Лучший друг моего парня (СИ)
Подружиться не захотела только белобрысая Марика и, конечно же, король порока Мирон, дьявол его побери, Гейден.
Он остаётся для меня загадкой.
Казалось бы, что может быть проще? Избалованный деньгами и женским вниманием мажор-извращенец, который объявил на мою девственность тотальную охоту. Его ведь даже не останавливают связывающие меня отношения с его другом.
А с другой стороны… есть в нём что-то такое, я даже не могу это объяснить. Приходится заставлять себя выбросить Мирона из головы и напоминать, что он хотел купить мою девственность за деньги, а я его кинула. Логично, что он захочет отомстить и взять своё. И что-то мне подсказывает: он пойдет для этого на многое. Большие богатые мальчики очень плохо переживают такие кидалова. Не удивлюсь, если он вынашивает какой-то план и пытается подобраться поближе, усыпив мою бдительность своими мнимыми джентельменскими замашками, как например, накрыть меня одеялом и спасти от позора на вечеринке Саши или увести от всех и спрятать в своей машине.
О том, что он вытворял с моими сосками, вообще стараюсь не вспоминать, эти картинки заставляют мои гормоны встать на дыбы и требовать продолжения.
В общем, я совсем не думаю о Мироне Гейден только когда сплю, в остальное время только и делаю, что стараюсь не думать о нём.
Как хорошо, что лето подходит к концу. Скоро начнется учёба, и я не буду отвлекаться на всяких чужих парней. Сконцентрируюсь на занятиях и попробую вдохнуть жизнь в умирающие отношения с Сашей. Почему я так цепляюсь за него и не пошлю его сразу лесом? Потому что я хочу лучшей жизни, хочу хороших влиятельных друзей, хочу приятного дорого одетого парня, который будет меня катать на своей машине и знакомить с друзьями. Я хочу вырваться со своей социальной ступени и забраться чуточку выше, минуя сразу несколько лестничных пролетов.
Работаю без выходных нон-стопом по двенадцать часов семь дней подряд. В конце последней смены от усталости перед глазами летают звёздочки.
Трижды пересчитываю кассу. Что-то не сходится. Не хватает нескольких пятитысячных купюр.
Покрываюсь липким потом от ужаса, когда в очередной раз сумма в кассовом лотке и на выбитом чеке не сходится.
Время — начало одиннадцатого. В бутике приглушён свет, уборщик левитирует на своей машине между стоек с одеждой и покачивает головой в такт музыке, играющей у него в наушниках.
— Тань! — кричу сменщице, копошащейся в подсобке. — Подойди сюда!
Только недостачи не хватало! И именно в мою крайнюю смену. Следующую неделю я планирую вливаться в учебный процесс и вернусь к работе только через пару дней. Мне не нужны проблемы. Зарплата, график и коллектив меня вполне устраивают.
Живоглот — хозяйка бутика — имеет несколько точек по городу и сдерёт шкуру с любого, кто посмеет нагадить в обители. Самолично видела, как она устраивала выволочку в начале лета одной из девушек за то, что та резко ответила клиенту, когда он предложил ей провести время наедине. Такие тоже бывают. Почему-то многие считают девушек, работающих в элитных бутиках, кем-то вроде эскортниц. Доступными. Красивыми. Жадными до денег.
— Вы лицо компании, — чеканила Живоглот, поджав свои тонкие, подведённые красным губы. — Моя компания дарит клиентам не только лучшую одежду, аксессуары и парфюмерию, но и сервис. Они должны хотеть вернуться именно к вам. Чтобы их облизали с ног до головы.
Живоглот никогда не выказывала к моей персоне никакого интереса, и я хочу, чтобы так и продолжалось. Бывает она у нас редко, всю работу скидывает на хрупкие плечи администратора смены. Но если что-то идёт не так, готова содрать три шкуры и устроить харакири всем. Наверное, именно поэтому девочки на работе часто берут на один-два дня платья и потом возвращают их на место в целости и сохранности. Своего рода маленькая месть злобной начальнице.
Она всех держит в страхе и в то же время не видит дальше своего носа.
— Тань! — повторяю громче, рассматривая цифры на пачке купюр.
Я же не сошла с ума? Денег реально не хватает. В основном за кассой стояла Таня, но и я сегодня пробивала несколько позиций. Кто-то из нас сдал большую сумму на сдачу?
Чёрт.
— Чё орёшь? Ты ещё не всё? Я уже хочу домой, — недовольно говорит сменщица, появляясь в дверях подсобки.
Натягивает на себя футболку и приветливо машет ошарашенному уборщику. Ещё бы — он только что увидел её сиськи, упакованные в розовый атласный бюстгальтер.
— Пересчитай. У меня не сходится. Не хватает пятнадцати тысяч.
— Гонишь? — гаркает Таня и выхватывает из моих рук пачку купюр. — Додумалась под камерами считать.
— А где? Ты всегда здесь это делаешь.
— Внутри. Карауль красавчика, я щас, — кивает она на уборщика и скрывается за дверями подсобки.
Я устало тру лицо руками, не заботясь о макияже. Саша уехал кататься по ночному городу со своей компанией, о чём рассказал в последнем сообщении. Обещал завтра заехать за мной перед универом, туда мы поедем вместе, как пара. И я очень жду этого момента.
Его «майбах» и я, выходящая из него, должны произвести среди моих сокурсников фурор.
— Ну что там? — поторапливаю Таньку, просовывая голову в дверь подсобки.
Мне ещё одежду на завтра нужно приготовить. Сходить в душ, собрать канцелярию и зарядить ноутбук. Впереди длинная ночь. Меня потряхивает от предвкушения.
Всегда считала, что первое сентября — праздник покруче Нового года. Вот он — настоящий отсчёт трёхсот шестидесяти пяти новых дней. И этот год должен стать незабываемым. Постараюсь сделать его таким.
Для начала я хочу выйти на повышенную стипендию, исправив две четвёрки, которые не позволили мне получить её в прошлом семестре. У меня каждая копейка на счету, стараюсь лишний раз не сорить деньгами и по чуть-чуть откладывать. В мои планы больше не входит продажа девственности, как и предоставление сексуальных услуг за деньги. Я не готова пойти на этот отчаянный шаг ещё раз, даже если к моему горлу будет приставлен острый нож.
Надо объяснить это Гейдену при следующей встрече. Если будет следующая встреча.
— Всё на месте. Одну оплату провели не так. Нужно было нажать безнал, а ты нажала нал. Сейчас буду исправлять, если хочешь — иди, — недовольно бубнит сменщица, клацая длинными острыми ногтями по клавиатуре.
Мой взгляд цепляется за открытый возле её ног сейф и беспорядок внутри него. Я не помню, чтобы делала такую ошибку, но не исключаю, что заработалась и просто по невнимательности перепутала кассовые операции.
— Тань, извини меня. У меня седьмая смена. Мозги кипят.
— Давай, гони домой, ботаничка. Первый раз вижу человека, который так убивается на работе ради отпуска, во время котрого пойдёт на пары! — провоцирует Танька, оборачиваясь через плечо. — Я всё исправлю. Живоглот носа не подточит.
— Спасибо.
Спешно собираюсь и на ватных от усталости ногах бреду домой. Сейчас я бы не отказалась от такси в виде «майбаха» Соколова.
Уже в кровати спустя три часа я беру в руки телефон. Несколько сообщений от Саши пролистываю без особого энтузиазма. Отвечаю в социальных сетях Вике, она приглашает на свой день рождения через пару недель и зовёт выпить кофе на неделе.
Блокирую мобильный и, положив его рядом, устало вздыхаю, когда экран загорается, оповещая о новом входящем с незнакомого номера. Собираюсь сразу его удалить, но взгляд цепляется за миниатюру прикрепленной к сообщению фотографии.
Сердце замедляет ритм, глухо барабаня о рёбра. Приблизив экран к лицу и широко распахнув глаза, с ужасом рассматриваю кадр, на котором изображена я в том самом клубе, где год назад имела неосторожность познакомиться с Мироном Гейденом.
На мне лишь платье из чёрного тонкого прозрачного гипюра, трусы-ниточки и кружевная маска на лице. Я сжимаю тонкую ножку бокала с шампанским, к которому даже не притронулась, и смотрю немного мимо камеры.