Ловушка безмолвия (ЛП)

— Заманчивое предложение. Может после того, как мы найдем Эрику, отпразднуем здесь.
— Мне нравится, что ты говоришь когда, а не если.
— Пытаюсь быть оптимисткой.
— Но это не так?
— Почувствую себя лучше, когда мы доберемся до нужного здания.
— Это недалеко. — Он остановился на красный цвет. — Знаешь, когда я был ребенком, я часто тут катался на велосипеде. Ненавидел оставаться дома, поэтому и задерживался на улице, насколько это было возможно, особенно по выходным, когда отец мог оказаться поблизости. Я даже научился жонглировать и ходить на ходулях, чтобы подзаработать немного денег.
Ее глаза расширились.
— Ты снимал свою корону и подрабатывал?
— Когда мне было четырнадцать, — усмехаясь, ответил он. — Эй, я был хорош в этом деле. Туристы меня обожали, особенно девчонки. А я заработал деньжат.
— Даже не сомневаюсь. И куда ты дел деньги?
— Хранил на черный день, ждал, когда отец вышвырнет меня из дома. Я знал, что это случится. Все было очевидно. Если честно, это было настоящим облегчением. В тот день, когда я покинул родные стены, я почувствовал, как вся тяжесть ушла из меня. Я, наконец, ощутил себя свободным.
— Ваш отец больше не женился?
— Нет, хотя на протяжении многих лет в его жизни были женщины. Но при этом он редко приводил их домой. Точно не знаю, может он боялся, что мы его подведем или просто пытался держать их подальше от нас. Оглядываясь назад, я думаю, было и то, и то. Он просто не хотел, чтобы кто-нибудь узнал, какой он дома, совершенно отличный от того, которого все знают на работе и светских вечеринках — человека с большой буквы. В прошлом году он начал встречаться с новой женщиной Рэйчел Монтгомери. Я знаю, лишь потому, что видел их пару раз на страницах газет в светской хронике. А когда несколько месяцев назад проезжал мимо дома, наша экономка, миссис Роджерс, сказала мне, что Рэйчел переехала в дом, так что, возможно, теперь она для него та самая единственная.
— И это тебя беспокоит?
— Мне абсолютно плевать. Хотя и надеюсь, что рядом с ней он ведет себя прилично. — Дилан замолчал, едва в поле зрения появился Дворец изящных искусств. — Выглядит знакомо? — спросил он, жестом показывая на конец улицы.
Кэтрин вздрогнула и выпрямилась на сидении.
— Кажется, это оно.
— Чувствуешь Эрику? — поинтересовался Дилан, совершенно не зная, как правильно построить вопрос.
— Нет, но я никогда не знаю заранее. Все происходит, когда я меньше всего ожидаю. И если честно, редко в дневное время. — Она сделала глубокий вдох. — Я очень боюсь, когда мой разум начинает плыть. Я не уверена в том, что увижу, и буду ли способна справиться с этими образами.
— У тебя все получится. Ты сильная. И если ты действительно связана с Эрикой, то сможешь спасти ее жизнь.
— Сделаю все возможное, Дилан. Но не обещаю.
— А я и не прошу обещаний, Кэтрин.
— Не просишь. Потому что только так можешь избежать разочарования.
Ее слова попали в цель. Она была права…снова.
Он остановился на парковке возле газона рядом с куполом. В этом районе было очень мало людей, только семейная пара с мальчиком, что забавлялся с игрушечной удочкой, то замахиваясь ею в озеро, протянувшееся вдоль одной стороны ротонды, то притягивая удочку обратно. Дворец изящных искусств с его греческой и римской архитектурой был построен в девятнадцатом веке для Панамо-Тихоокеанской международной выставки, но теперь в нем размещался Эксплораториум — интерактивный научный музей. Красивая территория, пологий газон, безмятежная лагуна, старая ротонда с куполом и высокими колоннами также часто использовались для проведения брачных церемоний. Даже сам Дилан пару раз в прошлом году бывал здесь на свадьбах. А теперь он едва мог поверить, что вернулся сюда в поисках женщины, подставившей его в деле об убийстве.
Кэтрин застегнула молнию на свитере, стоило им выйти из машины. Густой туман проникал дальше вглубь парка и скользил по крыше здания, загораживая последние лучи полуденного солнца.
— Это то самое место, что я видела в своей голове, — пробормотала девушка, оглядевшись.
 
Он положил руку ей на спину, пока осматривал периметр.
— Идем проверим.
Они быстро прошли к ротонде. Оказавшись под куполом, Кэтрин остановилась, дабы присмотреться к колоннам. После минутного колебания она подошла к одной из них, положив руку на прохладный камень. Сделала еще один шаг и затем скользнула телом в узкое пространство между колонной и зданием. Спустя секунду она выглянула, и ее дыхание стало коротким и быстрым.
— Эрика была здесь, спрятавшись именно за этой колонной.
— Тут же кругом люди. Кто пытался убить ее здесь? — задумался Дилан. — Чересчур многолюдно.
Кэтрин вдруг подарила ему долгий взгляд.
— Что-то упало. Я помню, как на моей шее затягивалась цепь, и… — ее голос дрогнул, едва она опустила глаза вниз.
Секунду спустя Дилан увидел то, что увидела девушка: лежащий на земле крошечный золотой крестик, что укрылся в темноте. Он его сразу узнал, и его сердце замерло.
— Это принадлежит Эрике. Она была здесь. — Он не смог сдержать изумления в собственном голосе. До этого момента он не понимал, насколько сильны его сомнения в отношении Кэтрин. Но Эрика была здесь, и Кэтрин как-то увидела это в своей голове. Ему нужно было неоспоримое доказательство ее телепатии, и вот теперь оно у него было, так как он не мог придумать иной версии того, каким образом Кэтрин могла бы поместить Эрику именно в это место. Он снова посмотрел на девушку и увидел пылающий на ее щеках огонь и сверкающий блеск в ее глазах. — Где Эрика сейчас?
— Я не знаю, — покачала она головой.
— Может, это поможет, — протянув руку, показал ей украшение.
Кэтрин даже не шевельнулась, чтобы забрать у него крестик. Возникло ощущение, что это было последнее, что девушка хотела бы сделать.
— Я не могу.
— Но это прямая связь к Эрике.
— И этого я боюсь.
— Тогда положи ладонь на мою руку. — Он сжал крестик в кулак и ждал. — Доверься мне, Кэтрин.
— А ты мне веришь? — посмотрела на него прямо.
— Я пытаюсь, — ответил он. — Но и ты тоже должна попытаться.
Она поколебалась еще секунду, а затем осторожно положила руку поверх его. Дилан почувствовал, как его пронзило электричество. Их взгляды встретились, столкнулись и вцепились. Он не мог отвести взгляд, но и она тоже. Этот момент стал нечто больше, чем просто крестик, чем сама Эрика. Речь шла о том, могут ли они рассчитывать друг на друга. И это шокировало его, когда он понял, что хочет положиться на нее. Он очень давно ни к кому ничего подобного не испытывал. У Дилана резко появилось искушение выдернуть руку, но он начал это, а значит и должен был закончить.
Кэтрин закрыла глаза.
— Я чувствую, как бьется ее сердце, — прошептала она. — Быстро, коротко и оно в ужасе. Она никогда не была так напугана.
Дилан почувствовал себя не в своей тарелке. Крестик в его руке становился горячим, обжигая мужчину сильным жаром. Неужели из-за своей связи с Кэтрин он почувствовал сердцебиение Эрики? Или это его собственное сердце угрожало выпрыгнуть из груди?
Кэтрин открыла глаза и опустила руку. Вот так легко была разорвана между ними связь.
— Она жива… пока что. — Кэтрин выпустила вздох облегчения. — Но ее здесь больше нет.
— Ты видела, где она теперь? — Крестик в руке стал холодным. Неужели он просто представил его жар? Бл*ть! Да что за хрень с ним творится?
— Нет, но она прячется. Это все, что я знаю. Прости. Понимаю, я не сильно помогла.
— Почти не помогла.
— Дилан, я говорила, что в моей голове не вырисовывается дорожная карта. Я тебе не GPS-навигатор. Я человек, получающий связь с не совсем обычными эмоциями. Но разве я не привела нас сюда?
— Я не знаю, как ты это сделала.
— Ты сказал, что пытаешься поверить мне. Неужели ты просто порол чушь, чтобы я прикоснулась к крестику?
— Нет, я, правда, пытался. Я просто злюсь, что ничего не сработало, — признался он, громко выдыхая. — Прости, что накинулся на тебя.