Зов крови (СИ)

Он вздрогнул, не открывая глаз, будто сражался с чем-то неведомым.
— Не можем, пока, — и высвободился из моих рук.
Хмурясь, Нейт провел руками по голове, растрепав волосы еще больше. Густые пряди упали вокруг его лица, лаская строго очерченные скулы.
А меня охватила злость, и, судя по его глазам, он уже уловил ее аромат!
— О, — заламывая руки, распаляясь еще больше, отошла от него подальше. — Не надо вынюхивать моё настроение! Я тебе и так всё расскажу! Как ты это видишь, Нейтон? Спросишь разрешение у моего отца? Представишь меня своим родителям? Официально объявишь об ухаживаниях? Ты же прекрасно понимаешь, что это невозможно! Только не в ваших кругах!
— Эти условности меня не волнуют, — он начал подходить ко мне.
— Меня волнуют, — глаза защипало, и я отвернулась. — Тебе пора. Алгар заждался.
— Мы вернёмся к этому, Алекс, — Нейтон помедлил, но все-таки направился к выходу. Наконец-то можно свободно вздохнуть. С трудом сглотнув, я подавила слёзы и расплакалась лишь тогда, когда он громко хлопнул дверью.
Глава 17. Надо бы собраться с мыслями, но, боюсь, ни одна мысль на собрание не придёт
Глава 17. Надо бы собраться с мыслями, но, боюсь, ни одна мысль на собрание не придёт
— Практически тот же состав, — всматриваясь в моё лицо, прокомментировал мистер Борн. На сегодняшнем допросе, хотя дознаватель называл это сбором информации, я была последней. До меня отпросили Элизабет, Нейтона и Алгара. А также уже нашли возницу, который управлял кэбом и возил нас к парфюмеру. Ищейка вызывал нас по очереди, и я еле дождалась свой черёд.
Выждав прописанные законом три дня с момента пропажи Маркуса, мы уведомили ректора, который в свою очередь поставил в известность дознавателя. Сегодня горностая объявили в розыск, а нас пригласили для допроса. Завалив меня каскадом непрекращающихся вопросов, записав приметы азиата, хозяина лавочки парфюмов, мистер Борн наконец-то от меня отстал. По предварительной договоренности с парнями никто из нас не сказал, где именно мы провели ночь. Мы настаивали на том, что, вытащив меня из реки, направились прямиком в академию отогреваться. И эта полуправда была опять сплошной ложью для моего отца и окружающих.
— Что ж, мисс Маккой, и снова без вас не обошлось, — дознаватель уставился на меня. — Судя по показаниям ваших друзей, последнее, что намеревался сделать пропавший — следовать именно за вами.
Я неуверенно пожала плечами.
— Странно, что нет вашего отца. И я смотрю, вам совсем не лучше? Заболели? — в его голосе совсем не было участия или волнения. Просто констатация факта.
Он был прав. Воскресный ливень не прошел даром. Ко всем моим диагнозам, похоже, присоединилась и простуда. Не хотелось волновать отца, он сегодня должен был уехать в Слоем Плейс. Поэтому я старалась справиться сама.
— Всего лишь насморк, — прогундосила я. — Не слышу запахи.
Он нахмурился и перевел загадочный взгляд на мистера Йорка.
Тот едва заметно передернул плечами.
«Что за?..»
На меня волнами накатывало неприятное щекочущее ощущение — словно предчувствие пока ещё не осознанной беды. И было непонятно, то ли это из-за пропавшего Маркуса, то ли из-за переживания за Элизабет, которая превратилась в тень самой себя, то ли отстранённое поведение Нейтона, который не пытался вновь поговорить со мной за эти дни, а словно держался на расстоянии, то ли резко накатившаяся простуда. Странно, я не могла припомнить, когда болела в последний раз. А сейчас я постоянно зевала, глаза слезились и их приходилось непрерывно тереть, чтобы не слипались. Случалось, что ноги ни с того ни с сего начинали заплетаться, точно у пьяной, а руки ломило под тяжестью даже лёгкой сумки-мешка. Усталость наваливалась внезапно и сменялась точно такими же приступами бодрости. В такие минуты мне казалось, что я могу свернуть горы. Но буквально через пару часов такого подъёма я буквально падала без сил.
Сейчас же мои виски сдавливала неведомая сила, а в ушах гудело. Наверное, мне следовало отлежаться пару дней. Качнув головой, ощутила ещё большую тяжесть, ноющую, давящую, она обручем охватывала голову. Что со мной? Не похоже на мои предыдущие приступы.
 
— Ох! — я тяжело выдохнула и сжала зубы, когда резкая боль прокатилась по всему телу.
— Мисс Маккой, лучше присядьте, — строго проговорил наш ректор. — Все же стоит поставить в известность вашего отца, беря во внимание всю ситуацию с вашим здоровьем.
— О, прошу, не стоит его волновать! — я умостилась на предложенный стул. — Обещаю, что сама схожу в лабораторию сразу после допроса.
Я действительно планировала это сделать. Но не для того, чтобы увидеть отца, по моим подсчетам его уже не должно быть на месте. Я начала сомневаться в правильности своего решения не пить микстуру. Вдруг мое ухудшившееся состояние — это и есть причина отказа от лекарства и простуда тут не при чем? Я настолько кошмарно себя чувствовала, что решила пробраться в лабораторию и взять порцию у него в кабинете.
— Итак, давайте повторим всё то, что вы сказали, — не обращая внимания на моё состояние, дознаватель пробежался по строчкам в своем блокноте.
— Вы выскочили из экипажа, потому как подумали, что увидели помощника своего отца?
— Да.
— Но мужчина на ваш окрик не обернулся и пошёл по своим делам?
— Всё верно, — я скривилась от назойливой головной боли.
— И вместо того, чтоб бросить затею, незамедлительно вернуться к экипажу, вы пошли дальше в незнакомом районе города, преследуя незнакомого мужчину чтобы… что? Потеряться в тумане? Который к тому времени был достаточно плотный, да?
— Да, он был как гороховый суп, — усмехнулась я. Хотя сейчас это можно было принять скорее за оскал.
— Но всё равно можно же было что-то различить или услышать?
— В каком смысле? Для человека — нет.
— А оборотень смог бы вас отыскать и не в таких условиях, если бы захотел? Или же он мог услышать и ваш окрик?
— О, это стоит спросить у оборотня, откуда мне знать.
— Мистер Уотерфорд и мистер Веттино продемонстрировали нам это на своём примере, верно?
— Ну, раз вы так говорите.
— Мисс Маккой, я не сомневаюсь в способностях студентов факультета ОРД, не сомневаюсь в способностях оборотня отыскать того, кого он действительно хочет найти. Поэтому мне кажется странным, что затея Маркуса не увенчалась успехом и вместо того, чтоб с легкостью вас отыскать, он пропал. Тем более если взять во внимание, что его попытка была предпринята ещё только на сгущающемся тумане. Тогда как второй из представителей Двуликих блистательно это провернул уже в сам разгар туманной завесы…
Я натурально зарычала:
— К чему вы задаете эти вопросы мне?!
Игнорируя мой недовольный возглас, дознаватель глянул в свои бумажки, бесцельно перевернул несколько страниц, соображая на ходу, какой бы ещё вопрос задать и при этом не повториться.
— Вы не ответили на вопрос, — он не мигая уставился на меня и требовательно повторил: — Почему вы не повернули обратно, когда начал сгущаться туман и мужчина не обернулся на ваш возглас?
— О, я не знаю! Потому что самонадеянная дура?! Потому что думала, возможно, он меня не услышал? Мне казалось, что я успею его догнать до всего этого. Я не знала и не предполагала, что Маркус решит пойти за мной!
— Что натолкнуло вас на мысль, что тот мужчина мог быть помощником вашего отца?
— Я достаточно хорошо знаю Киллиана, чтоб узнать его в толпе. Он с детства был рядом со мной.
— И вас не удивило, что он оказался в том же районе города, что и вы?
— Нет. Он часто приглядывает за мной по настоянию отца. Из-за моих приступов.
— И как же он приглядывал за вами, если шёл в противоположную сторону от движения вашего кэба?
— Именно это я и хотела спросить!
— На каком расстоянии вы шли за мужчиной?
— Ох, ну я говорю вам это раз за разом: в то время как он повернул за угол улицы, я шла за ним примерно в пятидесяти — семидесяти пяти футах.