Экшн (СИ)

— Вася, не слушай ее, глупую! Выходи спокойно замуж, у тебя ума, я думаю, побольше будет… ой, не могу! — продолжал он заливаться смехом.
Анна не выдержала и, сняв с себя вязаную шапочку, развернулась и шлепнула ею мужа.
— Конечно, как заведут себе бабу на стороне, тогда сразу жена становится дурой!
— Вы как дети малые, — с досадой сказала Василиса. — Витя, это ты что ли бабу завел? Колись, давай.
— Вася, когда мне ее заводить, сама посуди? Весь в трудах и заботах и день, и ночь… Это ж я подумал, что кто-то Анюте моей доложил про пассию Еремеича. Начальник к ней под видом сдачи объекта и мотается по ночам. Смех, да и только!
— А ты здесь с какого боку, смешливый мой? — заметно успокоившись, спросила Аня.
— Ха! С какого боку… у меня, Анюта, здесь самая главная роль — я его алиби. Приезжаю за ним, захожу в дом, маячу там перед его женой с деловым видом. А Еремеич в это время, весь из себя угрюмый такой, собирается, по телефону типа ругается и проклинает всех, кого ни попадя, за долю его тяжелую. Вот умора!
— Козел твой Еремеич, — припечатала Аня. — И ты вместе с ним.
— Вот здесь ты, котеночек, совсем не права, — нисколько не обижаясь, возразил Виктор. — Деньги он мне за это платит? Платит. Вот и весь расклад. Ты же понимаешь, человек я подневольный.
— Ох, ребята, мне б ваши заботы, — усмехнулась Василиса.
Анна охнула.
— Васенька, дорогая, прости меня, — виновато пробормотала она. — Из-за этих мужиков умом тронуться можно! Я рада уже тому, что ты вышла целой и невредимой из дома. Остальное показалось совсем не важным.
— Ань, ну как же не важным? Я ведь на работу ходила устраиваться.
— На какую работу? Не хочешь ли ты сказать, что пойдешь этому щеголю прислуживать?
— А что, — раздался голос Виктора, — лично мне мой тезка понравился. Солидный мужик, весь из себя…
— Вот именно — весь из себя! — перебила его Аня. — И какой с этого толк для Василисы? На мой взгляд, тип он весьма подозрительный…
— А как, по-вашему, Анна Дмитриевна, выглядит не подозрительный? Ханыга в бушлате? Вас, баб, не поймешь, сколько водки не пей — это уже однозначно, — подвел итог Виктор.
— Не спорьте, я сама на распутье, — со вздохом сказала Василиса.
— На каком еще распутье? Мы же с тобой договаривались — сходим только для того, чтобы посмотреть на этого писателя, — взволнованно проговорила Анна. — Ну разве так бывает, чтобы солидный человек позвал на работу в приличный дом вот таким идиотским образом?
— Я что-то недопонял, — тут же отозвался сзади Виктор. — Это каким образом ты его, Вася, нашла?
— По интернету, — ответила за подругу Анна.
Виктор хмыкнул:
— Подумаешь, что здесь премудрого?
— Ничего, кроме того, что в сети сплошной спам и аферисты.
— Мне, Аня, он то же самое сказал, — с печалью в голосе сказала Василиса.
— Вот видишь, как хитро он тебя в оборот взял? А ты, небось, и растаяла.
— Ничего я не растаяла. Он сунул мне ключи в руку и сказал, что если меня такая работа не устраивает, я могу вернуть ключи через охранников. У них там, в подъезде, сидят бравые молодцы вместо консьержки. Представляешь?
— Представляю. Только, знаешь…
— Аня! Не сбивай девчонку с толку, — Виктор наклонился к ним. — Не мог же он весь дом нанять для своей аферы, как ты говоришь. Мы свидетели, да и охранники тоже не в карты там играют. Так ведь, Вася? И вообще, после твоего Фокина, не в обиду ему будь сказано, я впервые вижу рядом с тобой нормального мужика. А моя Анька ничего в этом не смыслит.
— Ну да, если учесть, что за тебя замуж вышла, — отозвалась жена.
— Это, котёночек, называется — счастливый случай, — снисходительно ответил Виктор.
* * *
— Васенька! — неожиданно хлопнула себя по лбу Фаина Леонидовна за ужином. — Вот склерозница старая, совсем забыла сказать — тебе сегодня кто-то звонил.
— Куда? — не поняла Василиса.
— Сюда, куда ж еще?
— На домашний телефон?
— Ну конечно на домашний. Мобильным я еще не обзавелась.
— И кто это был, интересно? — удивилась Василиса.
 
Фаина Леонидовна пожала плечами:
— Мне не сказали, а по голосу я не узнала. Но точно не твой бывший.
— Может, с работы кто? — спросила Анна.
— Так я, вроде, никому не докладывала, что у тебя находиться буду. Мужчина, говорите? — сдерживая волнение, спросила она.
Фаина Леонидовна состроила неопределенную мину.
— Скорее, конечно, мужчина. Хотя, Васенька, поначалу мне показалось, что кто-то балуется по телефону. Как будто мужчина пытается говорить женским голосом. В общем, придурок какой-то, однозначно.
У Василисы после этих слов, казалось, все тело налилось свинцом. Она уже поняла, от кого звоночек.
— И что он спрашивал? — насторожилась Анна.
— Какие вы непонятливые! Я же говорю, Василису Игоревну просили позвать, — слегка раздражаясь, ответила свекровь и принялась убирать посуду.
— А вы?
Фаина Леонидовна замерла с тарелками в руках.
— Что я, Аня? Я ответила, что ее сейчас нет, звоните в другое время! — она в сердцах со стуком поставила посуду в мойку. — Вы же не предупредили меня, что нельзя отвечать на такие звонки.
— Фаина Леонидовна, — попыталась успокоить ее Василиса, — все в порядке. А что вы еще могли сказать? Само собой, чтобы позвонили в другое время. Все правильно.
— Ага, я уже поняла, как правильно, — засопела носом женщина. — Теперь, если будут спрашивать, скажу: вы не туда попали. Хорошо?
— Я думаю, что больше звонить не будут, — как можно спокойнее ответила Василиса.
Чувство неясного беспокойства, похоже, передалось Анне.
— А почему ты считаешь, что не будут? — спросила она и посмотрела проницательным взглядом на подругу.
Василисе пришлось собрать всю свою волю в кулак, чтобы Анна ничего не заподозрила.
— Я уже поняла, кто мог звонить, — она непринужденно махнула рукой.
— Это у моего шефа голос такой, непонятного тембра. Я его просила узнать у кого-нибудь про работу с жильем.
— И мой телефон давала?
— Конечно, на всякий случай, — она честно смотрела подруге в глаза.
Анна, помолчав немного, сказала:
— Это хорошо, Вася. Тогда перезвони ему, пока не поздно.
Василиса кивнула:
— Конечно. Только помогу сейчас Фаине Леонидовне на кухне и потом созвонюсь.
Фаина Леонидовна, орудующая у мойки с посудой, обернулась.
— Вот придумала! — воскликнула она. — Здесь мне помощники не нужны. Иди, девочка, отдыхай. А то и, правда, перезвони начальнику своему, пока он не передумал чего.
— Да-да, сейчас пойду, — ответила Василиса и поспешно вышла из кухни.
Однако изобразить разговор по телефону ей не удалось. Верная подруга спустя полминуты появилась в комнате и уселась напротив Василисы.
— Ну что? — спросила она. — Позвонила?
— Нет. Занято было.
Анна с тревогой в голосе попросила:
— Вася, умоляю тебя, ничего не скрывай от меня, хорошо?
— Аня, с чего ты решила, что я могу чего-то там скрывать?
Анна вздохнула:
— Я же знаю тебя не первый год, Вася. Ты авантюристка не только по профессии, но и по натуре. Это только теперь я стала понимать, почему ты носишь такие дурацкие очки — попросту они помогают тебе скрывать свою сущность. Очень, кстати, разумное решение.
— При чем здесь мои очки? — заступилась за свое любимое приспособление Василиса. — Аня, пойми, сколько бы я не пыталась поменять их на линзы или просто на другую оправу, ничего не получалось. Мне удобно только в этих, дурацких, как ты говоришь, очках.
— Ну-ну, это я так, к слову. Попробуем еще разок набрать, — Анна показала пальцем на мобильник, который Василиса держала в руках.
Анна откровенно ставила ее в неловкое положение, однако чтобы усыпить бдительность подруги, Василисе пришлось набрать номер шефа.
— Слушаю, — раздался из трубки усталый голос главного.
— Извините, Петр Петрович, за беспокойство…