Terra Insapiens. Дороги (СИ)

Она нагнулась и покопалась в пыльном мешке у своих ног.
— Возьми вот это, — она протянула ему что-то в руке.
— Что это? — Артур взял и повертел в руке маленький деревянный пузырёк. Он вытащил пробку и увидел, что пузырёк заполнен тёмной, густой жидкостью.
— Настойка из корня мандрагоры, листьев белладонны и семян белены. Она замедляет время.
— Как она может замедлить время?
— Для тебя — может. Она ускоряет твоё сознание. Время становится медленным и тягучим, как густая сметана. Ты не можешь двигаться быстрее, но повышается твоя реакция, а это бывает очень важно в трудную минуту. Как в фильмах, которые ты любишь, где герои в замедленной съёмке уворачиваются от пуль.
— Вы знаете эти фильмы?! Этого не может быть! — Артур был поражён.
— Года всё знает, — старуха не смотрела на него, она говорила куда-то в пространство. — Года живёт в твоей голове, как в своём дому. Все запертые ящички твоей души для меня открыты… Моя голова пуста. Все, кто приходят ко мне, заполняют её своим мусором. Но когда они уходят, они уносят свой мусор с собой, и моя голова снова пуста.
— Расскажи мне — что ждёт меня? — спросил Артур.
— Хочешь знать, что будет? — Старуха повернула голову к нему и вновь отвернулась. — Никто тебе не скажет. А если скажет — соврёт… Это тебе решать. Будет то, что ты выберешь. Каждый твой шаг — это выбор. Каждое слово, каждый взгляд — это твой выбор. Определи сам, каким ты хочешь видеть своё будущее, и делай шаги ему навстречу.
— Но как определить — правильно ли я иду? Не сбился ли я в своём пути?
— Слушай ветер. Он подскажет. Он знает прошлое. А кто знает прошлое, предвидит будущее.
Старуха медленно, тяжело поднялась с пенька и, не прощаясь, пошла, ковыляя и опираясь на палку, в лес. Артур смотрел ей вслед, пока она не скрылась среди деревьев. Потом сел на лошадь и поехал по дороге к озеру.
Осень выдалась тёплая и сухая. Дождей почти не было. Адам ходил хмурый, бросая взгляды в небо.
— Проклятие! Руками что ли мне тучи собирать?! Как назло, Господь закрутил все краны небесные.
Однажды тучи таки собрались. Адам оживился, засуетился.
— Готовьтесь, ребята, готовьтесь. Сегодня будет знатная гроза.
Но всё закончилось проливным дождём на всю ночь, а молнии мерцали где-то вдалеке — до Замка они не добрались.
В конце сентября Артур посетил монастырь. Он сидел на хорах, слушая проповедь нового молодого аббата, наблюдая молящихся крестьян и монахов. В храме было тепло и уютно. Размеренное и торжественное богослужение погружало в сладостное томление и обещало неведомое счастье.
Он очнулся от грёз, когда рядом с ним сел человек. Бросив взгляд на него, Артур вздрогнул. Это был Демон.
— Давно не виделись. Как поживает безумная братия? Я, признаться, скучаю по старым временам.
— Что вы здесь делаете? Вас же схватят, как разбойника.
— Но ты ведь не выдашь меня? Тебе совесть не позволит стать стукачом. Хорошая это придумка — совесть! Ею только надо правильно пользоваться.
Он посмотрел вниз — на молящихся и монахов.
— Все хотят в рай, — усмехнулся Демон. — А я, как представил себе вечную жизнь в раю, так меня затошнило. Я бы вырвал какую-нибудь райскую яблоню с корнями и пошёл молотить ею по головам всех святых и угодников.
Демон разглядывал нехитрое церковное убранство с лёгкой, насмешливой улыбкой.
— Да… Это не собор святого Петра. Это гораздо хуже… Вон тот седой старикан, сидящий на облаке, свесив ножки, видимо, и есть Бог? — указал он кивком на фреску какого-то местного Леонардо, и снова стал разглядывать прихожан и монахов, сидящих на скамьях.
— Чего они молятся? — наклонился он к уху Артура. — Чего они вымаливают себе? Разве они не читали Библию? Разве они не знают, что всё в мире совершается по воле Божьей, нам неведомой и непостижимой? Ведь каждая молитва — это просьба к Богу — поменяй свои планы ради меня! Какая невинная наглость!
— Не сомневаюсь, — он поднял голову и выпрямился, — что Богу давно надоел этот бесконечный людской скулёж ему в уши. Он давно воткнул в уши затычки и слушает ангельское пение.
 
— Вот та женщина в чёрном платке, — он указал пальцем, — возможно, молится о здоровье своего больного ребёнка. Кто бы ей объяснил, что она зря теряет время? Что болезнь на её ребёнка наслал тот самый Бог, которому она молится. Это входит в Его планы, и он не станет их менять, потому что об этом его просит глупая женщина.
— И просят, и плачут, и просят, и плачут, — продолжил он. — Даже ангельское терпение лопнет — слушать это изо дня в день… Ну да бог с ними! Мне надо встретиться с Адамом. Я должен поговорить с ним.
— Но захочет ли он разговаривать с вами?
— Захочет… Скажи ему: Хозяин со своей семьёй в моих руках. Я могу отдать их в обмен на маленькую услугу. Какую? — я расскажу ему при личной встрече. Завтра утром я буду у озера. Пусть приплывёт на лодке один, и мы поговорим.
Демон встал и вышел, не прощаясь.
Вернувшись в Замок, Артур пересказал свой разговор с Демоном Адаму.
— Чего ему надо? — нахмурился Адам. — Если снова будет просить достать ему оружия, я не могу пойти на это. С другой стороны, я чувствую свою вину перед Хозяином и его семьёй. Мы не можем бросить их здесь.
Адам задумался.
— Где моя бандана?
— Все, кто хотел, уже выучили местный язык, и бандана лежит у меня. Принести?
— Принеси. В любом случае надо будет ему что-то предложить. Возможность общаться на всех языках дорогого стоит. Надеюсь, он согласится с этим.
На следующий день Адам отправился на лодке на тот берег и вернулся спустя час. Артуру не терпелось расспросить его, но Адам сказал:
— Пойдём завтракать. Потом расскажу.
Садясь за стол во дворе Замка, Адам сказал:
— Андрон! Поглядывай на тот берег. К вечеру Демон обещал отпустить Хозяина с его семьёй. Перевезёшь их в Замок.
— И Ева вернётся? — обрадовался Паскаль.
— Надеюсь… Раз он обещал.
— А он не обманет? — спросил Андрон.
Адам на мгновенье задумался и ответил:
— Не думаю… Ты же его хорошо знаешь. Он, конечно, убьёт любого, оказавшегося у него на пути, но из гордости не станет врать и обманывать без особой нужды… Он когда-то сказал мне: «сильный может позволить себе роскошь быть честным».
— А что вы ему дали взамен? — спросил Андрон.
— Я его сразу предупредил, если ты хочешь, чтобы я добыл тебе оружия — этого не будет. Он не стал спорить, на уме у него было другое. Он сказал мне:
— «Я знаю, что ты смертен, ты не вечен, но ты умеешь продлевать свою жизнь. Научи меня этому. Я тоже хочу жить полторы тысячи лет и больше. Дай мне это, и я верну вам свою добычу и навсегда оставлю вас».
Адам хлебнул чаю и хитро улыбнулся.
— Я отдал ему бандану. Объяснил, что вся сила в ней. Она не только помогает общаться, но и продлевает жизнь… Он недоверчиво спросил, почему я не носил её в Замке? Я сказал, что достаточно одевать её на ночь. Кажется, он поверил. Я продемонстрировал ему — что она ещё умеет, и это его впечатлило. Забрал бандану и сказал, что отпустит Хозяина с семьёй сегодня… Я спросил его: что ты намерен делать? Он сказал:
— «За меня не беспокойся, я не пропаду. В этом мире мне есть, где развернуться».
Артур пригладил рукой свои непослушные волосы, и поделился сомнением.
— Я вот думаю — какую опасность мы оставляем миру в лице Демона. Что если ему удастся его план, если он сможет приблизиться к Папе Сильвестру? Ох, и натворит он тогда дел!
— Папа Сильвестр не дурак. Он быстро сообразит, что «этот» пришёл с тёмной стороны силы… А потом — не переживай за мир. То, что ты видишь, это очень малая часть мира. Ты даже не подозреваешь — насколько малая.
Вечером Андрон вернулся на лодке с хозяйской семьёй.
Хозяина трудно было узнать. Плечи его поникли, взгляд был напуганный. Артуру даже стало его жалко.
Если Хозяин осунулся, то Ева наоборот, как будто стала выше на голову. Во взгляде появилось что-то серьёзное и вопрошающее, чего не было в беззаботной девочке, которую знал Артур.