Ледяной ожог (ЛП)

Они оба уставились на меня, в их глазах была смесь жалости и сочувствия.
— Он не заслуживает тебя, Дэйна Жучок.
— Да ладно, мам, — попыталась я отшутиться. — Это всего лишь одна фотография. — Я посмотрела на свой телефон только для того, чтобы понять, что это была не одна фотография. Это был целый их альбом.
— Твоя мама права, — сказал Эйден. — Он тебя не заслуживает.
Напряженность в его взгляде пробрала меня до костей. Я первая отвела взгляд, слишком обезоруженная тем, как он смотрел на меня. Я не была интересной или красивой. Я была невзрачной и заурядной.
И все же, когда он посмотрел на меня, я почувствовала это.
На эти несколько коротких секунд я поняла, каково это — быть центром чьего-то мира.
Но Эйден Дамфрис был плохим парнем в студенческом хоккее. Он не ходил на свидания. У него не было новой девушки каждую неделю. У него были завоевания — бесконечные зарубки на столбиках его кровати.
Кем-то, кем я никогда не собиралась становиться.
8
ДЕЙНА
Джош: Я могу объяснить.
Джош: Я знаю, это выглядит плохо, но это не то, что ты думаешь. Элли — подруга друга. Она была просто… Послушай, Дейна, это ничего не значило. Я обещаю.
Джош: Я люблю тебя. Тебя. Позвони мне, и мы сможем поговорить об этом. xo
Но я не позвонила. Я не знала, что сказать. Он сказал, что нам нужно пространство, чтобы понять, чего мы оба хотим, и три дня спустя у него были фотографии с другой женщиной.
Даже если я слишком остро реагировала, даже если это было невинно, это все равно причиняло боль. Потому что Джош жил своей жизнью… без меня. Он не поехал в Толедо и не оплакивал наши отношения или расстояние между нами. Он принял свою новую жизнь и с головой окунулся в нее.
Пока ты целовалась с высокомерным, самоуверенным хоккеистом.
За исключением того, что я не поцеловала Эйдена. Он поцеловал меня. Не то чтобы это действительно имело значение, я предполагаю.
Боже, я была лицемером и трусом.
Но я была смущена и напугана, и, если быть до конца честной с самой собой, я была одинока. Вернуться в Дюпон-Бич было здорово. Мама и папа были великолепны. Было здорово снова увидеть Карсона. Но у меня здесь не было друзей. У меня не было ничего, кроме воспоминаний и душевной боли.
Тем не менее, это был дом, и мне нужно было быть здесь. Я должна была быть здесь задолго до этого. Я не могла этого объяснить, но это было правильное решение. Я знала это глубоко в своем сердце.
С тяжелым вздохом я встала и оглядела свою комнату. Мне нужно было что-то сделать. Заметив свои старые кроссовки, я надела их и направилась вниз.
— Дейна Жучок, это ты?
— Да, я собираюсь на пробежку.
— Пробежка? — Спросила мама. — Уже поздно. Я не уверена—
— Я большая девочка, мама. Со мной все будет в порядке. У меня с собой телефон.
Она появилась в дверях со слабой улыбкой. — Ты избегаешь меня.
— Нет, я просто… плохо себя чувствовала.
Это то, что я сказала ей и Эйдену после того, как увидела фотографии Джоша и Элли. Тьфу.
— Знаешь, разговор об этом может помочь.
— Я в порядке, я обещаю. Но мне нужно немного свежего воздуха.
— Хорошо. Я собираюсь приготовить рыбные тако на ужин, так что не задерживайся.
— Конечно, мам. — Схватив бутылку воды из холодильника, я вышла в темную ночь, вставила наушники в уши и включила свой любимый плейлист.
Я не делала этого годами. Мы с Далтоном бегали вместе. Он всегда был быстрее, но он никогда не позволял мне отставать. Когда я переехала в Бостон учиться в колледже, я записалась в спортзал и вместо этого использовала беговую дорожку. Это было не то же самое, но бег всегда был нашим делом, и делать это без него просто не казалось правильным.
Но Далтон ушел, и сегодня вечером мне действительно нужно было сжечь немного лишней энергии.
Мои ноги коснулись земли, и музыка пульсировала во мне, когда я шла по тропинке, огибающей край пляжа. Озеро всегда выглядело потрясающе в это время дня, но я смотрела вперед, сосредоточившись на своем дыхании. Каждый вдох и выдох, подъем и падение моей груди, когда мои ноги стучали по асфальту.
 
Когда я добралась до конца дорожки, я повернула обратно, но на этот раз я срезал на пляже и побежала вдоль берега, немного замедляя темп, чтобы дать себе время перевести дыхание. Мои легкие горели, мышцы, которые я не использовала целую вечность, гудели от напряжения. Но я чувствовала себя хорошо.
Впервые за действительно долгое время я почувствовала себя свободной.
Фигура впереди привлекла мое внимание, и я замедлилась до полной остановки, с благоговением наблюдая, как Эйден выходит из озера в темных шортах, которые облегали его бедра. Мое сердце дико трепетало в груди. Я уже видела его полуголым, но я не видела его таким. Он весь в воде, его волосы мокрые и взъерошенные, каждый изгиб и плоскость его тела блестят в лунном свете. Его тело было произведением искусства.
Он—
Пристально глядит. Прямо. На. Меня.
Дерьмо.
Жар залил мои щеки, когда он направился ко мне.
— Разве ты не знаешь, что пялиться невежливо, — сказал он.
— Ты на моем пляже.
— Твой пляж, да? — На его губах появилась едва заметная улыбка. — Немного поздновато для пробежки, не так ли?
— Как ты узнал?
— Потный, раскрасневшийся, задыхающийся беспорядок выдал тебя. Хотя, я думаю, ты могла бы заниматься чем-то другим.
— Боже мой, ты не можешь так говорить, — пробормотала я себе под нос, проводя рукой по волосам.
— Расслабься, я шучу. Тебе идут… красивые брюки.
Я взглянул на свои штаны для йоги и внутренне выругался — сначала пижама, а теперь обтягивающие штаны для йоги.
Когда я снова подняла глаза, он все еще смотрел на мои ноги. — Смотри сюда, красавчик. — Я щелкнула пальцами, и он моргнул.
— Ты закончила прятаться, или я должен ожидать, что ты растворишься в воздухе в любую секунду?
— Я не пря— Я сжала губы, проглатывая свой аргумент. Поскольку он был прав, я провела день, прячась, зализывая свои раны.
— Чем ты занимался весь день? — Я сменила тему.
— Немного этого и немного того.
— Ты всегда такой? — Моя бровь изогнулась.
— Очаровательный? Смешной? Загадочный?
— Я собиралась начать с задницы, но неважно.
— Ты говорила с парнем?
— Это не твое дело.
Эйден поднял руки. — Я не пытаюсь быть мудаком, веснушка. Я просто подумал, может быть, ты захочешь поговорить.
— С какой стати мне говорить с тобой о проблемах с моим парнем? И ради любви к Богу, пожалуйста, перестань называть меня так.
— Ах, так в раю есть проблемы.
— Ты видел фотографии.
И я ненавидела, что у него было. Это была одна из причин, по которой я убежала в свою комнату, симулируя боль в животе.
— Она была горячей.
— Боже, способ заставить девушку чувствовать себя лучше.
— Это не… черт. — Он провел рукой по лицу. — Это было дерьмово сказано, извини.
— Почему ты тогда это сказал?
— Потому что я задница, веснушка.
Я улыбнулась. Я ничего не могла с этим поделать.
— Хочешь присесть? — Он указал на свою кучу вещей.
— Наверное.
Мы сели, и я остро ощутила, насколько он был близок, как той ночью, когда он поцеловал меня.
— Не волнуйся, я больше этого не сделаю, — тихо сказал он, как будто мог услышать мои мысли.
— Как ты… вообще-то, не отвечай на этот вопрос.
— Итак, парень… Ты с ним разговаривала? Выслушала его версию событий?
— Не совсем. Он продолжает писать мне сообщения.
— Дай-ка угадаю. Это ничего не значит? — Он взглянул на меня снизу вверх. — Она моя подруга. Это не то, что ты думаешь?
— Это… — я остановила себя. Потому что он был прав, именно так все и было. — В ночь перед его отъездом… Он сказал, что, по его мнению, немного свободного пространства было бы неплохо.
— Ой.
— Верно? Я имею в виду, я знаю, что я не самая легкая девушка в мире, которую можно полюбить.