Истинная в цепях, или Мы ещё поспорим, кто из нас попал! (СИ)

Кария улыбнулась как-то понимающе и глядя на меня словно на малое дитя. Чем невольно меня смутила.
— Марин, этот же мир нам роднее. Здесь столько возможностей, — вдруг заявил Никита.
— Каких возможностей? Умереть? — поморщилась я. — Нет, мой дом не здесь. Если есть возможность, помогу дракону, но… может, получится избавиться от цепи? — спросила уже шёпотом.
— Она создана Лесным Царём, — нахмурилась знахарка. — И зря ты. Не отказывай ему. Ежели выбрала тебя судьба спасительницей драконов, ты уж помоги. Сложные они, как ты сама говоришь, но тоже живые.
— Я же не отказываюсь, я про цепь. Как-то можно отсоединиться от Радагаста? А то я даже в туалет на привязи хожу.
Кария звонко рассмеялась.
— Если и есть, мне способ неизвестен, — разочаровала она меня.
— Можно найти Лесного Царя, а через него наших, — предложил Никита. — Куда мы вдвоём на драконе? Без еды, одежды и прочего?
— Не отказывайте драконам, — попросила Кария. — С чем смогу, с тем помогу.
Поднявшись, она направилась в соседнюю комнату.
— Худенькая ты только, — посетовала она. — Нет у меня толком одежды подходящего размера. Разве что…
Она замолкла, скрывшись в проходе. Послышались звуки открываемых створок шкафа, возни. И вернулась она с нежно-зелёным платьем, вышитым нитями на тон светлее. Ниже колена, с длинными рукавами и открытой линией плеч. Слишком нарядное для похода.
— Моё, свадебное, только раз надевала, — весело улыбнулась она.
— Свадебное это хорошо, — похвалил Радагаст, чуть приоткрыв дверь. — Берём.
— Нет, я не могу его взять, — замотала ладонями, упрямо насупив брови.
Всё же свадебное платье вещь, с которой связаны воспоминания, важная, особенная. А мы же то в лесу, то у реки, то в небе, вряд ли получится носить аккуратно.
— Бери, тебе нужнее. И у меня ещё два есть, — подмигнула она, подходя ко столу с платьем.
— Ещё два? — хихикнула я от неожиданности.
— Три раза я была в браке, больше не пойду, да и не влезу в это платье, — рассмеялась она.
— Три раза? А муж ваш где?
— Сгинул, — махнула она рукой, продолжая посмеиваться.
— Сочувствую.
— Да что ему сочувствовать? Только рад был от меня сбежать, — пользуясь моим замешательством, она вручила мне платье и повела прочь из комнаты, пока я не опомнилась.
Мы прошли в спальню Карии. Нашлась у неё и цветастая шаль и тёплые гамаши. Немного большеватые, но по её словам, это она покупала для дочки, но не угадала с размером. И вот тут возникла новая беда с рукавами. Вспомнилось, что цепь ограничивает меня не только в плане перемещений. Но Кария решила проблему радикально.
— Нет! — возопила я, а рукав был разрезан по длине лёгким взмахом руки знахарки.
— Вот и всё, пуговицы подошьёшь только, — рассмеялась она над моей паникующей миной.
Тяжело вздохнув, я взялась за переодевание. Рукав пока спрятали, а в плече прихватили булавками. Платье село идеально, милое, нарядное. Хотя мне по-прежнему было неудобно уходить из дома доброй хозяйки в памятной вещи. Да и практичностью она не отличалась. Я бы предпочла большеватый свитер, но нужно радоваться тому, что есть. Всё лучше, чем гонять осенью в домашнем платье и босиком. Тем более одежда с рукавами теперь вызывает проблемы.
— Сапожки тоже дам. Старенькие, доча в лес носит, когда в гости приезжает.
— А может завалялась старая одежда дочери? — робко уточнила я. — А то свадебное…
— Нет, не завалялась, — хитро улыбнулась она.
И показалось, что она специально старается меня нарядить. И это ощущение укрепилось, ведь она взялась за создание причёски.
— Готова ваша невеста, — смешливо объявила Кария, когда мы вернулись на кухню.
А я невольно покраснела, взглянув на неё с возмущением.
— Вау! — широко улыбнулся Никита, довольно меня оглядывая.
На самом деле выглядела я действительно лучше, чем несколько дней назад. Как ни странно, несмотря на сложности этих дней, вынужденный голод и выживание в глуши, ушла болезненная синева из-под глаз, кожа разгладилась, перестала шелушиться, даже волосы воспряли и будто прекратили выпадать от каждого неосторожного движения. Похоже, прореха в ауре, про которую говорили Кария и Радагаст, восстанавливается, что возвращает мне силы. Как бы бредово это не звучало. Но неверие проходило, я вполне готова была признать существование волшебной реальности. И про себя даже тайком мечтала, чтобы это на самом деле оказалось правдой, а не бредом сумасшедшей. Ведь так классно осознавать, что в мире есть место чудесам.
 
— А Марина красивая? — внезапно спросил Радагаст.
Оказалось, он приоткрыл дверь, чтобы на меня посмотреть. Видимо, ему там одному скучно.
— Тебе-то зачем? — пробурчал Никита, и не пытаясь скрыть своей неприязни.
— Красивая, — усмехнулась Кария, поправив заколку в моих распущенных волосах.
— Тогда, очень красиво, Марина, — серьёзно закивал дракон.
— Спасибо, — прочистив горло, проговорила я.
Какой же он странный. Не слепой же, и сам может сделать вывод, красива я в его понимании или нет. Или не может?
— Ты же говоришь, мог принимать человеческий облик. Неужели не помнишь, каких девушек считал красивыми? — любопытство взыграло, и я не смогла отказать себе в вопросе.
— Так когда это было? Тридцать лет, — вздохнул Радагаст, отчего дверь распахнулась, и он спешно прикрыл её. — Всё забыто.
— Ничего, вспомнишь, — закивала Кария. — Ну ладно, пора о делах. Сегодня у меня останетесь, поздно уже куда-то отправляться. В баньке отогреетесь, я вам отвар медовый заварю, чтобы не заболели. Ты, Марина, платье подошьёшь. А завтра улетайте. Нечего вам в деревне искать. Работы тут нет, чтобы денег заработать. Зато за грядой гор будет Старск. Город крупный, там есть и маг сильный.
— Людские земли, — поморщился дракон. — Но выбор небольшой.
— А что плохого в людских землях? — одновременно оскорбилась и насторожилась я.
— К нечисти они предвзято относятся, — пояснила вместо него Кария. — Дракону не обрадуются. Но он прав. Безопаснее всего полететь в Водный град или королевство оборотней. Только это недели пути.
— Да, далеко, — согласилась я. — Дома же родители волнуются. А как-то можно в другой мир весточку отправить?
— Если и можно, то не моего уровня это волшебство.
— А связаться с Ягой, Кощеем или Лесным Царём? — включился в разговор Никита. — Они нас знают, помогут.
— Попробую письмо отправить, — Кария задумчиво почесала подбородок. — Магического вестника.
— Было бы замечательно, — в очередной раз за день я так расчувствовалась, что на глаза навернулись слёзы. — Как же вас отблагодарить?
— Ничего не надо. Мне же несложно старую одёжку отдать, да едой поделиться.
— И всё равно, — в расстройстве из-за того, что не могу отдать ничего взамен, я заметалась по комнате. — Точно, у меня же перья есть!
Желание отблагодарить добрую знахарку было так сильно, что я обратилась за секунду.
— Но нет хвоста, — напомнил Радагаст.
— Красавица, маленькая совсем, — Кария погладила меня по макушке, и я довольно зажмурилась. — Мне удалось увидеть настоящую жар-птицу, вот он настоящий подарок.
— Этого мало. Разве другие перья не подойдут? — расстроилась я.
— Оторвать можно, и любое перо обладает частицей магии. Но в хвосте сила жар-птицы. А отданное добровольно перо из хвоста… Я даже не представляю, какую оно способно творить магию. Но ты зря огорчаешься, ничего не надо, Марина, — знахарка провела ладонью по моей спине. — Красавица.
— Вот, — поддержал дракон. — А ты всё курица, курица. Говорю же, прекрасная жар-птица.
Опять он что-то на своём драконьем болтает…
— Жалко, что хвоста нет, — я так расстроилась, взглянув на свой коротенький обрубок.
И наверное, очень хотела чем-то отплатить за добро, потому что по телу побежало тепло, и одно из перьев заалело. Сосредоточившись на этом ощущении, я вся распушилась. Перо становилось всё ярче, росло, начиная испускать яркий свет, пока не стало длинным, украшенным сияющим узором.