Ребёнок для бывшего (СИ)

- Вот…
- Ставка всё же сыграла? - с насмешкой уточнила я, забирая деньги.
- Нет… - Надя помотала головой и вдруг, всхлипнув, разрыдалась. - Здесь не всё, но я заработаю и отдам, обещаю!
Я молча кивнула. Не испытывала в этот момент ровным счётом никаких чувств и сожалений. Интересно, это нормально? Когда вот так, словно по щелчку пальцев, стираются все эмоции внутри? Наверное, раньше я была бы в ужасе от себя самой, а сейчас такая новая Ксения Теплова мне даже нравилась.
- Я очень рада, что ты всё же спохватилась и вернула украденное, - сказала я подруге. Положила деньги на сумку и, распахнув дверь, кивнула на выход: - И оставь себе всё, что потратила. Я не желаю с тобой больше встречаться.
Надя замерла на месте. Только снова горестно то ли простонала, то ли выдохнула. А потом шагнула ко мне и, обняв, прижалась так крепко, что у меня из груди словно выбили весь воздух.
- Ксюш… Ксюня моя, прости, умоляю… Прости дуру. Мы же с тобой, как иголочка с ниточкой. Мы же друг друга так давно знаем. Прости, умоляю-ю! Я всё верну, клянусь. Я устроюсь на десять работ, я всё верну…
Я нашла в себе силы на то, чтобы отстранить Надю. Что ощущала в этот момент? К сожалению, а может, к счастью, ничего. Пожалуй, именно так выглядит состояние самосохранения, когда психика защищается от фатальных последствий.
- Возможно, если бы это были просто деньги, которые бы у меня лежали в шкафу, я бы и простила. Но ты знаешь, как никто другой, мою ситуацию. Знаешь про дядю, знаешь, что я осталась без квартиры, без родных, без мужа… Ты - единственная, кто была рядом, кто меня поддерживал в этой ситуации…
Я намеренно не говорила о Матвее. Сейчас уже и не знала, не выйдет ли мне боком этот разрыв с Надей и не станет ли подруга врагом, от которого можно ожидать худшего.
- И ты при этом забрала то, что тебе не принадлежало, и что сейчас для меня - эквивалент надежды. Деньги.
- Это чёрт меня попутал! Я это сделала как в трансе каком-то! - с жаром заговорила подруга, на что я помотала головой и снова указала на выход:
- Иди. На этом всё, Надь. Я не хочу больше с тобой встречаться.
Она снова с силой закусила губу, так, что та побелела. Потом просто сделала шаг к двери. Бросила тихое:
- Я всё верну, клянусь.
И вышла.
Я быстро заперлась и сделала рваный вдох. Слева, в груди кольнуло ощущением невыносимой потери. Но опять всё то же спасительное самосохранение блокировало все эмоции. Они вернутся потом… Когда я буду готова их пережить без угрозы потерять самое дорогое. Детей.
  
Часть 12
 
Следующее заседание стало своего рода обыденной вехой в череде тех событий, из которых состояла моя нынешняя жизнь. Она казалась мне бесконечным днём сурка, когда я всё делала словно бы на автомате. Ела, потому что так было нужно, спала, хотя не хотелось. Выполняла какие-то функции, когда нужно было организовать поездку дяди в другую страну.
Единственным светлым пятном во всём этом был Матвей. Он находился рядом почти постоянно. Если не физически, то на связи по телефону. И, пожалуй, без него я бы попросту не справилась.
- Ксения Дмитриевна, Евгений Николаевич сказал, что ваш дядя не может присутствовать в суде в качестве свидетеля, - проговорила судья, вырывая меня из состояния, в котором мне казалось, что меня окружает белый шум.
- Да, всё верно. Он в больнице с серьёзным недугом. Но мы можем предоставить письменные показания.
Я переглянулась со своим адвокатом. Потом бросила взгляд на Славу. Теплов был каким-то притихшим, что выглядело довольно странно.
- Вячеслав Игоревич сообщил суду, что он желает выплатить вам компенсацию в добровольном порядке. В таком случае мы сможем закрыть это дело уже сегодня. Свидетельства о разводе вы получите в органах ЗАГСа.
- А если моя жена беременна? - вдруг вступил Теплов, поднимаясь с места и нарушая тем самым весь порядок заседания. - Я читал, что тогда нас не должны развести.
Я округлила глаза и воззрилась на мужа с неподдельным изумлением. Он опасался этого? Или же, если судить по тону, напротив, надеялся на подобный исход?
 
- Ксения Дмитриевна, это правда? Вы в положении? - задала вопрос судья.
- Я в положении, но это не касается моего мужа. Дети у меня будут не от него.
Судья нахмурилась и сначала посмотрела на меня, а потом на Славу. Я же начинала злиться - моя беременность, чёрт бы всё побрал, вообще не имела отношения к делу!
- Даже если вы в положении и отец ваших будущих детей не ответчик, вы имеете право отказаться от развода. И продолжать отказываться в течение определённого времени.
Теперь уж судья смотрела на меня со значением во взгляде. Я усмехнулась. Видимо, она решила, что я просто не в курсе этого закона, а сама подала судебный иск, чтобы потянуть время.
- Я не хочу оставаться замужем за этим мужчиной, если вы об этом. И согласна на компенсацию. Она меня полностью удовлетворит.
Евгений Николаевич кашлянул и тронул меня за руку. Мы с ним посмотрели друг на друга, и адвокат помотал головой.
- Ваша честь, можем ли мы с моей подзащитной обсудить новые обстоятельства? Пяти минут нам будет достаточно, - попросил он судью.
Та кивнула и объявила:
- Объявляется перерыв на десять минут.
Мы вышли из зала и Евгений, отведя меня в сторону, заговорил:
- Ксения, вы зря соглашаетесь на компенсацию. Ваш муж наверняка обозначит совсем небольшую сумму, чтобы откупиться от вас. Тогда вы не сможете претендовать на выделение долей в квартире.
- Я понимаю, - кивнула в ответ. - Но мне сейчас очень нужны деньги. А метры в квартире… это наверняка будет крохотная часть, которая станет моей лишь на бумаге. И воспользоваться ею я не смогу, верно?
- Теоретически, вы можете иметь доступ в это жильё… Без вас не пройдёт ни одна сделка по нему.
- А практически? - вскинула я брови. - Слава и его Веро оккупировали квартиру. В ней они живут и съезжать оттуда не планируют. Я и в страшных снах себе не могу представить, как воюю за возможность посетить их логово, при этом в каждой руке у меня по младенцу.
Я невесело рассмеялась, а адвокат помрачнел.
- Да, во время продажи, если вдруг она состоится, я получу, возможно, больше. Если, конечно, судья вообще примет решение в мою пользу. Но деньги мне нужны здесь и сейчас.
Евгений выслушал и не стал бросаться меня переубеждать. Он задумчиво смотрел куда-то в сторону, видимо, размышляя о сказанном мною. Затем кивнул.
- Это ваше право, Ксения. Если вас удовлетворит компенсация, так тому и быть.
- Меня удовлетворит ещё и развод, который я уже очень хочу получить, - ответила адвокату и он заверил:
- Уж в этом не сомневайтесь. Уже сегодня станете свободной женщиной. А сейчас давайте возвращаться, судья, как я говорил, весьма щепетильна в вопросах пунктуальности.
Позже вечером я сидела на кухне с бокалом сока и в одиночку праздновала окончание судебной тяжбы с Тепловым. Ещё имелись некоторые формальности и бюрократические закорючки, но ими должен был заняться адвокат. А в целом… В целом я была свободна. Вот только в круговороте далеко не самых приятных событий это осознание вызывало лишь отголоски радости.
«Можно присоединиться к тебе? Отмечаешь?» - пришло на телефон сообщение от Сибирякова.
«Хочешь приехать? Матвей… прости, но мне сейчас немного не до этого», - быстро напечатала в ответ, хотя, внутри и появилось желание согласиться.
«Нет, я не об этом. Хотя, если бы позвала…)».
«В общем, мы с Натальей тоже подаём на развод. Совместно нажитого нет, так что разведут быстро».
Я сидела и смотрела на телефон, а сама не знала, что написать в ответ. Поздравляю? Понятно? Спасибо, что сообщил?
«Надеюсь, всё пройдёт безболезненно», - отправила Сибирякову сообщение и тут же мысленно себя отругала.
«И я надеюсь. Увидимся на днях?»
«Увидимся. Спишемся завтра».
«До завтра, Ксюш».