Берегись, Ангел! (СИ)

После очередного провального занятия у Анны Васильевны, я медленно плетусь по коридору. Аристов все равно не даст так просто уйти, значит, придется подождать. Хоть общение с ним перешло на другой уровень, стало спокойнее, стабильнее, я не могла расслабиться. Каждое его движение и слово поднимало во мне бурю новых ощущений.
Я видела, как он старается показать себя положительно, только не подпускает близко. Дан вроде рядом, но в то же время где-то далеко. Не дает узнать больше о себе и своей семье, ограничиваясь дежурными фразами.
Этим напоминает Макса. Тот тоже не любит заводить разговоры о матери и отчиме.
Зато обо мне они знали все, за исключением мыслей, которые роились в голове и не давали покоя даже ночью.
Стоило мне подумать о друге, как он прошел мимо с ведром и шваброй, не удостоив меня даже взглядом. Это задело. В очередной раз.
Не знаю, что на меня подействовало, может, сказалось влияние Данияра, но я резко развернулась и пошла за Максом.
— Ты так и будешь делать вид, что меня не знаешь?! — Встала напротив него и сложила руки на груди, наблюдая, как Круглов опускает швабру в воду и никак не реагирует. — Да, что с тобой не так, Макс?! — Я толкнула его в грудную клетку, привлекая внимание. — Это я должна обижаться, а не ты. Что за детский сад ты устроил?! Если ты забыл, то я напомню. Ты мне не сказал правды. Не наоборот.
— Лик, перестань. — Друг скривился и хотел снова изобразить безумное увлечением мытьем полов, но я оттолкнула швабру в сторону, и она с грохотом упала на пол. — Ладно, чего ты хочешь?
— Ты серьезно?! Чего я хочу?! — У меня чуть глаза на лоб не запрыгнули от удивления. — Как минимум объяснений твоего поведения.
— У тебя появился защитник, который ничего не утаивает. Все логично. — Круглов пожал плечами и наконец посмотрел мне в глаза. — Я в этом треугольнике лишний.
— Какой еще треугольник? Максим, ты слышишь, что ты говоришь? Я не про треугольники спрашиваю. Не про Аристова, а про тебя и меня. Мы же друзьями были. Или я ошибаюсь? Ты просто так общался со мной эти два года? Из прихоти барской защищал? — Спрашиваю, а Круглов хмурится и молчит. — Тогда, чем ты лучше всех этих богатеньких детишек? Такой же…
Хочу уйти, но теперь он перекрывает мне путь. Смотрю вперед и складываю руки на груди. Сердце колотится словно безумное, а остальные внутренние органы просто сжались в преддверие его слов.
— Ты мне ни на одно сообщение не ответил. Ни на один звонок. Я не понимаю, как так можно? Тебе наплевать, да?
— Лик, — Круглов тяжело вздыхает и убивает взглядом, — так надо было…
— Надо было? — Кривлюсь и качаю головой, не понимая его совсем. — Кому надо было, Макс?
— Иди сюда, — смотрит с таким видом, что я не выдерживаю и обнимаю его, — всем так нужно было.
Пара секунд, и Круглов напрягается, глядя вперед, и я тут же поворачиваю голову. Аристов с непроницаемым выражением лица наблюдает за нами, а по моей спине ползут мурашки. Я ожидаю всего, но не того, что происходит. Данияр просто уходит. Не кидается в драку. Не орет. Не устраивает привычных разборок. Уходит, а я проглатываю неприятный ком в горле.
— Иди. — Макс отстраняется и кивает в сторону Аристова.
— Нам поговорить нужно, — настаиваю на своем, хотя из-за Данияра у меня все скручивается внутри, — ты мне должен объяснить нормально…
— Я позвоню. — Говорит Круглов, поднимая швабру.
— Обещаешь? — Переминаюсь с ноги на ногу, глядя на друга.
— Да.
— Все мне расскажешь? Как есть?
— Если тебе от этого станет легче, то расскажу. — Печально улыбается, а я кусаю губы от волнения, которое по какой-то неведомой причине пробиралось под кожу. — Иди уже, а то псих разнесет что-нибудь.
Киваю и на ватных ногах иду к выходу. Кажется, что Аристова не будет. Уедет так же, как и ушел.
Но машина стоит на месте, и Данияр даже открывает дверку, приглашая тем самым сесть. Понимаю, что злится, ведь все эти дни он выходил и открывал ее, улыбаясь и бросая какую-нибудь колкость, а тут сидит за рулем, будто камень, и стучит по нему пальцами.
 
— Дан… — Предпринимаю попытку поговорить, но он меня резко одергивает.
— Домой тебя отвезу. Тренировка сегодня.
Сказано так, словно родину продала за пять копеек. Хочется сбежать из салона, потому что я вижу, как Аристов сдерживает себя в моем присутствии.
— Без меня?
— Да, без тебя. — Убивает последнюю надежду сдержанным ответом, и только тут до меня доходит, как он воспринял открывшуюся картину.
— Данияр, я мне тебе сказать нужно… — Он не слушает, включает музыку и быстро доставляет до дома, заставляя испытывать вину.
Не успеваю толком поблагодарить его. Машина с визгом срывается с места, а я стою еще несколько минут, глядя вслед.
* * *
— Что?! — Подскакиваю с лавочки и таращусь на Круглова, как на НЛО, ей богу. — Ушам поверить не могу, зачем ты так сказал?! — Макс молчит, а я чувствую, как сердце пляшет от прерывистой работы. — Ты должен ему сказать. Так нельзя. Сам себя оклеветал…
— Лик, перестань. — Круглов кривится и тяжело вздыхает, потирая лицо рукой. — Это ничего не изменит. Не надо.
— Изменит. Все изменит. Данияр должен знать, что тебя на той крыше не было! Не верила ведь, что ты мог просто смотреть, как Алиса… Господи, что ты натворил? Зачем? — Прикладываю руку ко лбу и начинаю ходить туда-сюда, лихорадочно соображая, как заставить этого барана озвучить правду.
— Ты не понимаешь. Так нужно было… — Круглов снова размыто отвечает и достает телефон, вглядываясь в экран.
Я злюсь на него. Очень сильно. Не понимаю, как можно наговаривать на себя. Он не обращает внимания на мои нервные движения, поэтому приходится подойти и выхватить телефон из рук.
— С тобой разговариваю сейчас, — произношу, повышая тон, но взгляд падает на экран, — что это…
Завтра. Дракон. 20:00
Сообщение от Данияра…
По спине ползет неприятный холодок от догадок.
— Макс? Что это значит? Какой еще Дракон? — Внимательно смотрю на Круглова, а тот убирает телефон в карман и хмурится. — Вы драться собрались? Скажи мне, что ты не пойдешь.
— Лик.. — Снова тяжело вздыхает и смотрит на меня, не озвучивая ответ.
— Это глупо. Вы собрались драться из-за того, чего нет. — Пытаюсь его вразумить, но он поднимается и пожимает плечами.
— Давно пора. Извини, у меня и так дома напряг. Мамаша с катушек съехала. Я пойду.
— Ты мне ничего толком не объяснил, — развожу руки в стороны, пока Круглов шагает вперед, — Макс!
— Лик, давай потом. — Отмахивается и уходит, оставляя меня в парке одну.
Что за два упертых барана! Всего-то поговорить нужно, а они…
Я не могу позволить им драться. Данияр должен знать правду. Наверняка он изменит мнение.
Срываюсь с места и иду к остановке. Нужно срочно ему рассказать обо всем. Я даже через себя переступлю и поеду в зал, где у него сейчас проходит тренировка.
Учебный день сегодня напоминал ад, ведь Аристов был напряженным до пика. От занятий танцами он увильнул, сославшись на то, что нужно готовиться к соревнованиям, но я поняла, так Дан избегает контакта со мной.
Я всю ночь ворочалась из-за того, что произошло, но первая заговаривать не решалась, а теперь… Теперь заговорю.
Это не дело, когда люди теряют дружбу из-за недоговоренности. Если Макс не может набраться смелости, чтобы поведать всю правду, то я сделаю это. Пусть обижается, но так нужно.
Запал теряется по мере приближения к зданию. Не знаю, как Аристов отреагирует на мое появление. Разозлится. Опять не будет слушать. Или все-таки…
Прохожу по тому же пути, как и на наши занятия по самообороне. Сердце к горлу подпрыгивает, когда захожу в зал и вижу, как упорно Данияр колотит грушу. Его тренер замечает меня первым, хлопает ему по плечу и указывает на меня, поднимая руку в качестве приветствия. Мужчина улыбается мне и уходит к другому парню, который активно прыгает на скакалке.