Я не аристократ (СИ)

— Э, не трожь! — в панике пробормотал я. — Не твоё, хозяйкино.
Она хихикнула.
«Ты что, охренел? — раздалось у меня в голове. — Ты больной, что ли? Где ты потом возьмёшь таких кошечек? Хватай их, пока не убежали, ну? Срочно хватай и трахай!»
Может, это была шизофрения, но я ответил. Мысленно: «Да они же меня сейчас сами схватят и трахнут…»
«Сразу две? — поинтересовался невидимый собеседник. И захихикал: — Кайф! И бегать за ними не надо. Расслабься, спаситель! Получай удовольствие!»
«Но я же еле руки могу поднять!»
«А что ты тут руками делать собрался? Тебя что, кастрировали?»
«Да кто ты вообще?»
«Как кто? Опять не узнал, спаситель? Вы, люди — на редкость тупые и безголовые. Дурёха эта чуть не задавила два раза, а ты запихал под куртку, а там дышать нечем. Я думал — подохну!»
«Ты, — растерялся я. — Ты — Рыжик? Кот?»
«Ну а кто ещё? — сердито отозвался голос. — Ты что, кота от кошки отличить не можешь?»
«Блииин…»
А ведь всё верно. Рыжика я сунул под куртку, и молнию застегнул. Вместе с ним меня в ящик и запихали.
Выходит, я теперь вместе не только с ящерицей, но и с котом. Вот только где?
«Как ты думаешь, Рыжик? Где мы?» — спросил я безо всякой надежды на ответ.
«Где, где? В Караганде! — буркнул кот. — Купать тебя сейчас будут. Терпеть не могу купаться! И это всё потому, что ты кошку за шкирку поймать не можешь, бездарность ты человеческая!»
Пока я болтал с этой ехидной тварью у себя в голове, момент для побега был потерян.
Мидора ухватила меня за рубашку и разорвала её по шву.
«Ой!» — испугался я, покрываясь мурашками.
«Лови кайф, спаситель! — возликовал в голове Кот. — Скажи ей, что она клёвая, и она потечёт!»
«Ты бы заткнулся уже, а?» — не выдержал я.
«Да расслабься! — заржал Рыжик. — Тебя что, каждый день по две бабы обхаживают?»
Лярис зашла сзади и стянула с меня штаны.
«Конечно, первый раз!» — мысленно взвыл я.
Без штанов стало совсем плохо. Словно бы они меня от чего-то защищали.
«Ну, с боевым крещением, значит, тебя! — издевался кот. — Я тебя сейчас всему научу. Замри. Расслабься. И получай удовольствие!»
«Да ты кто такой, чтобы меня учить!» — разозлился я.
Охранницы тем временем подхватили меня под локти и затолкали в ванну.
— Горячая же! — заорал я уже вслух.
Мидора опустила в воду голый локоть. Грудь у неё от этого движения почти не провисла и продолжала задорно торчать.
— Локоть терпит! — заявила она безапелляционно и окунула меня в воду с головой.
Я вынырнул, отплёвываясь. Охранницы, смеясь, приготовились меня топить.
Но тут на моё счастье те же мужики принесли ещё два ведра горячей воды.
Мидора велела поставить их рядом с ванной, обмакнула в одно мочалку и стала намыливать огромным куском серого мыла.
— Щас мы тебе и ушки помоем, и ещё кое-что…
Она посмотрела на меня с хищным интересом.
«Расслабься! — приказал кот. — И получай удовольствие! Скажи ей, что она — милая! Ну?»
Деваться было некуда, и я сказал Мидоре:
— А у тебя красивая грудь.
Не ожидал, что она покраснеет.
— А у меня? — спросила Лярис и тоже сняла рубаху.
У неё груди были ещё меньше, остренькие, как рожки у козы.
«А у тебя — очаровательная, — суфлировал в голове Рыжик. — Красота и очарование. Две грации».
— Очаровательная, — повторил я с улыбкой.
Лярис тут же скинула штаны и полезла ко мне в ванну.
— Ты чего? — испугалась Мидора. — А если хозяйка узнает?
— А ты запри купальню! — захихикала Лярис. — И иди сюда.
Мидора достала здоровенные ключи, покрутила их на пальце, раздумывая, и пошла закрывать дверь.
«Сечёт! — обрадовался кот.
«А если — она тоже в ванну залезет?» — спросил я, всё ещё немного нервничая.
«Скажи, что всегда мечтал сразу с двумя такими красотками! — возликовал Рыжик. — Ах, какие кошечки! Я тебе сейчас такое подскажу!»
Пока Мидора раздевалась, мы с котом успели слегка посоветоваться.
Единственное, что он отмёл, чтобы я мыл девчонок. Это же я у них в рабстве, а не они у меня. Вот пусть и моют.
В общем, помылись мы замечательно. С чувством, толком и расстановкой.
 
А вот одежду после ванны мне выдали явно с чужого плеча.
Льняные штаны были слишком свободными, мне пришлось подвязать их шелковым поясом. Рубаха тоже была широкой и слишком длинной, пришлось закатать рукава.
Расшалившаяся Лярис шлёпнула меня по мягкому месту, направляя в один из многочисленных выходов из ванной.
— Только молчок! — предупредила она. — А то хозяйка тебе… уши отрежет. Овечьими ножницами!
Охранницы захихикали, обнялись и начали щипать друг друга от избытка чувств, а я открыл дверь и оказался в длинном коридоре, по бокам которого шли двери, как в офисе.
Я толкнул плечом самую ближнюю дверь. Она оказалась открыта, и я вошел.
— Смотрите, новенький! — раздалось сбоку.
Я огляделся. В довольно большом помещении стройными рядами стояли двухъярусные кровати: то ли спальня в детском лагере, то ли тюремная камера. Однако признаки роскоши тоже имелись — посреди комнаты был устроен декоративный фонтан с рыбками, а по стенам развешаны ковры и гобелены.
А ещё на меня со всех сторон таращились обитатели этого странного места. Парни, мужики… Взгляды были не слишком добрыми, и я понял, что надо отсюда линять.
— Эй, ты куда! — в комнату влетела Мидора и ухватила меня за рубашку. — В спальню нельзя! Вдруг ты заразный? Пошли-ка, Зергиус, в изолятор. По пути тебе и ошейничек поменяем на магический, чтобы не убежал!
  
Глава 9. Коварные планы
 
Хорошо, что всё идёт по плану. Плохо, что план — говно.
— Слушай, этот парень вообще какую-то странную активность демонстрирует! Что с ним творится? То он в ступор впадает, то прямо вешается на девок? — толстый Пётр жевал пирожок с повидлом и сопел в экран.
Зрелище было очень возбуждающее: две голые девицы и один мужик в большой деревянной ванне.
Вроде и видно многое, и домысливать можно до бесконечности, чем они там, в воде, занимаются.
— Это не Яша так на него влияет? — на тощего зрелище возбуждающе не подействовало.
Он быстро листал таблицы эмоций, пытаясь подкорректировать психотип испытуемого.
Психотип никак не складывался: парень был вроде бы скромный, и вдруг такое начал творить, словно у него в башке переключатель переставили на режим «ловелас».
Ну, нельзя же так ржать в ванне с голыми девками, если ты пять минут назад краснел, как пацан!
— Не-а, не похоже это на Яшу, — прочавкал Пётр. — Яша у нас не на секс срабатывает, а на угрозу жизни — бей или беги. Секс у него строго по расписанию, согласно биологическим моментам. В сезон. Что-то ты намудрил, Паша. Где-то в настройках галочки перепутал.
— Да что я там мог перепутать? Дела-то было — наложить инстинкты варана на слепок личности. — Павел посмотрел на пакет с пирожками на столе у Петра и поморщился. Кое-как зарубцевавшаяся язва ему такой еды не прощала. — А может, этот Сергей и был в душе бабником? — предположил он. — А тут выпрягся наконец. Все мы в душЕ…
— В дУше. А кто-то вон и в ванне, — хмыкнул Пётр и проглотил «попку» от пирожка. Он держал её двумя пальцами, словно не собирался есть, но потом всё-таки сожрал. От общей жадности. Хотя в пакете у него оставалось ещё два пирожка. — Я бы понял, если бы он через неделю в гареме выпрягся. Но не в пять же минут!
— И что теперь? Это типа он нам эксперимент запорол, скотина такая? — поморщился Павел.
— Ну, почему запорол? В подвале у палача Яша включился, как надо. Ну а тут… Значит, не учли мы чего-то. Ты думай!
— Так я и думаю.
— А надумал чего?
— Да ничего! Продолжать надо наблюдение, вот чего! А я — домой хочу, жрать и спать!
— Да погоди ты со своим домой. А если тело не выдержит?
— Подключай к капельнице, и давай уже сворачиваться. Завтра разбёремся, получился эксперимент или налажали. Время — десятый час!