Любовь в объективе (СИ)

  
Глава 11
 
Эвелина.
— Что за страсть! — кричит кто-то за спиной Кристофа, в то время, пока я смотрю в глаза этому наглецу. Конечно же я отвожу взгляд в сторону и пытаюсь понять, кто кричал. Вокруг — тишина. В радиусе нескольких метров вокруг все молчат. Смотрят на нас. Только где-то вдали ещё продолжаются разговоры.
Поняв, что крик принадлежал Карвину Карту, автору той самой книги, по сюжету которой должен быть снят фильм, я замираю, выпучиваю глаза и нервно сглатываю. Он подходит ближе. Уже совсем рядом. Раскидывает руки в стороны и говорит:
— Идеально. Просто идеально! — Он поворачивается к мужчине, что был на моих первых пробах и говорит тому: — Думаю, мы нашли подходящую кандидатку на роль главной героини.
Я закрываю глаза и выдыхаю. Не на долго. Потому что странность происходящего все ещё не даёт расслабиться.
Когда открываю глаза, вижу, что какой-то мужчина тянет мне руку. Аккуратно принимаю.
— Майк, — представляется тот. — Менеджер Кристофа, — он кивает на извращенца.
— Хотела бы сказать, что приятно познакомиться, — я делаю паузу, чтобы посмотреть на реакцию Ламбера, затем снова возвращаюсь к менеджеру, — но, боюсь, все и всё, что связано с вашим клиентом раздражает меня не меньше его самого.
Майк наклоняется ближе, подставляет ладонь ко рту и шепчет:
— Меня, вообще-то, тоже.
Он отодвигается, на лице появляется улыбка. Извращенец Ламбер смотрит на нас ничего не понимающим, совершенно недовольным взглядом.
— Позвольте узнать, как вас зовут, — место Майка занимает Карвин Карт. Каноничный писатель с бородой и в таксистской кепке.
— Эвелина, — представляюсь я. Мужчина наклоняется и целует мою кисть. Не скажу, что мне приятно, учитывая всю ситуацию, но и строить из себя дрянь тоже не хочется. В конце концов, этот человек написал одну из моих любимых книг. Если он в чём-то и виноват, так это в том, что одобрил Ламбера на роль в предстоящем фильме. Но ведь он действует в своих интересах. Было бы странно, если бы он действовал в моих интересах, при том даже не зная о моём существовании.
Я натягиваю доброжелательную улыбку и слабо кланяюсь мужчине. Он доволен.
— Эвелина, — говорит Карвин, — я бы хотел незамедлительно увидеть вас в кадре вместе. — Оборачиваясь к ещё одному мужчине, пришедшему с ним, Карвин говорит: — Мне кажется, мы подобрали идеальный дуэт.
Через несколько минут меня и Ламбера выводят в павильон. Карвин просит, чтобы добавили массовку. Конечно же наглецу партнёру не нравится. Не нравится, что им командуют. Это легко заметно по выражению его лица и вялым телодвижениям.
Когда все процедуры окончены, все на своих местах. Пока нам выдают необходимые вырезки из сценария, Карвин ставит условия:
— Сцена в покоях его величества наследника Арвельского королевства, — он смотрит в свою копию сценария. — Наследник привёл заложницу к себе и хочет её спрятать. Слуги изображают удивление.
— Простите, — помощник режиссёра пододвигается ближе к автору книги и тихо говорит: — но это больше похоже на репетицию.
— И в чём же проблема? — не понимает Карвин.
— Мы ведь ещё не утвердили исполнителей на второстепенные роли. На роли слуг.
— Вот сейчас как раз и утвердим, — заявляет Карвин. — Вы ведь отобрали тех, кто уже прошёл первый смотр? — Помощник режиссёра кивает. — Значит, не вижу никаких проблем, — отвечает Карвин и возвращается к сценарию. Он поднимает взгляд на нас, делает взмах рукой и говорит: — Начинайте.
Ламбер мотает головой.
— Идиотизм какой-то. Кто вообще додумался дать ему право рулить тут всем, — тихо говорит он себе под нос.
Я смотрю в сценарий, где чёрным по белому написано: «девушка пытается вырваться из крепкой хватки наследника». Ну вот… опять… Ламбер довольно отводит взгляд от бумаг в руках. Кажется, он тоже это увидел. Он уже тянется ко мне со словами:
— Крепкой, дорогуша. Готовься узнать, что такое крепкая хватка.
Я не выдерживаю и тут же отвешиваю ему пощёчину. Он в растерянности. Даже не злиться. Просто не понимает, что произошло. Как произошло? Как ты такой крутой, невозмутимый и самоуверенный мог получить от какой-то девчонки вроде меня? Запросто!
 
Я смотрю в сценарий и пытаясь как можно быстрее найти свою реплику. Наконец нахожу.
— Не смейте ко мне прикасаться! — тут же кричу я. В принципе, логично. Тут даже и сценарий не нужен.
Извращенец всё ещё в замешательстве. Он смотрит на меня, затем на группу руководителей. Видит удовлетворённый взгляд Карвина. Автор кивает, чтобы извращенец продолжал, но Лабер будто застыл, заморозился. Я поднимаю руку и отвешиваю ему ещё одну пощёчину, чтобы пришёл в себя. Он смотрит на меня, я смотрю на него. Смотрю требовательно и одновременно с тем довольная исполнением собственного обещания. Я же говорила, что мне нравится награждать его пощёчинами.
— Я сказала, не смейте! — делаю вид, что он уже отыграл свою реплику.
Четвёрка руководящего персонала начинает перешёптываться.
— Советую, начать играть. Или эти ребята, — киваю в сторону начальников, — примут решение не твою пользу.
Ламбер смотрит на своего менеджера. Кажется, ему некомфортно.
— Эй! — шёпотом окликаю его я. — Сделай уже что-нибудь.
Его лоб сморщен, брови сведены вместе. Он смотрит на меня, затем наконец утыкается в сценарий. Что-то изучает. И вдруг выдаёт многострадальную реплику.
— Успокойся! — чуть ли кричит он, привлекая тем самым внимание руководителей.
Я сверяюсь с текстом.
— Написано же — тихо, вполголоса, — говорю я.
Теперь он утыкается в текст. Внимательно читает. Читает больше, чем нужно. Наверняка уже изучил половину сцены. Всё это время я внимательно за ним наблюдаю. Он всё ещё морщит лоб. Кривит лицо.
— Мне кажется, — вмешивается Карвин, подходя ближе, — вы не совсем понимаете мотивов своего героя, господин Ламбер, — говорит он извращенцу.
Ламбер в шоке. Впервые его глаза так и норовят вылезти наружу.
— Я не понимаю?! — кричит он. — Да я лучше вас понимаю, каким должен быть мой персонаж! — он переходит всякие границы. Оно и не удивительно. Странно, что не сделал этого раньше. Вот теперь он покажет настоящего себя и его уберут с роли. Мне же лучше. Может, всё не так уж и плохо. Может, ещё можно надеяться на то, что у меня будет нормальный партнёр.
Ламбер откидывает сценарий и смотрит на меня. Его челюсть сдавлена, из носа вот-вот пойдёт пар. Он гневно дышит, продолжая прожигать меня своим взглядом. Мне даже становится немного не по себе.
— Закрой свой рот, хабалка, — тихо, сквозь зубы произносит он.
Первая мысль — свериться со сценарием. Но сразу за первой приходит вторая — последовать примеру этого актёришки. Решаю придерживаться второго варианта. Откидываю бумаги, напрягаю лицо, глаза, и таращусь на Ламбера так, будто вот-вот наброшусь на него и перегрызу ему горло.
— А вы мне не указывайте! Вы никто!
Партнёр быстро подхватывает.
— Я никто?! — Он отодвигается, начинает улыбаться. — Я никто? — повторяется он. — Я наследник сильнейшего королевства в Хартане!
Он пододвигается, хватает меня за кисть. Я не сопротивляюсь. Нужно отыгрывать до конца. Как бы неприятно мне не было. Он ведёт меня к матрасу, за которым стоит обозначающая табличка — кровать. Кидает меня. Кидает по-настоящему, совсем не похоже на то, что он что-то отыгрывает. Скорее, просто хочет мне отомстить.
Я пытаюсь подняться, видя, как засранец вот-вот попытается на меня забраться.
— Не смей перечить члену королевской династии, дрянь! — теперь пощёчину отвешивает уже он. Делает это с такой силы, что я чуть не теряю сознание. Как будто это никакая не постановка. Как будто я настоящая рабыня, а он настоящий наследник королевства.
Мне становится плохо. С каждым вздохом дышать всё труднее и труднее. И тут мне прилетает вторая пощёчина. Я больше не в силах сопротивляться. После второго удара я отключаюсь.