Ужас Дикого Леса 3 (СИ)

— Вы не поверите, но вместе с Хенриком Пугливым в Москву прилетел и его хозяин!
— Небось, под пару десятков гарантий безопасности, подтвержденных клятвами Силой и Жизнью?! — презрительно фыркнула Софа.
Самодержец утвердительно кивнул, ткнул какой-то сенсор на рабочем терминале и вывел на экран визора тексты озвученных обещаний.
Причина его плохого настроения стала понятна при прочтении первого абзаца: если убрать всю словесную шелуху, то любая царапина, полученная Густавом Браге во время пребывания в Первопрестольной, должна была ударить по Александру Восьмому с утроенной силой! Да, в формулировке, предварительно согласованной обеими сторонами, имелось немаловажное уточнение «по вине Императора Александра Михайловича Рюриковича, его подданных или разумных хищников магических аномалий Карелии и Алтая», но самодержец понимал, что Дичков могут и спровоцировать, вот и жаждал получить хоть какие-нибудь гарантии.
Его дочурка, врубившаяся в суть проблемы самой первой, вальяжно откинулась на спинку кресла, закинула ногу на ногу, шлепнула ладонями по подлокотникам и насмешливо фыркнула:
— Пап, а чего ты так напрягаешься? Эта встреча нужна им, а не нам, так что Снежана может послать обоих по известному адресу или заявить, что получила указание пригласить этих венценосных переговорщиков в какой-нибудь эпицентр пожестче. К примеру, к завтрашнему полудню.
— …и предупредить, что переговоры начнутся только после испытания Силы, Воли и Чистоты Помыслов! — ехидно добавила Рыжая.
— Было бы здорово… — невесело вздохнул самодержец. — Но эта встреча нужна и нам. Вернее, не она, а кое-какие открывающиеся перспективы.
— Объясните, чего именно вы хотите добиться, и мы надавим в нужную сторону… — предложил я.
— Нечто подобное и планировал… — кивнул он, посмотрел на экран комма, подался вперед и облокотился на столешницу: — Они прибудут во дворец к полудню, так что у нас есть три с половиной часа на качественную проработку стратегии поведения…
…Обсуждать с Хенриком Флемингом и Густавом Браге конкретные вопросы внешней политики вроде отказа от запретительных таможенных пошлин, снижения обычных и заключения новых межправительственных соглашений мы, естественно, не собирались, но Александр Восьмой заставил нас ознакомиться со структурой имеющегося товарооборота с двумя этими странами. Вроде как на всякий случай.
По большому счету, увиденное мне понравилось. Мы экспортировали в Скандинавию высокотехнологичное оборудование, машины, суда и плавучие конструкции, продукты перегонки нефти, удобрения, целлюлозно-бумажные изделия, продукцию химической и мукомольно-крупяной промышленности, жиры, масла растительного и животного происхождения, алкоголь, изделия из никеля, стекла, каучука, резины, текстиля и даже шлак. Соответственно, торговали не сырьем, а готовыми изделиями. А импортировали сравнительно немногое — некоторые продукты фармацевтической промышленности, мыло, поверхностно-активные органические вещества и моющие средства, оптику, звуковоспроизводящую и звукозаписывающую аппаратуру, пластмассы, изделия из них и относительно немного медного концентрата. Обратил внимание и существенный перекос между экспортом и импортом предметов роскоши — Россия поставляла Финляндии и Швеции раз в двадцать больше предметов, относящихся к этой категории, чем получала. Но вникнуть в отдельные позиции я не успел — как-то почувствовав, что я запомнил все необходимое и слегка расслабился, государь переключился на следующий вопрос и продолжил нас знакомить с очень приличным списком имеющихся недопониманий, взаимных территориальных претензий и более-менее острых проблем.
К сожалению, матушка Радослава не затачивала мой разум на усвоение настолько больших объемов весьма специфической информации, и уже часа через полтора я начал тупить. Нет, самое главное все-таки запоминал, а второстепенное старался «привязать» ассоциациями, но чем дальше, тем хуже это получалось. В результате к половине двенадцатого я соображал в разы хуже, чем хотелось бы. Даже с учетом того, что регулярно освежал мозги очищением разума. Признаться государю в том, что оказался настолько деревянным, не позволила гордость, но первые пару минут долгожданного отдыха я ел себя поедом. А потом в личный канал прилетело сразу два сообщения.
 
Рыжая, первой разобравшаяся в моем состоянии, написала, что нас с ней натаскивали не на это, поэтому Хенрика и Густава придется напрочь задавить харизмой. А Софа обошлась без шуточек, но ее совет идеально дополнил советы Лады:
«Этой области взаимодействия нашей семьи с окружающим миром я посвятила целых семнадцать лет жизни! Говоря иными словами, твое дело давить харизмой и дожидаться моих подсказок. Кстати, имей в виду, что эта парочка прилетела настолько оперативно не просто так: они узнали, что перед нами прогнулся сам Вэнь-ди, до смерти испугались и наверняка жаждут договориться. В общем, расслабься, почувствуй себя вершителем их судеб и делай то, что считаешь необходимым, а мы поддержим…»
Посмотрев на ситуацию под таким углом, я воспрянул духом, от всей души поблагодарил супруг за моральную поддержку, потрепал по холке «военного атташе», изображавшего статую возле моего бедра, а затем уделил толику внимания и «советнику Златки». Довольное урчание первого и уханье второго подняли настроение еще выше, так что время, оставшееся до начала переговоров, я провел в блаженном ничегонеделании. В смысле, уминал мясную нарезку, доставленную в кабинет по распоряжению тестя, запивал ее свежевыжатым апельсиновым соком, кормил Дичков вкусняшками и лениво прислушивался к разговорам Рюриковича-старшего и его дочери.
В одиннадцать пятьдесят в помещение ворвался Рюрикович-младший, как я понял, только-только закончивший строить чем-то провинившихся глав сразу нескольких отраслей легкой промышленности, весело поздоровался со всеми присутствующими и признался, что изнывает от желания как следует позабавиться.
— Нестеровы, не портьте мне наследника! — воскликнул Император.
— Портим? Мы?! — захлопала глазами Софа. — Да ты посмотри на наши кроткие, добрые и честные лица!
— Да уж, кроткости в вас… — начал, было, государь, затем посмотрел на оживший рабочий терминал, прочитал какое-то сообщение и посерьезнел: — Все, пора.
Мы, естественно, сразу же оказались на ногах и двинулись следом за ним. А ровно в полдень, удобно расположившись в своих креслах, на ложах и насестах, с интересом оглядели еще двух венценосных персон и их личных телохранителей, умело притворявшихся помощниками.
На первый взгляд оба короля выглядели одинаково внушительно. И тот, и другой вымахали за метр девяносто, были очень неплохо сложены, весили под центнер и держались с врожденной властностью. Однако при ближайшем рассмотрении появлялось ощущение, что король тут только один — Густав — а Хенрик носит корону для виду. Впрочем, неявную зависимость от шведа последний с лихвой компенсировал количеством боевых орденов на парадном мундире. И это при том, что за последние лет пятьдесят Финляндия участвовала всего в четырех более-менее серьезных военных конфликтах, включая пограничные!
«Видимо, гений планирования тайных операций…» — написала Рыжая в ответ на мое сообщение. Увы, потом началась обязательная программа с обменом приветствиями, взаимными представлениями и обсуждением всякой ерунды, так что нам стало не до досужей переписки.
Кстати, этот этап встречи в верхах закончился как-то уж очень быстро, и Браге начал удивлять:
— Дамы и господа, мы пришли к выводу, что Земля стоит на одной из самых важных развилок в ее истории. В том случае, если человечество даст волю гордости «венца творения» и вступит в конфронтацию с цивилизацией разумных хищников, то планета на погрузится в хаос, который, вероятнее всего, закончится катастрофой. Нет — вполне возможно, что через какое-то время мы научимся жить в мире и согласии, тем самым, создав на нашей планете некое подобие христианского райского сада. Скажу сразу: и я, и мой венценосный брат Хенрик являемся убежденными сторонниками второго пути, ибо, как говорят у вас в России, худой мир лучше доброй ссоры. Вот и хотим ускорить сближение двух цивилизаций. Мы понимаем, что это будет нелегко, но уже сделали первые шаги к будущему, в которое верим — начали с перевоспитания самих себя. Да, вы не ослышались: мы пришли к выводу, что человеческий вариант дипломатии, в котором озвучиваемые обещания крайне редко соответствуют тому, что за ними стоит на самом деле, себя давно изжил… хотя вру: он прекрасно работает в отношениях между нашими государствами, но гарантированно помешает наладить хоть какой-то контакт между людьми и разумными хищниками. Вот поэтому-то мы и стараемся говорить правду. Хотя привычки, въевшиеся в кровь, здорово мешают. Впрочем, вы ведь это чувствуете, верно?