Первая академия. Том 1 (СИ)

— Что, простите?
— Болезни?
— Нет, проблема в другом. Те, кто покрывает это дело, всегда могут собрать компромат на неугодного студента. Поэтому не связывайтесь, — парень подозрительно огляделся по сторонам. — Лучше уж в Москве в бордель сходить. Там спокойнее. Тем более, что не везде помойка, есть очень даже неплохие заведения. Да, обойдётся дороже, но зато всё чисто.
— Это понятно. А тут-то кто всё это дело покрывает?
— Там, — он поднял палец вверх. — Вплоть до деканатов. Просто знайте, что вам не стоит. Я, пожалуй, воздержусь от конкретики. А если нужно, дам адресок одного заведения в Хамовниках. Это недалеко отсюда, полчаса на такси ехать. Место чистое, барышни опрятные, всё на высшем уровне.
У меня возникло странное ощущение, что Степан специально рекламирует какой-то бордель. Рассуждал со знанием дела, прямо как опытный сутенёр.
— Про «Ландыш» что скажете? — продолжал я расспросы, не обращая внимания на «рекламу». — Там официантки тоже оказывают услуги?
— Одно из основных мест. Студенты там околачиваются часто, поток большой. Клиенты всегда есть.
— Понятно.
— В общем, обращайтесь, если надо. Ещё есть вопросы?
— Я всё понял.
— Отлично. Ладно, холодно что-то. Пойду.
Степан пошёл домой, а я решил немного подышать прохладным осенним воздухом и отправился бродить по скверу вокруг жилых кварталов. Час был поздний, улица опустела. Дома желтели прямоугольниками окон, тёмно-серые облака висели над землёй.
Не всё оказалось чисто в Первой академии. Да и могло ли быть иначе? Если есть запреты, есть и те, кто делает на этом деньги.
Я возвращался домой, когда заметил рядом с одним из жилых зданий парня и девушку. Они целовались, спрятавшись в тени деревьев, а увидев меня, поспешно удалились.
Вот и всё, что нужно было знать про пункт семь. Ну и, разумеется, всегда актуально ещё одно правило: что позволено князю, не позволено простолюдину, а иногда — и обычному дворянину с никому неизвестной фамилией.
Обогнув квартал, я снова оказался в сквере, который вёл мимо моего дома. Издали заметил среди деревьев студентов. Когда подходил ближе, понял, что их там довольно много, человек десять, причём толпятся они прямо напротив подъезда, где я жил.
Естественно, меня это насторожило. Я укрепил кости и мышцы, сосредоточил в руках эфир. Казалось бы, что может быть опасного в компании обычных студентов? А с другой стороны, что они тут забыли в столь поздний час? И почему именно у моего подъезда?
Мне было никак их не обойти. Сделав лицо кирпичом, я зашагал мимо.
— Эй, — окликнул меня басовитый голос. — Васильев?
— Что надо? — я остановился и посмотрел на говорящего.
Парень был невысок ростом, но весьма плотного телосложения. Его тон не предвещал ничего хорошего.
Парень был невысок ростом, но весьма плотного телосложения. Его тон не предвещал ничего хорошего.
Заодно я окинул взглядом компанию. Семь парней в студенческих зелёных пальто. Ни одного знакомого лица. Судя по печатям, четверо — маги земли, двое — маги воздуха, один — огневик.
— Ты — трус, Васильев. Трус и ничтожество, — принялся меня оскорблять коренастый парень.
— Поговори мне тут. Тебя Огинский послал?
— Такие ничтожества недостойны называться дворянами. О тебя только ноги вытирать.
Другие ребята хранили молчание, их лица были сосредоточены. Кажется, готовились к драке.
— Сможешь это повторить без своих холуев под боком? — спросил я спокойно.
Задира рассмеялся, остальные зароптали. Я никак не мог понять, что им надо. Очевидно, меня провоцировали. Но с какой целью? Просто поиздеваться хотели? Развлечение у них такое? А я ведь знал: не выйду на дуэль с Огинским, мне покоя не дадут. Так и получилось.
Пора было кончать этот балаган. Я оценил свои силы. Гипотетически с восемью средненькими эфирниками справиться можно. Главное, чтобы магию не использовали. Но поскольку она тут запрещена, вряд ли рискнут.
— Что, остёр на язык? — продолжал задирать меня коренастый парень. — Только болтать умеешь.
— Ещё могу тебе задницу надрать, — парировал я.
 
— Ха-ха, слышали, господа? Угрожает. А как до серьёзного разговора доходит, так сразу на попятную.
— Ну давай, повтори ещё раз.
— И что будет? Иди сюда. Что ты там толчёшься? Бежать хочешь? Беги! Покажи, как умеешь пятками сверкать, трус вшивый.
Я не ответил. Сосредоточился на месте рядом с болтливым студентом. Секунда — и я рядом с ним. Парень не ожидал моего появления и последовавшего за ним сокрушительного удара в челюсть, вскрикнул и повалился на асфальт.
Остальные даже сразу не сообразили, что делать. И лишь один попытался меня ударить. Его рука оказалась в захвате. Я с силой вывернул её, и парень с воплем опустился на колени.
Тут и остальные подключились. На меня напал какой-то длинный студент, я нырнул под его руку и швырнул парня через себя. Второму сделал захват и поставил под ножку, уложив на дорогу. Следующего остановил ударом кулаком в нос. Пригнулся от хука и двинул в живот ещё одному, после чего пробил апперкот. Очередной юнец попытался напасть. Его рука оказалась зажата у меня под мышкой, а удар локтем в грудь моментально свалил студента с ног.
Ребята продолжали нападать, но действовать одновременно у них не получалось, и я по очереди опрокидывал их на асфальт либо броском, либо ударами.
Коренастый задира, опомнившись, снова попёр на меня. Я схватил его за шею одной рукой, поднял над землёй и двинул кулаком в живот. Парень пролетел метра три. И тут один из нападавших выставил вперёд руки, и в следующий миг я ощутил мощный удар по всему телу, от которого потерял равновесие и шлёпнулся на дорогу. Ну всё, магия воздуха пошла в ход. Дела плохи.
Кто-то пнул меня, но я двинул ему кулаком в коленный сгиб, и парень рухнул рядом, держась за ногу. Следующего я просто схватил и отшвырнул от себя, а затем принял боевую стойку.
У меня силы заканчивались, требовалось подзарядиться, но и мои противники нападать больше не решались. Ребята стояли полукругом, кто-то потирал бок или руку, у кого-то на лице была кровь.
— Магия? Что, в рукопашную никак? — крикнул я. — Ссыкуны мелкие. Только толпой можете нападать. Тьфу.
— Эй, что тут происходит? — раздался крик со стороны подъезда. К нам направлялся усатый мужчина в синем кителе с чёрным воротником. — Что за потасовку устроили?
— Вот же чёрт, — выругался коренастый. — Пошли отсюда.
Парни развернулись и быстрым шагом стали удаляться с места событий. Последний, с повреждённой ногой, хромая, еле поспевал за ними. Ко мне подошёл швейцар или, скорее, охранник из моего подъезда. Я видел его несколько раз.
— Что тут случилось? — спросил он, хмуря брови.
— Да эти меня поджидали, избить хотели. На одного всей толпой.
— Вот же негодяи. Дворяне ещё называются. А вы…
— А я здесь живу. Не помните?
— Да-да, видел вас, припоминаю. Э… господин…
— Васильев.
— Вам помощь нужна, господин Васильев? Может быть, лекаря вызвать?
— Всё в порядке, — я поднял с дороги свалившийся с моей голов и затоптанный в драке котелок. — Вот единственный пострадавший. Но ему уже не помочь, придётся покупать новый.
— Я доложу о нападении. Хулиганов найдут и накажут. Вы знаете их фамилии?
— Первый раз их вижу, если честно. Но в любом случае, спасибо. Пойду домой, пожалуй.
Всё случившееся выглядело крайне странно и плохо. Если такое будет повторяться… я устану отмахивать от этих назойливых мух. Сволочи, нечего сказать. Сволочи и трусы. Решил, что нашли объект для травли. Или их кто-то науськал? Непонятно.
По итогу разговора со Степаном я решил не идти на встречу с официанткой, а заодно предостерёг ребят, рассказав об опасных связях с персоналом.
* * *
С Огинским и его другом я целых два дня не пересекался. Почему-то мой противник не торопился назначать новую дуэль. Да и зачем ему? Сейчас он в выигрышном положении. Я не явился на встречу, и он мог интерпретировать это, как угодно, и что угодно, говорить, натравливая на меня своих шнурков. Вряд ли ему хотелось лишний раз рисковать здоровьем.