Глория. Трон одного мертвеца
Я знала, что это лишь первая часть игры, после чего они должны скинуть по паре карт, сложив их в центре. Эти четыре карты и образуют так называемый «ландо».
Потом Барристан вновь подснимет оставшуюся часть колоды и перевернет картинкой вверх верхнюю карту. Она называется ландокри и является стартовой картой. Ну а затем оба игрока по очереди будут выкладывать по одной карте, пытаясь набрать необходимые очки за счет своих и выложенных карт соперника, образующих определенные комбинации.
Честно говоря, я играла в «ландо» не больше трех раз в жизни, еще с тетушкой Файлиной, и уже забыла названия комбинаций и количество получаемых за них очков. Но помнила, что эта незамысловатая на первый взгляд игра на самом деле весьма сложна и требует не только удачи, но и математических выкладок.
Первым ближе всех к «короне», которой называли необходимые для победы тридцать семь очков, оказался Винсент. Он откинулся на спинку своего кресла и довольно произнес:
– Достаточно, – и бросил на стол свои оставшиеся карты. – Два короля у меня, два с твоей скидки, плюс шестерка со старта, моя и одна с ландо. Тридцать четыре очка.
Барристан задумчиво посмотрел в свои карты, затем перевел взгляд на оставшуюся колоду.
– С вашего позволения, я возьму еще одну, лорд Винсент, – произнес он.
– Как будет угодно, Барристан, – усмехнулся Винс. – Весьма рискованно, кстати.
Барристан медленно потянул карту и посмотрел на нее долгим взглядом, а затем скинул на стол полученную комбинацию.
– Четыре туза с одних рук, – спокойно сказал он. – Тридцать семь. Прошу прощения, но вы проиграли.
Винсент выругался:
– Да как же так! Тузы в колоде же! Ты изрядно рисковал, чтобы собрать их у себя.
Барристан пожал плечами:
– Карты на столе, лорд Винсент. Изволите еще партию?
– Еще бы, Зарахнил тебя побери! – смахнув со стола отыгранную колоду, Винсент распечатал новую.
Вторую партию, которая шла гораздо длиннее, Винсент выиграл, воспользовавшись тем, что у Барристана вышел перебор и не сложилась ни одна комбинация.
Третья сдача шла с переменным успехом, но все-таки настало время завершиться и ей. Винсент слегка очумело смотрел на четыре туза, выложенные Барристаном на стол.
– Опять четыре туза? Ты сквозь рубашку что ли видишь? – спросил он, словно не веря собственным глазам, а затем бросил на стол карты и встал. – Завтра едешь с нами.
Барристан тоже поднялся и поклонился:
– Благодарю вас, лорд Винсент. Уверен, что окажусь вам полезен.
Винс ничего не ответил, а вышел из библиотеки, бормоча себе под нос что-то про «везучих жуликов» и «внешность обманчива».
Барристан же не спеша собрал все карты в одну большую стопку и повернулся ко мне:
– Сквозь карты я, конечно, смотреть не умею, но лорд Винсент был так озабочен канделябром на столе, что совершенно не обращал внимания на мои рукава, – доверительно произнес он и притворно сочувственно вздохнул.
Глава 2
Айронд уехал рано утром. Отпускать его в земли нестабильной магии, полные врагов, отчаянно не хотелось, но я понимала, что выбора нет. Если кто и мог найти в той клоаке наследника его почившего величества Дабарра Пятого Лиранийского, то только сильнейший азура королевства.
– Со мной ничего не случится, Лори, – поцеловав на прощание, уверенно пообещал он и исчез.
А я осталась, терзаемая дурными предчувствиями, подавить которые не могла при всем своем желании. И едва увидев меня за завтраком, вымученно ковыряющую сырники, Винс тотчас недовольно сообщил:
– Это никуда не годится, Лори. Вот просто совсем никуда.
Я вздохнула, отгоняя от себя тревожные мысли, и посмотрела на него:
– Что не так, Винс?
– Все не так! Мы с тобой куда сейчас отправимся? В кази-но, а не на похороны. Так что будь добра, сделай соответствующее лицо.
Он был прав. Необходимо было брать себя в руки и подготовиться.
Отставив тарелку с сырниками, я поднялась из-за стола.
– Аппетита нет, так что я действительно пойду. Как ты там сказал? Сделаю себе лицо.
– Другое дело! – Винсент довольно кивнул и пододвинул к себе мои сырники. – Тем более, что это практически наш выход в высшее общество.
Я недоверчиво хмыкнула:
– Это в казино-то высшее общество? Особенно Ругар с подручными.
– А ты не смейся, не смейся, – Винсент жевал и говорил с полным ртом, что его ни капельки не смущало. – Сама увидишь. И, подозреваю, будешь изрядно удивлена.
Недоверчиво хмыкнув, я отправилась в спальню, решая на ходу, какой образ выбрать.
– Ты там смотри, постарайся! – прокричал он вслед. – Мне нужна настоящая леди рядом! Такая вот ледястая-ледястая. Чтоб все, что нужно – наружу, а взгляд преглуп обильно! Ну и хихикать потренируйся.
Следующие два часа я скрупулезно придавала себе вид затребованной Винсом «ледястой леди». Подбирала платье поэффектнее, макияж, прическу мастерила, что в одиночку, между прочим, не так просто было сделать. А когда наконец торжественно спустилась в холл, была немного разочарована тем, что мой выход никто не оценил.
Винса не было.
Ну вот как так-то? Тратишь столько времени на всю эту красоту, и зачем?
Я огорченно вздохнула, но тут позади раздался голос Барристана:
– Вы великолепно выглядите, леди Глория. Это платье невероятно вам идет.
Я обернулась.
Барристан, которого только идиот мог сейчас назвать дворецким, стоял у порога столовой. Он выглядел безумно элегантно в строгом камзоле, который подчеркивал идеально прямую спину. Из украшений Барристан позволил себе только массивный золотой перстень на мизинец.
– А где Винсент? – спросила я, ответив вежливым кивком на изящный поклон дворецкого.
– Будет с минуты на минуту, леди Глория, – он на мгновение отвел от меня взгляд, словно прислушиваясь к чему-то. – Думаю, мы можем выходить. Лорд Винсент как раз подъехал.
Барристан вежливо пропустил меня вперед и наконец-то мои страдания были вознаграждены этаким залихватским присвистом подходящего Винса.
– Вот это я понимаю! – довольно усмехнулся он, оглядывая меня с ног до головы. – Светская дама отправляется на отдых в отсутствие мужа. Идеально!
Мне очень захотелось его пнуть, тем более что я стояла на крыльце, а Винсент находился на несколько ступеней ниже. Но я сдержалась. Лишь презрительно хмыкнула, отметая его намеки, чем привела Винса в еще более веселое расположение духа.
Сам он остался верен себе, переодевшись в парадную военную форму своего полка и отказавшись от украшений. Сказать по правде, они ему были и не нужны. Золотое шитье и так сверкало на солнце, а начищенная пряжка ремня словно была из золота, а не из меди.
Винсент галантно протянул руку, помогая мне спуститься, и, мельком оглядев появившегося Барристана, с удовлетворением кивнул:
– Просто отлично. Прямо хоть картину с нас пиши. А если ты, Барристан, еще и попробуешь улыбнуться, то я немедленно вызову прямо сюда художника.
– Я всегда ценил ваши шутки, лорд Винсент, – спокойно отозвался Барристан. – Но, несмотря на удовольствие от нашей беседы, не пора ли нам ехать?
Как оказалось, пора. Тем более, что у входных ворот нас ждал огромный представительский экипаж угольно-черного цвета с золотым гербом Глернов на дверце.
– Я же будущий король, как-никак, – сказал Винсент, распахивая передо мной заднюю дверь. – Так что выезд намечается парадный. Барристан, ты, естественно, за руль.
Несомненная прелесть представительских экипажей заключалась в том, что на заднем сидении можно разместиться в любом, даже самом пышном платье. Барристан мягко тронул его с места, и мы аккуратно вывернули на городскую улицу. В отличие от Винса, дворецкий вел экипаж плавно, совершенно без рывков. Наверное, я вполне могла бы даже выпить чай из неудобной чашки арнусского фарфора и не расплескать при этом ни капли.
А вот Винса такая манера езды определенно раздражала. Тем более, когда он понял, что Барристан будет ехать исключительно по правилам, уступать на перекрестках, да еще и не сигналить тем, кто, по мнению Винсента, двигался недостаточно быстро. Однако язвительные замечания вида: «ты водишь, как моя бабушка», отскакивали от невозмутимого дворецкого словно детские мячики. Он просто не обращал на Винсента внимания, направляя большой экипаж в сторону порта.