Москва. Кремль. Охрана

Это был невиданный взлет по служебной лестнице. У многих тогда невольно возникла мысль, что у Калугина есть "мохнатая рука" среди высоких советских руководителей. Поговаривали, что он близкий человек Д.Ф. Устинову, в то время кандидату в члены Политбюро, министру оборонной промышленности.
Однако никто не сомневался, что Калугин соответствовал своему назначению. Он обладал опытом оперативной работы в стране главного противника, имел светлую голову и определенные ораторские способности. Это был эрудит и руководитель, который способен был мыслить перспективно.
Все это позволило Калугину не только утвердиться в своем положении, но и выступить с некоторыми прожектами в работе. Он завел связи в кругах МИД СССР, среди журналистов и начал упорно продвигаться в окружение Андропова. Это не осталось незамеченным и примерно с 1975 года он уже находился "под колпаком" своей же службы внешней контрразведки. Мне лично не пришлось заниматься этим делом, я только догадывался об этом, а вскоре забыл о нем в связи с переходом на новую работу.
Через несколько лет Калугин был переведен по службе в Ленинград на должность первого заместителя начальника управления КГБ. Считалось, что он поехал туда с повышением и с перспективой на замещение должности начальника управления, так как его настоящий руководитель генерал-полковник Д.П.Носырев был в годах и подлежал увольнению на пенсию.
Вскоре после перевода Калугина в Ленинград мне случилось оказаться в кругу близких к Ю.В.Андропову лиц. В разговоре один из них прямо заявил, что Калугин — агент ЦРУ, что имеются достоверные данные, подтверждающие это. Эта новость поразила меня. Услышав такое заявление из уст весьма серьезного человека, я стал колебаться в порядочности Калугина. Я подумал, какой же громадный ущерб он мог нанести советской разведке, будучи руководителем одного из важных направлений ее деятельности.
Мало того, в этом же разговоре было сказано, что с Калугиным провел серьезную беседу Ю.В.Андропов, после чего его отправили в Ленинград. Цель была одна — удалить его подальше от центрального аппарата и особенно внешней контрразведки. Вдобавок в Ленинграде его также поставили на такой участок деятельности управления КГБ, который был далек от его дел. Он курировал МВД, причем областные его подразделения. Все это было сделано очень мудро по указанию Ю.В. Андропова, который полагал, что Калугин исправится и станет на путь честного отношения к порученному делу и к своим гражданским обязанностям.
Меня долго тревожила мысль о нем, и хотелось найти подтверждение, что это не так, что на него возведена клевета, как это часто бывает с разведчиками. И вот в 1985 году я прибыл в Ленинград в связи с подготовкой поездки туда Горбачева. Моя встреча с Калугиным состоялась в одном из залов Петродворца, завязалась беседа старых сослуживцев. Тогда-то я и задал ему вопрос: "Олег, за что тебя отправили в Ленинград?” Он явно не хотел отвечать на мой вопрос, на его лице появился румянец. Я настаивал, и он наконец выдавил из себя: "На меня навалил кучу грязи зятек". Речь шла о зяте бывшего первого заместителя председателя КГБ генерала армии Г.К. Цинева. Меня ответ его не удовлетворил, я почувствовал неискренность в его ответе и неестественность в его поведении.
В то же время мне стало известно от Даниила Павловича Носырева о поведении Калугина в Ленинграде. Он много писал в инстанции о том, что его притесняют, о вскрытых им непорядках в местных органах власти. Он всячески стремился вырваться из Ленинграда, и ему в конце концов удалось это сделать.
Сейчас много говорят и спорят о Калугине, но бывшие коллеги не желают о нем и слышать.
Его поведение, громогласное раскрытие перед противником фактов, наносящих ущерб нашей разведке и государству, — это ли не доказательство того, что он активный помощник американских спецслужб. Он не оправдал доверия к нему Ю.В.Андропова, предал его и весь коллектив славных разведчиков.
Одновременно с профилактикой чекисты вели бескомпромиссную борьбу с идеологическими диверсиями западных спецслужб, засылавших в нашу страну огромную массу антисоветской литературы и своих эмиссаров. Они умело нащупывали и ликвидировали связи разведок и спецслужб империалистических государств, которые в то время повели широкое наступление на советские внешнеполитические учреждения и их сотрудников с целью завербовать среди них для себя агентуру и активных идеологических пособников.
 
Чекисты своевременно обезвреживали агентов ЦРУ США^разведок других государств, ограждая вместе с тем советские учреждения и граждан за границей. Примером этому может служить разоблачение большого числа лиц, вставших на путь измены Родине, предательства и сотрудничества с западными спецслужбами. Часть из них предстала перед советским судом, но большинство было профилактировано, вернулось на путь лояльного отношения к государству и добросовестной работы.
В результате плодотворной деятельности на посту Председателя КГБ СССР Ю.В.Андроповым была создана новая школа советских чекистов, многие из которых продолжают и сейчас активную борьбу с агентурой спецслужб капиталистических государств-, бандитизмом, терроризмом, диверсиями, хищением государственной собственности в крупных размерах, вывозом ценностей из страны и т. п. Главное, сотрудники госбезопасности продолжают успешно вести разведывательную и контрразведывательную работу, добывая ценную информацию о замыслах и намерениях правительств, высших военных кругов и спецслужб империалистических государств против нашей страны.
Огромную роль в этом играют коллективы и рядовые труженики органов госбезопасности. Круглосуточно несут они боевую службу на порученных участках: разведчики — в тылу врага, в зарубежных условиях; контрразведчики — против разведок иностранных государств внутри страны; оперативно-технические службы — охраняют государственные секреты и способствуют обнаружению технических средств разведок противника пограничники — обеспечивают охрану государственной границы СССР. Подавляющее большинство из них честно и добросовестно выполняют свой служебный долг перед Родиной и нашим народом, проявляя при этом смелость, отвагу и героизм.
При Юрии Владимировиче повысились роль и авторитет службы безопасности советских руководителей. Он лично следил за ее деятельностью и направлял в русло активной борьбы с проявлениями террора в нашей стране. Постоянно держал под контролем безопасность своих коллег при поездках за рубеж и по стране. Ему ежедневно докладывалась информация по этим вопросам. О боевой готовности 9-го управления он судил по своей охране, которую возглавляли на разных этапах его деятельности В.И.Никитин, Ю.И.Спорыхин, В.А.Иванов.
Вместе с тем в целях укрепления органов госбезопасности опытными кадрами шло насаждение на руководящие должности лиц, пришедших с партийной и административной работы, или лиц из числа его близкого окружения.
В годы руководства им комитетом госбезопасности на руководящую работу туда пришли: В.М.Чебриков и В.А.Крючков — будущие председатели КГБ, Г.Е.Агеев и В.П.Емохонов, которые затем стали первыми заместителями председателя, В.П.Пирожков, М.И.Ермаков, В.А. Пономарев — будущие зампреды и другие. Многие из этой плеяды выдвиженцев стали начальниками главных и самостоятельных управлений, органов на местах. И лишь незначительную часть руководства КГБ составляли опытные работники, прошедшие снизу школу оперативной работы. Это — первые заместители председателя Г. К. Цинев, Ф.Д.Бобков, заместитель председателя — начальник Главного управления контрразведки Г.Ф.Григоренко, заместитель председателя — начальник Главного управления погранвойск В.А.Матросов и некоторые другие. По существу, принцип преимущества номенклатурного партийного работника при выдвижении на руководящую должность не только сохранился, но и возрос в еще большей степени, когда Юрий Владимирович стал генсеком. Его стиль выдвижения руководящих кадров превратился из ведомственного в общегосударственный и принял еще большие масштабы.