в рыбалке. Но такого ещё не видел.
Гном уставился в воду. «Вырви мои глаза, да там нет ни одной рыбины!» — бормотал он возмущённо.
Марио же снял с крючка сверкавшую чешуёй рыбу, положил в корзину и повторил свой фокус ещё несколько раз. Только крючок попадал в воду, откуда ни возьмись, выпрыгивала рыбина и заглатывала его.
— Ну, вот, будет что нам поесть! — удовлетворённо сказал Марио, оглядывая полную добычи корзину. — Эх, надо было ещё ведро взять, набрать воды, — расстроено вспомнил он.
— Я тебе дам воды, когда вернёмся в дом, сколько захочешь, — кивнул Итиро, но Марио недоверчиво на него покосился. «Откуда у этого парня вода, тем более целое ведро?» — читалось в его взгляде.
Визидары отправились обратно.
Когда они вернулись к хижине, для Марио начались сплошные чудеса. Сначала визидары налили ему полное ведро воды из бамбуковой палочки. Потом разожгли палочкой огонь, и Стурла взялся готовить рыбу. А уж когда Марио дали поносить Переводной медальон, и он стал понимать всю окружающую речь, парень был в восторге.
— Ух ты. Какие вы везучие, — разглядывая чужие ауксилы и толы, восхищался Марио, — жаль, у меня ничего такого нет.
— Вот это и странно. Ну, вспомни, ты точно не знаешь, где ваш тол? Где живёт следующий визидар? Ты должен это знать, — подошёл к нему Тафари и попытался узнать у парня хоть что-нибудь, пока у того было хорошее настроение.