Уилл (ЛП)
У: Может нам стоит завтра забрать ее?
М: Хорошая идея. Мы могли бы провести некоторое время наедине. На этот раз без помех.
У: Мне нравится, как это звучит.
М: Освободи свое расписание, мальчик. Ты будешь связан весь день.
Боже, я люблю ее.
21
Пятница, 4 сентября
Уилл
М: У меня хорошие новости и плохие.
У: Продолжай…
М: Я сказала Джаз, что мы едем домой, чтобы позавтракать, и она подумала, что это отличная идея. Она хочет поехать с нами.
У: Что? Нет!
М: Я не могу остановить их, у нас свободная страна.
У: Их?
М: Да, это хорошая новость. Спенсер тоже собирается, поэтому они возьмут свой автомобиль и практически оставят нас наедине.
У: Думаю, нам нужно поработать над твоим пониманием хороших новостей. Спенсер — это всегда плохая новость. Особенно, когда мне обещано нечто невероятно горячее, а теперь он хочет присоединиться к нам.
М: Нет, это хорошо. Он придет помочь ей, и она справится быстрее, — так мы сможем избавиться от них. Мы можем сказать, что у нас есть планы на обед или что-то еще, и тогда они уедут и оставят нас наедине.
М: Все будет в порядке, верь мне.
Ей еще так много предстоит узнать, но я хочу, чтобы она знала, что я ей доверяю. Поэтому вместо того, чтобы спорить с неизбежным, я просто отвечаю «хорошо».
22
Суббота, 5 сентября
Уилл
— Клянусь, я его убью!
— Тсс, нет, не убьешь, — успокаивает Мэгс. — В этом есть свои плюсы.
— Плюсы? Какие нахрен плюсы? — вспыхиваю я, ставя на землю чемодан, который я только что вытащил из машины.
— Ну, есть причина, по которой ты возбужден весь день, — Мэгс соблазнительно приближается ко мне.
— Как это может быть плюсом?
— Станет лучше, когда я сниму с тебя одежду.
— Хотя существует проблема, — шепчу я, видя, как Спенсер и Джаз идут по коридору. — Они до сих пор здесь! Весь день они таскаются за нами! Ты планировала обед, чтобы избавиться от них, а они сами себя на него пригласили.
— Ну и лицо сейчас у тебя, — Мэгс прикрывает рот, чтобы спрятать улыбку.
— Это не смешно.
— Извини, — Мэгс разглаживает лицо, — Я готова загладить свою вину.
Я качаю головой.
— Все хорошо. Может, вселенная пытается мне что-то сказать?
— Например? Что ты большой ребенок? — Влезает Спенсер со своими остротами.
— Отъебись, Спенсер.
— Конечно, сразу после того, как сложу все это дерьмо, которое вытащил для тебя из машины. Кстати, всегда пожалуйста. — Он опускает стопку ящиков, которые нес.
Я огрызаюсь на него, но он игнорирует меня и поворачивается к Мэгс, снимая воображаемую шляпу.
— Это все, мэм?
Мэгс хихикает.
— Это все, — поддерживает она. — Вы свободны.
— Спасибо, мэм. Моя подруга и я будем в джакузи в ближайшие несколько часов. Не беспокойтесь. — Он выбегает из комнаты, кланяясь, как придурок. Мэгс смеется.
— Просто не забудьте потом спустить воду. — Ее лицо вытягивается при мысли от возможности использования той же ванны, после того как они… фу, что бы они там ни делали!
Мы слышим визг Джаз, после того как Спенсер выгоняет ее из комнаты и сбегает вниз по лестнице. И снова я чувствую зависть. Он хочет трахнуть Джаз в джакузи, поэтому он просто показывает это. Кстати, я собираюсь засунуть свой член в Джаз. Я бы на вашем месте держался подальше от джакузи.
Бум.
Вот так просто.
Сегодня я прикусил язык и позволил им присоединиться к нам, вместо того, чтобы признаться, что я думаю об этом на самом деле. В этой картине что-то не так.
— Твой нахальный кузен нес для меня мою коробку с игрушками и даже понятия не имел, что он нес, — смеется Мэгс.
— Эм?
— Не бери в голову, — она берет несколько вещей из голубой коробки, а затем смотрит на меня с улыбкой. Она начинает приближаться ко мне. — Итак, я спрошу снова. Ты выбрал стоп-слово? — спрашивает она, останавливаясь передо мной.
Я закатываю глаза и зарабатываю легкую пощечину, которая посылает крошечные искры удовольствия по всему телу.
— Стой, — мурлычет она, прижимая один палец к моей груди, и я делаю так, как мне сказали: жду у двери.
Мэгс приподнимает крышку коробки так, чтобы закрыть мне обзор на ее содержимое. Она показывает целое шоу, выбирая что-то и закрывает ее, приближаясь ко мне со спрятанной за спиной рукой. Она останавливается передо мной и выжидательно поднимает бровь.
— Оно мне не нужно, — повторяю я в который раз.
Она вытаскивает веревку из-за спины, и мой член дергается.
— Нет стоп-слова, нет игры, — твердо говорит она. — Было бы досадно думать, что мы приехали сюда и привезли мою коробку с игрушками зря.
Я вытягиваюсь, тяжело дыша.
— Что еще там есть?
— Не хочу мучить тебя знанием, если ты не собираешься их использовать.
— Прекрасно, у нас будет стоп-слово, — раздражаюсь я.
— Хороший мальчик, — улыбается она. — Какое?
Я морщу нос.
— Блядь, я не знаю! Я не смог даже придумать название аккаунта в Твитере. Придумай ты.
— Нет, это должно быть что-то твое собственное. Это же не я буду говорить его.
— Я тоже не буду этого говорить.
Мэгс смеется.
— Прекрасно, придумай слово и начнем игру.
— Игру? — оживился я.
— Стоп-слово.
— Аргх, я не знаю.
— Просто выбери слово, которое никогда и не при каких обстоятельствах не скажешь во время секса.
— Спенсер, — выпалил я. И захотел вернуть его, как только произнес, но она уже смеется. — Позволь мне придумать что-нибудь другое.
— Ой, нет, Спенсер — это превосходно.
Блядь.
— Я никогда его не скажу. — Вызывающе говорю я ей.
— Спорим?
— Я не буду. Это факт. Ты можешь делать все, что хочешь.
— Ох, есть много способов, которыми я смогу заставить тебя кричать его имя. Не все вертится вокруг того, что ты хочешь или не хочешь, чтобы я делала.
Я хмурюсь, ведь я понятия не имею, что она имеет в виду. Но я непоколебим. Это слово никогда не будет произнесено моими губами, пока мы…
— Снимай одежду, — требует она.
Осознавая, что она не закрыла дверь, но Спенсер и Джаз давно ушли, я угождаю ей, думая, что у нас есть время.
Мэгс кружит вокруг меня, разглядывая сверху донизу. Я чувствую неловкость, когда она находится у меня за спиной, но ее собственнический взгляд, когда она возвращается в поле моего зрения, заставляет меня чувствовать себя принадлежащим ей. Чувствовать себя принадлежащим ей просто от одного ее взгляда больше, чем я когда-либо фантазировал.
Она распутывает веревку, и моя грудь сжимается. Я и раньше бывал связан, это не важно. Но то было шарфами. Это веревка. Это на самом деле. Я наблюдаю, как она обращается с веревкой, и стараюсь игнорировать ее осведомленность в этом.
Как только она заканчивает с веревкой, она подходит ко мне, и я замираю. С кем она этому научилась? Это не имеет значения. Это не имеет значения. Это значит, что она удивительная, ошеломляющая, восхитительная, и сегодня я не должен задавать вопросы. Рациональное мышление отправилось на юг, как, впрочем, и бо́льшая часть моего кровотока.