Я не аристократ (СИ)

— Но у нас же есть магия, — не согласилась Марина. — Его можно просто наделить магическими силами…
— Которые у него, как и деньги, отнимет какой-нибудь ловкач? Нужна страховка внутри самой этой оцифрованной личности. Некие базовые качества, которые любому дадут выигрыш в новом мире.
— И?
— И вот никто пока не понимает, какой эта страховка должна быть. Возможно, потому у нашей игры есть много блоков-клонов, где развивают другое мироустройство. Тут как бы не мы тестируем игру, а она нас.
— То есть в игре испытывают людей? — Марина от возмущения даже подскочила. Хорошо, что лошадка и вправду была очень смирная и не сбросила неумелую всадницу.
— Ну да, проверяют, как нами управлять, как мы принимаем решения. Манипулируют, устраивают бунты и восстания. Ты же участвовала в восстании против барона Бумбера? Твой условный «отец» как раз взял власть. А кто-то теперь изучает всё это. И учится управлять нами.
— Блин… — только и сказала Марина.
К тому же её лошадь некстати споткнулась, и она чуть не вылетела из седла.
— Вот потому я и еду с тобой, — пояснил Андрей. — Хочу глянуть на испытателя, который не повинуется начальству.
— Думаешь, он взбунтовался, а они не могут им манипулировать? — мысль обожгла её. Ею-то сегодня манипулировали легко — тройная оплата — и хоть в пекло.
Но она же человек! Ей же надо жить, ипотеку выплачивать! Это же не манипуляция, а просто оплата? Или — тоже часть этого долбанного эксперимента?
Марина покосилась на Андрея, улыбающегося светло и открыто. Умный он был парень. И хороший, надёжный. Она бы с таким, наверное…
Да нет, нечего себя обманывать. Андрей плотно женат, у него близнецы-первоклассники, девочка и мальчик, жена-красотка… Это только ей достаются инфантилы и кошачьи воры…
Марина вздохнула и ткнула лошадь в бока пятками, чтобы та ускорила шаг.
За интересным разговором тягот дороги Марина почти не заметила.
Решили, что по возвращении в город, Андрей попробует перекупить раба, но не лично, а через другого человека.
— Найдём посредника, — пояснил Марине Андрей. — Легенду ему придумаем, зачем бы ему вдруг срочно понадобился именно этот раб. Он же вроде как беглый? Может, нянькой был при ребенке, или жена по наложнику скучает? Ну или вообще — это его раб! Узнал, не хочет суда, и предлагает по-тихому перекрыть расходы за покупку. Есть у меня в городе приятель, человек разнообразных талантов, — вот к нему и обратимся. Если не выйдет с покупкой, а придётся похищать, на возможного покупателя первое подозрение падёт, а этот не выдаст, скажет, что использовали вслепую, и настоящего покупателя он не знает. И хозяином не является, мол, дали маленькую толику денег и всё.
В городе Марина с Андреем разъехались: знакомить девушку со своим человеком Андрей не захотел.
Марина отправилась во дворец папаши, барона Эскобара, бросила поводья, подбежавшему слуге и поднялась в свои покои.
Ждать предстояло не меньше часа: пока Андрей поговорит с посредником, пока тот доедет до Аделаиды, пока будет уговаривать.
Потом — с рабом или без — Андрей вернётся к ней во дворец. Проголодается, наверное. Нужно бы заказать ужин с устрицами и красной икрой. А то он в своей общине, поди, одним подножным кормом питается, вон какой худой стал.
Заказав роскошный ужин, чтобы поразить Андрея, Марина решила, что успеет выйти в реал и поискать Рыжика.
Домой его отвезти, конечно, уже не получится, но можно будет запереть в каморке вахтёра, а потом сбегать в зоомагазин через дорогу и купить мохнатому негодяю еды и миску для водички.
Ах, нет. Поздно уже, наверное. Зоомагазин, кажется до семи. Придётся бежать в «Пятёрочку». Она до одиннадцати.
Марина сохранилась и сделала привычный жест, рассчитывая выйти из игры, но ничего не произошло. Она по-прежнему стояла у окна своей комнаты, где была точка входа-выхода.
— Блин, опять всё у них зависло! — выругалась она. — Ну ладно, попробуем иначе. — Марина мысленно вызвала интерфейс. — Вот и кнопка выхода…. Упс!
 
И опять ничего не произошло.
Марина не могла выйти из игровой реальности!
* * *
Мидора и Лярис, хихикая, настроение у них после секса было прекрасное, повели меня в другое крыло здания. Пояснили, что там сидит маг, и он снимет с меня старый ошейник и наденет новый, с гербом хозяйки.
В этой части дома были склады, «технические» помещения, квартировала прислуга.
На одной из дверей, мимо которых меня вели, было написано: «Старшая служанка, после 19:00 не стучать — убьёт конюх!»
На соседней: «Тряпки и вёдра! Разные, я сказала! Маленькие — тоже!»
Я начал улыбаться. Хорошо, всё-таки, что в этом мире понимают юмор. Может, и я тут не пропаду? Те, кто умеет над собой посмеяться, в массе люди всё же хорошие.
Наконец мы дошли до двери без надписи, но показательно выкрашенной в чёрный цвет.
Лярис несмело постучала.
— Пинай сильнее! — раздался из-за дверей сочный мужской голос. — Пять минут уже вас жду!
Я толкнул дверь, видя, что девушки робеют, и первым ввалился в обиталище мага.
Помещение показалось мне нежилым, видно маг только принимал здесь своих «пациентов». Из мебели в наличии имелся дубовый стол, пара кресел, довольно хорошо сделанных, учитывая здешнее «средневековье».
В одном из кресел развалился сам маг, похожий на хорошо откормленную свинью — маленький, жирненький, с розовыми ушами и заплывшими глазами. Он был в безразмерном чёрном балахоне, лысый и вкусно кушающий свининку.
В одной руке маг держал здоровенный кусок окорока, другой листал амбарную книгу, хмыкая и ругаясь сквозь зубы:
— Ну, жадоба, в ноги её мать! Ну тля с крылышками!
Увидев меня он положил окорок на стол, вытер жирную руку об балахон и вытаращил глаза.
— Вы чего, господин маг? — робко спросила Лярис.
Крепкая накачанная охранница рядом с магом как-то вся стушевалась и даже стала, кажется, меньше ростом.
— Это вы мне кого привели?! — рявкнул маг, грозно раздувая ноздри.
— Н-нового раба, — пояснила Лярис.
Мидора вообще затаилась в моём тылу и не отсвечивала.
— Нехорошо! — продолжал буйствовать маг. — Зло привели!
— По-почему? — пробормотала Лярис. — Нормальный он. Нам бы просто ошейник снять…
— Вот ошейник на ём и порченный, — нахмурился маг. — Нехороший это ошейник. А ну-ка, иди-ка?
Маг поманил меня, и мои ноги сами подвели меня к нему.
То есть я не хотел идти, а ноги шли вопреки моему желанию!
Маг вытащил из-под стола маленькую скамеечку, взгромоздился на неё, чтобы достать до моей шеи, и стал разглядывать ошейник.
Потом он вдруг засопел, потом начал чесаться, словно его блохи кусали.
— Мудрёная штука, — сказал он наконец. — Крепкая… но мы попробуем вот так!
Он щёлкнул толстыми пальцами, ошейник слетел с меня и… Маг надел его, уменьшившийся многократно, на маленькую крысу, выскочившую из-под стола.
Ещё один взмах руки, и я снова ощутил тяжесть на шее. Схватился, ощупывая… Блин! Это была крепкая кожа с клёпками. Опять захомутали, демоны!
— Благодарствуем, господин маг, — пролепетала Лярис.
— На какой ляд мне ваша благодарность? В счёт допишите десять монет. И чтобы в книге тоже фиксировали! А то потом ваша дурацкая бухгалтерия с моей не сходится!
— Как десять? — обалдела моя охранница. — Да он сам столько не стоит!
— Тогда я ошейничек его в счёт оплаты у вас забираю! Так сразу и пиши — плюс десять — минус десять. Артефакт дорогой, редкий.
— А… — попробовала возразить Лярис, понимая, что маг всех надул и кинул на деньги.
— Рот закрой? — Толстяк взял свой окорок. — И брысь! А то превращу тебя в…
Окончания фразы я не услышал. Мидора дёрнула меня за рубаху и вытащила в коридор.
Я понимал её раздражение. Десять монет — бешеные деньги, раз даже на рынке за меня столько не дали. Я же не Аполлон Бельведерский какой-нибудь.
А вот ошейник мой, оказывается, стоил целых десять серебряных монет, а может, и больше. Уж больно хитрая была рожа у этого мага.