Ловушка безмолвия (ЛП)

Дилан бросил на стол несколько денежных купюр.
— Готова идти? Что теперь не так? — нахмурился Сандерс. — Ты покраснела.
— Все нормально, — она поднялась на ноги, остро чувствуя на себе его взгляд.
— Я тебя не до конца понимаю, Кэтрин.
— Ты не первый. Но тебе и не нужно меня понимать.
— Думаю, нужно. Кажется, ты просто уже въелась в мою жизнь. А мне нравится узнавать людей, с которыми я имею дело. Ты же настоящая загадка.
— Я не та тайна, которую тебе нужно разгадывать.
— Вот только я не уверен. И прямо сейчас я даже не знаю, кому могу верить.
— Тогда и держись за этот свой скептицизм.
— Почему ты так говоришь?
— Потому что считаю, что тот, кто представляет для тебя опасность, он еще и важен для тебя, — ответила она. — Создается ощущение, что это что-то личное.
— Если ты хочешь сказать, что кто-то из моих друзей стоит за всем этим, то…
— Я ничего не хочу сказать. Я просто говорю то, что чувствую.
— Я больше доверяю фактам, нежели чувствам, — он развернулся в сторону выхода.
— Как и многие мужчины, — произнесла она.
Дилан посмотрел на нее так, что стало ясно, обобщение ему не понравилось.
— Давай вернемся в поместье. Хочу позвонить своему другу адвокату. Похоже, мне скоро понадобится один.
Кэтрин последовала за Диланом, выходя из здания больницы прямо на парковку. Было уже девять часов утра, да и солнце поднималось все выше, но утренний ветерок все еще был прохладным. Ей нравились горы, свежий, чистый воздух, высокие, словно небоскребы, деревья и окружающие их живописные вершины. Даже сейчас, в конце мая, на некоторых самых высоких точках лежал снег, напоминая, что не так давно была зима. Хотя для Кэтрин хмурая зима была почти душевным состоянием, а не временем года. Она мечтала о беззаботных летних днях, но ей никогда не удавалось избежать темных мест в своей собственной душе, какой бы теплой ни была погода.
— Не против, если я поведу? — спросил Дилан, направляясь к машине. — Я не самый хороший пассажир.
— Вот ведь удивил, — сухо ответила девушка, протягивая ему ключи и проходя к пассажирской двери. К счастью для Дилана, у нее не было проблем с контролем; на самом деле, она давно перестала пытаться контролировать свою жизнь. Теперь она просто была готова к гонке, какой бы дикой та ни была… а с Диланом, подозревала Кэтрин, она выйдет даже за рамки дикости.
Она пристегнула ремень безопасности, когда Дилан выезжал с парковки. Как и со всем остальным, так и за рулем, он вел машину нетерпеливыми, быстрыми, уверенными движениями. Тем не менее, несмотря на его браваду, она знала, что его уверенность из-за неожиданного поведения Эрики пошатнулась. Без всякого сомнения, мужчина злился за то, что позволил ей подставить себя, и теперь он пытался восстановить контроль над ситуацией, действуя, а не реагируя. И это была верная тактика, ведь лучшая защита — это нападение. Но Дилану, похоже, понадобятся боеприпасы, а у него, кроме собственного слова, больше ничего не было.
— Как только анализ крови будет готов, я смогу доказать, что был без сознания, когда произошло то, что произошло, — произнес Дилан, его мысли были созвучны с ее.
— Это действительно помогло бы, — согласилась Кэтрин. — Не считая того, что появятся еще больше вопросов, для чего Эрике понадобилось накачать тебя наркотиками. Детективы собираются подробнее изучить ваши отношения. Они захотят узнать каждую последнюю деталь, — она вдруг замолчала. — И я должна признать, что мне тоже любопытно. Ты сказал, Эрика была связана с человеком, чью историю ты расследовал, но какова ее история? — они были всего в нескольких милях от поместья, но Кэтрин хотела заполучить чуть больше информации, прежде чем они столкнуться с вопросами полиции.
— Мне немногое известно о прошлом Эрики. Она время от времени подрабатывает моделью, иногда работает администратором в одном частном мужском клубе, куда любил захаживать сенатор Равино. Она — обычная зажигалка, по ночам тусуется в клубах, все время вертится среди богачей. Она любит деньги. И любит мужчин с деньгами. Не считая тех случаев, когда заливает в себя текилу, в такие моменты ей все равно с кем спать, — добавил он, самоуничижительно пожимая плечами.
 
— Не думаю, что с тобою ей было все равно.
— Это что, комплимент?
— Посмотрись в зеркало. Ты ведь знаешь, как выглядишь.
— И то, правда, но я говорил о деньгах, а не внешнем виде. Да, я неплохо зарабатываю, но у меня нет того количества бабла, которое смогло бы впечатлить женщин, подобных Эрике. У нее довольно дорогие вкусы, и она точно знает, как получить желаемое, что не так уж и сложно, когда речь идет о мужчинах. Она красотка.
— Я заметила.
— Это все, что я о ней знаю. Когда мы говорили, мы в основном обсуждали дело, над которым я работал, и ее отношениях с сенатором. Это единственное, что меня интересовало.
— Пока вы не приняли на грудь пару дюжин рюмок текилы, — сухо проинформировала Кэтрин.
— Верно.
— Когда Эрика подсела к тебе в баре, я слышала ее слова, что она пыталась выследить тебя.
— Я получил несколько сообщений от нее, — признался Сандерс, — но ни разу не перезвонил.
— Почему?
— Потому что был занят.
— Ты хоть раз женщинам перезванивал?
— Только по делу, но с ней был просто секс, — нахмурившись, ответил он. — Слушай, Эрика подсыпала мне наркотики, не потому что была зла, что я ей не перезвонил. Есть нечто большее, и, скорей всего, это связано с Равино. Только это мне приходит в голову.
— Но почему она это сделала, а после оставила в лесу? Куда это ее привело бы?
— Подозреваю, что она не только это сделала, учитывая, что мою запонку нашли в ее бунгало. Она, похоже, пытается обставить так, будто я на нее напал или что-то в этом роде.
— Что-то в этом роде, — повторила Кэтрин.
— Думаешь, она хочет обвинить меня в убийстве?
— А ты так не считаешь? Я все никак не избавлюсь от видения твоего галстука и ее шарфа в воде. Если она хотела подставить тебя и притвориться мертвой, тогда кажется все логичным, если вдруг ее вещи обнаружатся в воде, а твои — в ее домике, тем самым связывая вас обоих.
— Я абсолютно уверен, что найденная кровь в ее домике — моя кровь, — он вытянул руку. — Этот порез у меня появился ночью. И тот факт, что я добровольно согласился на токсикологическую экспертизу, позволил полиции заполучить разрешение на проведение теста ДНК. Что-то подобное я и ожидал.
Девушка уставилась на совсем свежий порез на его коже.
— Это плохо, Дилан.
— И не говори.
Она откинулась на сидении, внезапно ошеломленная появляющимися доказательствами против Дилана. Как же ему теперь выбраться из этого?
— Мне нужна твоя помощь, Кэтрин, — сказал он, выделяя каждое слово, которые она не желала слышать.
— Эта ситуация меня не касается.
— Еще как касается. Ты сама сказала, что мы связаны. Помнишь об этом?
— Мы связаны, но я не могу помочь тебе, потому что ты не веришь в мои видения, а это единственное, что я могу предложить. Уверена, твой друг адвокат окажет тебе большую практическую помощь, чем я. Так зачем мне во все это влезать?
— Потому что ты обязана, — произнес он, быстро взглянув на нее. — И если ты согласишься, тогда сможешь уверить меня, что не имеешь никакого отношения к исчезновению Эрики и что сама не являешься частью плана.
— Мне нечего тебе доказывать, — произнесла она, раздраженная его нелепыми утверждениями. — До вчерашнего дня я ни разу не видела Эрику.
— Ты предсказала ее появление в моей жизни. Так что — либо ты врешь, что не знаешь ее, либо используешь ее, чтобы твое предсказание сбылось.
— Или у меня экстрасенсорное предчувствие касательно ее, что, впрочем, и произошло, — твердо заявила Кэтрин. — Можешь верить мне, можешь, не верить, но это не изменит самой правды.
— Если я соглашусь, что у тебя было видение, ты останешься и поможешь мне разобраться со всей этой чертовщиной?
Это были просто слова, дабы заполучить то, что он хотел, но Кэтрин знала — она не сможет уйти. Если ее кошмары когда-нибудь прекратятся, возможно, ей придется принять меры и поучаствовать в происходящем, по крайней мере, пока она не выяснит больше.