Черт побери! (ЛП)

Мы с Дрейком наклонились, чтобы помочь ему.
– Фекет? – переспросила я, когда мы подняли его на ноги. – Это ведь значит «черный»? Он что, черный дракон?
Габриэль резко рассмеялся, но в его смехе не чувствовалось ни грамма веселья. В коридоре прокатилось эхо очередного крика. Он бросил взгляд через плечо, а затем снова посмотрел на Костю.
– Должен сказать, я сыт по горло твоим гостеприимством. Мы уходим.
– Как и мы, мрачно произнес Дрейк, беря Костю под руку. – Эшлинг, держись рядом со мной.
– Что тут происходит? – непонимающе вопросила я. – Что значит «твоим гостеприимством»? Крепость принадлежит Косте? Кто вообще этот парень? Твой знакомый?
– Можно и так сказать, – ответил Дрейк, открывая дверь. От обрушившегося на меня порыва ветра со снегом перехватило дыхание. – Он мой брат.
  
Глава 15
 
– Со мной все будет в порядке. Спасибо.
Я поставила на тумбочку графин с водой, аспирин и миску со льдом.
– Не за что. Я попрошу Сюзанну принести тебе еще одну тарелку супа через несколько часов, если ты сможешь переварить первую.
– Смогу, – ответил дракон, упрямо сжав челюсти.
– Дорогая, тебе не кажется, что нам следует вызвать врача? У брата Дрейка очень нездоровый вид, и, хотя я не сомневаюсь в лечебной силе домашнего супа, боюсь, даже самая сытная еда, ему сейчас не поможет.
– Он поправится, Паула. Его осматривал врач в Тибете. – Это ложь, но лишь отчасти. Габриэль собственно врачом не был, но являлся выдающимся целителем, и он с большой неохотой дал заключение, что Костя абсолютно здоров.
– О, он был у врача? – Моя мачеха мельтешила по комнате, стараясь, как она говорит, быть полезной, хотя на самом деле скорее мешала. – Настоящего? Не одного из тех знахарей, что притворяются, будто вытаскивают органы из твоего живота, а в действительности это лишь ловкость рук и куриная печень? Я смотрела телепередачу о таких людях, Эшлинг, и им нельзя верить. Возможно, нам стоит пригласить уважаемого доктора, чтобы он осмотрел его здесь.
– Это был не знахарь, точно. Давай оставим Костю одного, ему необходимо поспать.
– Наверное, ты права, – согласилась она, в последний раз взбив его подушку, и направилась к двери, бормоча себе под нос: – Все очень загадочно. Он появился словно из ниоткуда…
Дождавшись, пока она дойдет до лестницы, я улыбнулась мужчине.
– Ты уж извини ее. Она хочет, как лучше, но порой бывает слишком навязчивой.
– Она смертная, – пожал он плечами, как будто это все объясняло.
– Да, смертная, и я боюсь рассказывать ей о драконах и Ином мире, так что буду тебе очень признательна, если ты не станешь при ней дышать огнем. Есть какие-нибудь пожелания?
– Нет.
Я взяла поднос и зашагала к двери.
– Постарайся немного поспать. Уверена, ты почувствуешь себя лучше.
Уже закрывая дверь, я услышала, как он произнес мое имя.
– Эшлинг?
Я остановилась и оглянулась.
При хорошем освещении Константин Фекет – имя, которым, как мне серьезно сообщили, он никогда не пользуется, предпочитая вместо него уменьшительное «Костя» – уже не выглядел как грязное, косматое существо, выползшее из угла темницы. Слегка вытянутое лицо, рыжевато-каштановые волосы, зачесанные назад, высокий лоб и карие, почти черные, глаза – все это казалось совершенно мне незнакомо, но вот челюсть и подбородок были точь-в-точь как у Дрейка. Костя поерзал в кровати, поморщившись из-за потревоженных ран, и насмешливо мне улыбнулся:
– Ты злишься на Дрейка
– Какая разница, но да – злюсь.
– Ты несправедлива к нему. Он был предан мне задолго до встречи с тобой.
Я обмозговала его слова, кивнула и вышла из комнаты, тихо закрыв за собой дверь.
Дрейк стоял прямо напротив, прислоняясь к стене с нарочитой небрежностью, которой я не обманулась. Он едва сдерживал драконье пламя, что явно говорило о переполнявших его эмоциях.
– Желаешь накричать на меня сейчас или потом?
– Я не собираюсь на тебя кричать, – сказала я невозмутимо и направилась к лестнице.
– Не собираешься?
– Именно. Причин-то нету. За что на тебя кричать? Я совершенно спокойна и гарантирую – криков не будет.
 
Дрейк, идя за мной следом по лестнице, ничего не говорил. Молчание закончилось, когда моя нога ступила на пол первого этажа; я развернулась и впечатала поднос в его грудь.
– Твой брат, Дрейк? Брат?
Он вздохнул, бросил поднос на приставной столик и, взяв меня за руку, повел обратно вверх по лестнице в нашу спальню.
– Да, он мой брат.
– Всамделишный? – спросила, вырывая руку, потому что мы оба прекрасно знали, что если я продолжу его касаться, то рано или поздно совершенно бесстыдно брошусь на него. – Не просто какой-то там брат по оружию или лучший друг, который тебе как брат, а самый настоящий единокровный брат?
– Да.
Он стоял передо мной, безвольно свесив руки. Мое сердце сжалось от сочувствия. Он выглядел таким измученным, несмотря на то, что проспал несколько часов во время перелета в Англию.
Вздохнув, он с тоской посмотрел на кровать. Я налила ему в бокал «Драконью кровь» – пряного вина, излюбленного драконами. Он взял его и тяжело опустился в одно из двух кресел около камина.
– Я должен спуститься вниз. Надо многое сделать.
– Всегда есть чем заняться. Габриэль ушел?
Дрейк кивнул.
– Он хотел обсудить сложившуюся ситуацию, но мне, в конце концов, удалось убедить его, что тебе нужен отдых.
– Мне? – скривилась я. – Я проспала всю обратную дорогу.
– Признаю, в данном случае я использовал твое состояние, как удобный предлог, чтобы избавиться от Габриэля, – ответил он, глядя на меня с беспокойством. – Он вернется утром.
Я посмотрела на часы. Приближалась полночь, и, хотя я выспалась в самолете, чувствовала себя столь же усталой, как и Дрейк.
– Ну, он не единственный кому пришлось отложить разговор на потом. Мой дядя был очень зол, когда мы высадили его у гостиницы. Он проворчал, что хочет поговорить о моем поведении утром. Как понимаю, помощи от тебя ждать не придется?
Дрейк вздернул лоснящуюся черную бровь.
Я вздохнула.
– Знаю, у тебя своих дел по горло. Как и у меня, впрочем, тоже. И раз у нас есть время до утра, мы с тобой можем немного поболтать.
Он слегка поджал губы.
– Ты хочешь узнать о Косте.
– Бинго. Давай начнем с самого начала, хорошо? Его мать Каталина? Его отец был твоим отцом?
– Да.
– Подожди секунду, ты же сказал мне, что твой отец умер сразу после твоего рождения.
Он провел рукой по волосам, в его глазах отражалось столько эмоций, что смотреть на Дрейка было просто больно.
– Фразу «сразу после» следует толковать относительно продолжительности жизни дракона. Он умер через год после моего рождения. Костя – мой старший брат.
Как я и предполагала, выдержка мне изменила. Один взгляд Дрейка и вся моя раздражительность испарилась без следа, а я оказалась сидящей у него на коленях, уткнувшись носом в его шею и вдыхая обалденный сексуальный аромат от которого моя кровь неизменно начинала бежать по венам быстрее.
Он повернул голову, чтобы поцеловать меня. Я взяла его лицо в свои ладони и заглянула в прекрасные глаза.
– Твой брат.
– Когда ты признала себя моей супругой, я предупредил – есть вещи, которыми я не могу с тобой поделиться.
– Драконьи дела, помню, – кивнула я. – А я ответила, что у Стражей, скорее всего, тоже есть какие-то заморочки, о которых я не смогу тебе рассказать, но это больше чем просто драконье дело, Дрейк! Это твоя семья! Я думала, что стала ее частью!
– Ты часть ее, – уверил он, успокаивающе поглаживая меня и притягивая к своему рту. – Ты самый важный человек в моей жизни, kincsem. Однако все, что касается Кости, выходит за рамки просто семьи и затрагивает политику вейра. Пока ты так неосмотрительно не пришла нас спасать, Иной мир считал его мертвым. Сейчас же еще пятерым стало известно, что это не так. А хуже всего – один из них Габриэль. Всплывшая правда вполне может стоить Косте жизни.