Виконт. Книга 3. Знамена Легиона (СИ)

— Хорошо, — сказал капитан. — Если вы рекомендуете, то я его беру. Тем более в нашем плавании два мага всяко лучше, чем один. Сильный маг?
— Достаточно. Уж не слабее, чем у других. Только вот есть одна загвоздка…
— Орк? Это вряд ли. Терпеть не могу другие расы. Это мое предубеждение.
— Нет, с расой все в порядке. Человек, хотя и черный.
— Ну ладно, я в общем-то без предрассудков, — пожевад губами капитан. — У многих из наших корабельные маги индейцы, и ничего, зачастую стоят больше белых.
— Другая загвоздка, — сказал я. — Это женщина.
— Что??? — заорал капитан. — Баба на корабле? Да это к несчастью! Нет, категорически нет!
— Подумайте лучше, господин капитан, — я стал загибать пальцы. — Во-первых, она по рангу почти нима. Это значит, что по силе она как верховный шаман племени. Во-вторых, она нганга, народный целитель. По существу, маг Жизни, если переводить на наши мерки. В-третьих, ее школа магии мало распространена и на Тарисо будет неизвестна, так что в случае чего обычные маги не смогут снять ее заклятия.
— Но баба!!!
— В данном случае вас интересует то, что у нее между ног, или ее магическая сила и навыки?
Меня начало это раздражать. Вам шашечки или ехать? Нет, разумеется, я не сторонник оголтелой эмансипации, но к женщине-профессионалу отношусь спокойно и с уважением, как и к мужчине. В нашем деле есть такие женщины, что любому мужику сто очков вперед дадут. И работают такие оперативники не передком. Хотя иногда и используют природное обаяние для глупых мышек, на которых охотятся. Не, «медовая ловушка» — это другое, тут используется другая агентура. Я говорю именно о профи более высокого класса.
Я наблюдал за душевной борьбой капитана. Чертовы средневековые представления о роли женщины! Да еще и подкрепленные морскими суевериями. Ну тут я не мог ему помочь. Если он хочет только мужчину-мага, пускай сам ищет до посинения, я не буду этим заниматься. Или пусть берет женщину и не трахает мне мозги.
— Ну так что, мне отказать ей в аудиенции и отослать ее обратно, пока она хрен не отрастит, а вы не найдете себе другого сильного мага?
— Зовите, — сказал капитан, скорчивший такую рожу, как будто у него заболели все зубы сразу.
— Это правильное решение. Ночью приведу.
— Я чувствую, я еще пожалею об этом, — прорычал капитан.
— Ваши чувства вас обманывают, — хмыкнул я. — Я думаю — нет.
— Ладно, — стукнул ладонью о планширь капитан. — Теперь к нашим делам. Переодевайтесь, милорд — одежда в вашей каюте. Пока вы изволили осматривать достопримечательности, ваш слуга-орк подобрал вам одежду по размеру, и даже постирал и высушил.
— Благодарствую, — сказал я с кривой улыбкой.
Надевать вещи покойников мне хотелось меньше всего, но тут сам виноват — не захотел второй раз возвращаться на рынок. Да и черт с ним, надеюсь Руфи не подобрал их по оркскому обычаю, поярче — значит красивее.
Мои надежды не оправдались. Синие бархатные шаровары, цветастая рубашка… И все это великолепие венчал красный кушак, повязанный на поясе. У Руфи с пиратами было общее чувство прекрасного — в смысле никакого. И главное теперь было не испачкаться и не порвать все это.
А вот это было уже проблематично — сейчас на палубе и сходнях творилось черте-че. Не знаю, как кэп доплатил сверху и кому, но теперь на причале у нас стояло аж целых пять подвод с провизией, и дюжие грузчики-орки передавали по цепочке мешки и тюки, набивая ими трюм. Ну и требовалась сноровка, чтобы извернуться и не попасть под перекидываемые мешки, которые орки бросали друг другу с равномерностью автоматов, не обращающих внимания на окружающих. Вот такой вот ненавязчивый сервис.
— Водовоз что-то запаздывает, — пробормотал капитан, глядя на диск закатного солнца, склонившийся над горизонтом.
Мне, честно говоря, на все это было плевать — для этого есть боцман и матросы. Но что же так спешит отплыть капитан? Понятно, что задерживаться в Дакарее не с руки, но и поспешность нужна при ловле блох. Загрузились бы завтра с утра и вышли в море к вечеру. Опять загадки?
 
— Следуй за мной, — махнул рукой не оборачиваясь капитан.
Я пожал плечами и пошел следом по потемневшим от влаги и соли доскам причала.
Как только мы отошли подальше, капитан остановил меня.
— Я хотел бы, господин маг, чтобы вы в точности выполнили все, о чем я скажу.
— Весь внимание, — сказал я.
— Сейчас мы пойдем в одно злачное место, но порознь. Вы сами по себе, и я также. Займите место так, чтобы не выпускать меня из виду. Закажите что-нибудь. И наблюдайте за нашей встречей.
— Она может пойти не по плану?
— Может. Если начнется выяснение отношений, смело вступайте в драку.
— И как? — я провел пальцем по горлу.
— Желательно обойтись без этого, — поморщился капитан. — Но, если будет грозить опасность — бейте смело.
— Если без драки? — спросил я.
— Просто проследуете за мной, когда я выйду. На достаточном расстоянии.
— Понял, — кивнул я.
— Ну, раз поняли, разделяемся, — сказал капитан, развернулся и пошел вперед.
Я выждал, пока он не отойдет шагов на двадцать — пока так, мне же еще надо узнать, куда он меня ведет. Это потом я спокойно могу отпустить его шагов на сто и вовремя прикрыть — магу эта дистанция не помеха.
Обещанное капитаном злачное место оказалось дешевой таверной в портовой зоне с двусмысленным названием «Пещера осьминога», Почему так? Да потому что вместо головоногого на вывеске была изображена грудастая девка с кружками пива в обеих руках. Ни пещеры, ни ее обитателя видно не было — видно, клиенту предлагалось самому догадаться, что имелось в виду.
Капитан открыл массивную дверь — по ней было видно, что она окована железом не зря, видимо ужравшиеся клиенты часто пытались открыт ее ногой — и прошел внутрь. Я выждал с минуту и последовал за ним.
Рыгаловка была явно для подгулявшей матросни, которой похрену, где пить, лишь бы задницу примостить. Столы и лавки, прямо как в солдатской столовке, грязные и в подозрительных пятнах. Но были и столики для более приличных клиентов. За один из них и сел капитан. Я решил не отставать от него, и плюхнувшись на свободный, стал исподволь осматривать местечко.
Ужас! Несмотря на отдельное место, я почувствовал резкий дискомфорт. Во-первых, от грязи. Салфетка на столике выглядела так, как будто в нее постоянно сморкались, столешница была грязной и потрескавшейся. Во-вторых, этот неистребимый запах дешевого пойла, блевотины, пота и кухонной гари. Придется потом проветривать одежду магией, изгоняя дух портовой забегаловки. В-третьих, про пассивное курение тут и не слышали, но курили почти поголовно все. И не только табак — запах шмали явно витал в воздухе. Жаль, тут нет профессии ресторанного критика, я бы этой тошниловке поставил столько минусов… Хотя, судя по упитому контингенту, им пофиг любые отзывы. Пьяная матросня ржала, громко голосила и пыталась схватить за задницу половую — так здесь подавальщицы назывались — которая довольно бодрым шагом направилась ко мне.
— Здравствуйте, милорд! Чего изволите? — вызывающе прыгающие груди половой прыгали у меня перед носом, придавая этому слову второй, более известный смыл.
— Эля. Хорошего. Не вот этого говенного пойла. Если, конечно, он у вас есть.
— Милорд в первый раз у нас? — смерила она меня взглядом. — У нас есть все. Три серебряка.
Я чуть не подавился. Три серебряка за то, что обычно стоит пару медяков? Серебряк стоит бутылка столового вина. Да вы фалломорфировали в атаке.
— Э-э-э…
— Я же говорю, милорд, что вы у нас в первый раз. Два серебряка за отдельный столик, хорошее пиво и обслуживание — остальное. Деньги вперед.
Я, скривив кислую рожу выложил на столик три серебряных кружочка. Предусмотрительные, деньги берут сразу, а то у пропившихся и бьющихся об заклад матросов их либо нет, либо сплывают в процессе игры. Она лихо сгребла три серебряка, но уходить явно не собиралась.