Уилл (ЛП)

Вдруг мы оба вздрагиваем от шума и грохота. Мэгс морщится и смотрит через плечо на закрытую дверь спальни.
Что за…?
Кто-то сверлит соседнюю стену.
— Дерьмо. — Мэгс садится на пятки.
— Который час? — Я сажусь на кровати в поисках часов.
Мэгс смотрит на часы.
— Девять пятнадцать!
— Черт! — Я снимаю ее с себя, пытаясь выбросить из головы мысли о том, что я практически был в ней. Я должен был приступить к работе больше часа назад. Мне и без опозданий хватает дерьма!
— Черт, — вздыхает Мэгс, когда я выпрыгиваю из постели. — Я раздела тебя снаружи.
— Все в порядке, я взял свои вещи, когда закрывал дверь. Они на стуле.
— О, слава Богу.
Я стараюсь натягивать одежду как можно быстрее. Сверление прекращается и начинается стук. Кажется, кто-то пытается выразить свою точку зрения.
— Блядь, блядь, блядь, — бормочу я, пытаясь натянуть носок. Спенсер будет еще более невыносимым, чем обычно. Не могу поверить, что мы проспали! Не могу поверить, что, проснувшись, совершенно забыл о работе.
Обычно я просыпаюсь и составляю в голове подробный план на день еще до рассвета. Большую часть взрослой жизни будильник не был мне нужен. В последнее время стало еще хуже из-за постоянного присутствия Мэгс. Поэтому мне даже и не пришло в голову, что я мог проспать работу. Как я мог быть так спокоен? Я?
— Мне нужно идти, — рассеянно говорю я, хватая ботинки. — Извини. — Я поднимаю взгляд, а она сидит там, куда я ее посадил. Голая.
Я сглатываю.
У нее всегда была способность выбивать почву из-под ног. Но теперь, когда она смотрит на меня своим всезнающим взглядом, я практически чувствую, как ее руки сжимают мое горло. Мне нравится, что она принимает решение, когда мне делать очередной глоток воздуха.
Я не знаю, что произойдет дальше, но по какой-то необъяснимой причине я совершенно со всем согласен.
Что, черт возьми, со мной происходит?
— Что случилось? — смеется она. — Выглядишь так, будто борешься сам с собой.
— Я просто пытаюсь понять, что ты со мной сделала. Я абсолютно…
— Что? — она хмурится.
— Спокоен.
— Ох. — Ее тело заметно расслабляется. — Я думала, ты собираешься сказать что-то плохое.
— Вместо того, чтобы валяться с тобой в кровати, мне придется дуть на работу, — это не совсем хорошо.
— Все не так плохо. По крайней мере, у тебя не будет проблем с боссом.
— Нет, все плохо. Какой пример я покажу парням? Блядь, — Я чертыхаюсь, пытаясь в третий раз попасть ногой в ботинок. — И самое ужасное, я должен выйти отсюда и столкнуться со Спенсером.
— Аргх. — Она скорчила рожицу. — Ага, паршиво.
Я отрываюсь от ботинка и вижу ее, стоящей прямо передо мной. Я даже не понял, когда она встала. Ее запах становится для меня наркотиком. Она так близко, что я могу достать языком до… Черт возьми, нет, я не могу! Я сижу в кресле, пытаясь держать свой рот подальше от искушения. Она не двигается. Я смотрю на дверь. Мне нужно идти, но я не могу встать, не приблизившись к ней еще сильнее. И она это знает. Она знает об этом, это понятно по еле заметной улыбке, появившейся на ее лице.
— Разве ты не опоздаешь еще сильнее, если не поторопишься? — спрашивает она невинно.
Я смотрю на нее, мое сердце колотится.
Она наклоняется вперед, схватив меня за запястья руками, соединяя их вместе и крепко сжимая.
— Я всегда могу позвонить Спенсеру и сказать, что ты был связан… обещанием сделать что-нибудь для меня, — говорит она соблазнительно. Ее улыбка становится шире, когда она притягивает мои руки к себе.
Я инстинктивно сжимаю их в кулаки, чтобы не касаться ее пальцами. Но когда я поднимаю взгляд, она качает головой. Стремясь угодить, я слишком нетерпеливо разжимаю их, и она одобрительно кивает. Замирая, я смотрю, как она водит ими между ног, скользя вверх и вниз, покрывая их своим возбуждением. Какая-то часть меня хочет начать контролировать происходящее, потому что мои пальцы начинают двигаться сами по себе, пока я беспомощно наблюдаю. Мой большой палец кружит вокруг ее клитора, а два пальца погружаются в нее.
 
Мой бог, она влажная.
Она издает нежный вздох удовольствия, и я чувствую гордость. Мне нравится, что она реагирует так открыто. Это то, что я хочу слышать, потому что именно я доставил ей это удовольствие. Теперь, когда я знаю, как она звучит, я буду хоть по горячим углям ходить, лишь бы услышать это снова.
Она останавливает мою руку и медленно ее убирает. Я поднимаю глаза, волнуясь, что разочаровал ее, но она не выглядит разочарованной. Она выглядит так, словно хочет большего.
— Иди работать.
— Но… — Начинаю возражать я.
Она прижимает палец к моим губам.
— Я просто хотела убедиться, что ты будешь думать обо мне весь день, — говорит она, поднося пальцы к моему лицу, чтобы я мог почувствовать ее запах на них. — И теперь ты будешь, — усмехается она.
Я закрываю глаза и издаю стон.
Мне тяжело дышать. Я не знаю, виновато ли в этом то, что я быстро одевался, или это ее опьяняющий запах, или то, насколько она откровенно сексуальна. Может быть, все сразу.
Я улавливаю ее запах и с трудом преодолеваю желание. Сейчас мои пальцы пахнут ею, потому что они были внутри нее. И это так… властно. Я думаю, что-то похожее происходит в моей голове. Если я когда-нибудь скажу что-то подобное в неподходящей компании, то буду сильно смущен. Она выглядит так естественно. Я всегда хотел быть таким же, но у меня не получается. Полагаю, как и у Спенсера. Но я не такой.
Теперь я начинаю понимать, что мне вообще не нужно быть таким. Мне нужно, чтобы кто-то был таким со мной, дал мне безопасное место, где я могу быть собой.
— Теперь иди.
Вынырнув из своих мыслей, я смотрю вверх и моргаю. Она отступает, освободив мне место, чтобы я мог встать и уйти, но это последнее, что я хочу делать. Она стоит голая! Как можно ожидать, что я пойду работать?
— Уилл?
— А? — Я понимаю, что я просто сидел, пялясь на нее. — О, да, — я трясу головой, чтобы привести мысли в порядок. — Я ухожу. — Я заставляю себя встать с кресла и направляюсь к ней, чтобы поцеловать ее, прежде чем уйти. Но внезапно колеблюсь, не уверенный, требуется ли мне разрешение на что-то подобное, или я могу просто сделать это, когда захочу. Раньше я заставлял себя «быть бойфрендом». Не так чтобы у меня было много девушек. Просто девушки ожидают определенных вещей, которые никогда не приходили мне в голову. Немного странно не притворяться, и теперь я не уверен, что делать.
Просто сделай это Уилл, ты смешон!
Заставив себя двигаться вперед так, будто я знаю, что делаю, я обнимаю и смотрю на нее мгновение, улыбаясь от того, что она моя… что я ее… от того, что мы вместе, и это потрясающе. Над всем остальным мы будем работать.
— Ты собираешься меня поцеловать? — шепчет она.
— Я работаю над этим. — Я смеюсь. Она хихикает, и когда ее глаза встречаются с моими, я пользуюсь моментом и захватываю ее губы медленным поцелуем, который прерывает ее смех.
— Ладно, мне действительно нужно идти, — бормочу я ей в губы.
— Я знаю. — Она выскальзывает из моих рук, ведь я, похоже, не могу отпустить ее добровольно.
— Увидимся позже? — Это похоже скорее на просьбу, чем на предложение.
— Конечно, — отвечает она.
— Хорошо. — Я заставляю себя направиться к двери, ненадолго обернувшись, прежде чем открыть ее. — Пока.
Когда я закрываю за собой дверь, то чувствую себя беззащитным так, будто меня вытолкали из моего пузыря. Но сверление слышится снова, напоминая мне, почему я должен был уйти, и я сбегаю вниз ко входной двери. Здесь все плохо, но отсюда не видно кухонную дверь с видом на участок, где они могут издеваться надо мной. Я заставил себя пройти через входную дверь и направился к моему фургону, чтобы переодеться в рабочие ботинки.
Я обхожу сторону дома, боясь встретиться с любым, кого увижу первым, но никого нет. Я слышу, как идет работа внутри дома, поэтому иду в гараж, где хранятся наши инструменты. Однако, глядя на машины и материалы, я изо всех сил пытаюсь вспомнить, что я конкретно должен был делать на стройке в течение последнего часа.