Ледяной ожог (ЛП)

— Что? — Он немного попятился назад.
— Наверное, я держала его на расстоянии вытянутой руки. Мы еще не… ты знаешь. — Эйден уставился на меня, как будто я говорила на другом языке, и я добавила: — Секс. У нас еще не было секса.
— Но твоя мама сказала, что вы встречаетесь почти девять месяцев.
— У моей мамы длинный язык, но она права. Так и есть.
— И у тебя не было секса.
— Правильно.
Боже, зачем я ему рассказала? Но теперь это вышло наружу. И, как ни странно, я не возражала.
— Как это вообще возможно?
— Думаю, ты бы так и сказал, — пробормотала я, закатывая глаза и глядя на озеро.
— Ого, что, черт возьми, это должно означать?
— Я слышала эти истории, Эйден.
— Правильно. — Он напрягся. — Потому что истории всегда правдивы. Я плохой парень из «Лейкерс». Дрался и трахался весь свой путь в колледже. Я рад, что мы с этим разобрались.
Я вздрогнула от гнева, прозвучавшего в его словах, от боли. — Извини, я не имела в виду…
— Да. — Он посмотрел на меня. — Ты так и сделала.
— Ну, это было дерьмово сказано.
— Да, так оно и было.
— Думаю, это делает нас квитыми. — Я улыбнулась.
Что-то затрещало между нами. Та же искра, что была в ту первую ночь. Я не очень-то верила в судьбу, предназначение или фортуну. Как я могла быть такой, когда потеряла своего брата? Но сейчас я почувствовала это так же, как в ту ночь.
— Ты когда-нибудь была окружена людьми, но чувствовала себя совершенно одинокой? — Спросил он, и его голос был тихим, неуверенным шепотом на ветру.
— Все время.
— Иногда мы совершаем глупости, чтобы что-то почувствовать, Дейна. Чтобы напомнить себе, что мы живы.
Его слова поразили меня, как пули, пробив мою тщательно выстроенную защиту. Какую бы боль, предательство и душевную муку ни пережил Эйден, это глубоко повлияло на него.
Теперь я это поняла.
Он был потерян. Борьба за выживание была единственным известным ему способом.
— Знаешь, ты не твой отец, — сказала я, тут же пожалев о своих словах. Я не знала Эйдена, по-настоящему. Недостаточно хорошо, чтобы давать комментарии по поводу его отца или их отношений. Но иногда людям нужно было услышать правду.
Им нужен был кто-то, кто предложил бы им спасательный плот.
Джош когда-то был таким человеком для меня. Может быть, я могла бы стать таким человеком для Эйдена.
— Это не имеет значения. — Его глаза впились в мои. — Я всегда буду сыном Доусона Дамфриса; что бы я ни делал, чего бы я ни достиг, мне никогда не избежать его тени.
— Только ты можешь определять свое будущее, Эйден.
— Это так? А как насчет твоего будущего, Дейна?
— Что ты имеешь в виду?
— Почему у тебя не было секса со своим парнем?
— Я… — Внутри меня поднялся жар. — Мы говорим не обо мне.
— Почему?
— Потому что это по-другому. — У меня сжалось в груди. — Я не…
— Кот прикусил тебе язык, веснушка? — Он ухмыльнулся, и мне захотелось стереть это с его смехотворно великолепного лица.
Дьявол в овечьей шкуре.
Вот кем был Эйден Дамфрис.
И он был так, так опасен для такой девушки, как я. Для моего хрупкого, усталого сердца.
— Мне нужно идти, — сказала я, поднимаясь на ноги. Но Эйден поймал меня за запястье, удерживая на месте.
— Разве ты не хочешь знать, что я думаю?
— Нет, я правда, правда не хочу, — прорычала я. Ненавижу то, что он заставляет меня чувствовать. То, как бешено колотится мое сердце в груди, дикое и неукротимое. Как горит моя кожа прямо там, где он прикасается ко мне.
С Джошем я никогда не чувствовала ничего подобного.
Когда-либо.
Если быть с Джошем было все равно что кататься на колесе обозрения, то быть рядом с Эйденом было все равно что раскачиваться на маятнике, мое сердце колотилось в груди в ожидании следующего толчка.
— Я все равно собираюсь тебе рассказать. Может быть… — Он наклонился ближе, его теплое дыхание овевало мое лицо. — Может быть, в глубине души ты знаешь, что он недостаточно хорош для тебя.
Высвободив руку, я отшатнулась, свирепо глядя на него. — Ты ничего не знаешь обо мне и Джоше, и я бы предпочла, чтобы все так и оставалось.
 
Но когда я поспешила прочь от него, мой желудок сжался от нервов, я поняла, что, возможно, Эйден Дамфрис знал больше, чем я хотела признать.
9
ЭЙДЕН
— Ты сегодня утром особенно задумчив, сказал Карсон, предлагая мне свежую кружку кофе.
— Спасибо. — Я взял ее, проигнорировав его замечание.
Я был… взбешен? Расстроен? Странно заинтригован девушкой, о которой я не имел права думать.
Но я не мог остановиться. Дейна Бенсон поглощала мои мысли; она даже проникла в мои гребаные сны. Я проснулся весь в поту, мой член был твердым и ноющим, когда в моей голове промелькнули смутные воспоминания о ее обнаженном теле, прижатом к моему.
— Ты говорил с Дейной? — Спросил я.
Черт. Почему я спросил об этом?
— Дейна? Только для того, чтобы организовать поездку на лодке позже. А что?
— Ничего. — Я потягивал свой кофе, задаваясь вопросом, когда все стало таким сложным.
Я не делал ничего сложного — моя жизнь и так была достаточно дерьмовым шоу, чтобы добавлять к нему женскую драму. Вот почему я не ходил на свидания. Почему в ту секунду, когда девушка становилась слишком навязчивой — обычно после одной ночи, двух, если ей везло, — я отпускал ее.
— Что ты мне не договариваешь? — Карсон подтолкнул, и я поднял на него взгляд, нахмурившись.
— Ее парень попал на несколько фотографий в социальных сетях.
— Какие фотографии? — Вспышка раздражения отразилась на его лице.
— Могло бы быть что-то. Могло быть ничего. Я ставлю на то, что он флиртовал с ней.
— Черт. Ты думаешь, он ей изменяет? Его не было всего неделю.
— На фото он довольно близко с какой-то девушкой на фотографиях. Дейна была расстроена и провела день, избегая всех.
— Она говорила с тобой об этом? — Его бровь приподнялась.
— Я пошел поздно вечером купаться. Она бегала трусцой по пляжу. Мы немного поговорили.
Я опустил ту часть, где я переступил черту, и она снова убежала.
— Что она сказала?
— Ты знал, что они не… ты знаешь.
— Серьезно, ты говоришь со мной о ее сексуальной жизни? — Карсон побледнел. — Она мне как чертова сестра.
— Тебе не кажется странным, что они не—
— Я клянусь Богом, Эйден—
— Боже, расслабься. Это просто секс.
Он ровно выдохнул, мышцы его челюсти сжались. — Они действительно не…
— Нет. Странно, правда?
— Я имею в виду, я уверен, что у нее есть свои причины. Но они встречаются уже восемь месяцев. Я просто предположил…
— Ну, у мудака, похоже, нет проблем с дамами в Толедо.
— Она тебе нравится? — Карсон пригвоздил меня тяжелым взглядом.
— Кто, Дейна? Я имею в виду, она в порядке. — Я пожал плечами. — Насколько это возможно для девушек. Но я не—
— Ты должен видеть свое лицо прямо сейчас.
— Отвали.
— Так по-взрослому, Дамфрис. Я ценю, что ты заботишься о ней, правда, но последнее, что ей нужно, это встречаться с таким парнем, как ты. — Я ощетинился, и он добавил: — Остынь. Я не имею в виду это как личную атаку, о которой ты думаешь. Но ты… ты. За все то время, что я тебя знаю, я не видел, чтобы ты был рядом с одной и той же девушкой больше одной ночи.
— Я мог бы сказать то же самое о тебе, тренер.
— Тогда хорошо, что мы говорим не обо мне. — Он покачал головой, но я увидела веселье в его глазах. — Дейна важна для меня, и она через многое прошла. Я собираюсь спросить тебя об этом один и только один раз. Мне нужно беспокоиться здесь?
— Расслабься, я не ищу летнего перепихона. — И если бы я искал, я чертовски уверен, что не выбрал бы такую девушку, как Дейна.
— Хорошо, потому что она стоит большего.
— Мне просто не нравится видеть, как ее принимают за дуру.
— Ну, трахни меня, Дамфрис. Кто знал, что у тебя есть сердце под всей этой задумчивой сварливой внешностью?