Новый сотрудник береговой лаборатории (СИ)

- Да, плачу за себя сама. В этом нет ничего такого.
- Лично мне приятно заплатить за женщину в ресторане. На первых порах знакомства мало что можно сделать, чтобы проявить себя, поэтому оплата обеда – мелочь. Если ты хочешь выйти замуж – не отказывайся, когда предлагают.
- Чтобы проявить себя нужно не только с деньгами уметь обращаться, - пробормотала я, а он закатил глаза:
- А что еще прикажешь делать? Только поступки помогают мужчинам проявить себя - его поведение рядом с женщиной. Еще скажи мне, что в мужчине важен его внутренний мир, а не внешность, - Миндартис рассмеялся, но увидев мой взгляд, полный сомнения, примолк. – Только не говори, что ты действительно так думаешь?
- Если быть объективной, то внешность правда важна, но она не на первом месте. Я бы, например, не могла провести остаток своей жизни пусть и с красавцем, но без мозгов. Поэтому важно не то, как эльф выглядит, а то, что у него внутри, - философски заключила я.
- Итпри, - Минд в привычной манере снисходительно взглянул на меня, - я понимаю, что так ты в какой-то степени пытаешься утешить саму себя, но даже тебе нужно признать, что бывают совершенные существа с идеальной формой и содержанием, - Минд вздернул бровь и хотел красноречиво отдернуть пиджак, но сегодня ему пришлось лишь поправить кофту. – Подумай хорошенько, зачем шедевры выставляются в музеи? Да! – воодушевленно провозгласил он, из-за чего другие посетители магазина странно взглянули на нас. – Произведения искусства демонстрируют себя, и это их задача. И… Итари, куда ты уходишь? – встрепенулся Миндартис, видя, что я не заинтересована в его речах.
- Закроем эту тему, - осекла я его попытки продолжить диалог. – Я возьму этот, - я отдала продавцу выбранный блокнотик. Миндартис же сделал вид, словно опять обиделся. – Спасибо тебе, так я бы еще долго икала подарок, - решила я все-таки поблагодарить мужчину.
- Я был рад составить тебе компанию и помочь, - тут же расцвел мужчина, стоило мне произнести слова благодарности. – Поедим все вместе?
- Разумеется, я тоже голодна, - подтвердила я и убрала подарок в сумку.
Выходя из книжного, я достала монофон, прося брата и Кузнечики первыми идти в кафе и занять столик. Пока я возилась с сообщением, Минд тихо позвал меня:
- Итари.
- Что? – я не отрывалась от монофона. Лишь когда отправила магическое уведомление, повернулась к эльфу. – Что-то случилось?
- Кажется, я вижу нашего с тобой знакомого. Посмотри в сторону фонтана. Что хочешь делать? – Миндартис не отрывал свой взгляд от кого-то. Я послушно вернулась в указанное направление.
Наши с Юнсерсом взгляды встретились. По его лицу навряд ли можно было сказать, что он рад меня видеть, но оно и понятно – Миндартис такое про него наплел, что, когда думаю об этом, становится не по себе.
- Наклонись ко мне, - также негромко попросила я Минда.
- Что? – переспросил горделивый, а я вздохнула, привставая на цыпочки и притягивая мужчину к себе. Я, естественно, ниже ростом, но, когда Минд так наклонен, то издалека создастся ощущение, словно мы целуемся.
- И зачем ты это делаешь? – заинтересованно прищурился Миндартис, понимая, в какой ситуации мы оказываемся. – Не боишься, что кто-то из коллег увидит тебя?
- Это первое, что пришло мне в голову, - призналась я, не отрывая взгляд от глаз Минда. – Руки не распускай, - шикнула я на него, когда он приобнял меня за талию, прижимая к себе.
- Поверь мне, как истинному ценителю поцелуев, что без объятий это не будет смотреться естественно, - хмыкнул он, наклоняясь к моему лицу еще ближе. Наши губы были в нескольких сантиметрах друг от друга. – Хотя для пущего эффекта я бы предложил тебе поцеловаться по-настоящему, - Минд тихо рассмеялся.
- А я бы предложила тебе обрезать руки по локоть, - мило улыбнулась я, понимая, что одна из ладоней Минда хочет переместиться на место пониже спины. – Довольно, - я отошла от Миндартиса, кивая ему. – Спасибо за твое актерское мастерство, я думаю, Юнсерс купился на это.
- Конечно купился. Итари, у этого эльфа мозгов как у тропической мухи, - Минд закатил глаза и огляделся. – Он ушел. В следующий раз предупреждай о подобном. Могла пострадать репутация одного из нас. Моя, например. Ты подумала о том, что это могла увидеть моя матушка?
 
- Уверена, что госпожа Норген чудесная женщина, которая из-за одного поцелуя точно не заставила бы тебя жениться на мне, - рассмеялась я и поторопила его. – Пойдем, ребята ждут нас.
В кафе мы чудесно перекусили – беседа шла своим чередом и за столом не было неловкого молчания. Кузнечик также активно участвовал в общении, а Кливий не уставал переводить Минду все то, что говорил Кузнечик. В конце концов, мы собрались уходить из торгового центра.
- Вас подвезти до дома? – уточнил Минд, глядя на пасмурное небо.
- Нет, спасибо, мы на машине, - отказался Кливий от щедрого предложения.
Тепло попрощавшись с Миндартисом, мы поспешили к нашей машине. Загрузив пакеты с покупками в багажник, все заняли свои места.
Когда мы подъехали к общежитию, то я нахмурилась, глядя на парковку.
- Кливий, мне кажется, или это… - я кивнула в сторону черного байка с красными полосами. – Дядя? – мои глаза загорелись с восторгом.
- Иди уж, - рассмеялся Кливий, глядя на меня. – Мы сами донесем сумки.
Как только мы припарковали машину я, игнорируя дождь, побежала в сторону общежития. Мое чутье меня не подвело – это действительно был байк моего любимого дяди. Ему очень нравилось устраивать сюрпризы с неожиданным появлением, он приезжал к нам каждый месяц. Дядя очень любил нас с Кливием – ведь он был единственным и старшим братом нашей мамы и с самого рождения души в нас не чаял. Правда, не многие сразу могли признать в его лице нашего родственника – не каждый день встретишь эльфа-байкера.
Дядя сидел в коморке консьержа, и они мило о чем-то беседовали, распивая чай из маленьких и аккуратных кружечек. В руках дяди чашечки с цветочным узором смотрелись довольно комично и мило одновременно.
- Дядя, как я скучала! – воскликнула я, пробегая через турникет и повисая на его шеи.
- Итари, моя прелестная паучья лилия, - умилился дядя, крепко меня обняв и закружив на месте. – Как же я скучал по тебе, - он потрепал меня по волосам, от чего они растрепались в разные стороны. – Где Кливий? – он огляделся, ища брата.
- Они с Кузнечиком сейчас придут, - я махнула рукой в сторону улицы, вновь прижимаясь к дяде. Из-за того, что наши с Кливием родители погибли в небольшой аварии, то дядя для нас был словно настоящим отцом. Конечно, у нас еще были родственники по папиной линии, которые так же часто навещают нас, но дядю я любила все же капельку больше.
Когда пришел Кливий, то и его крепко обняли и потрепали по волосам. Так как дядя был научен опытом, то Кузнечика обнимать не стал – он мог попросту не пережить подобный жест нежности и развалиться на кусочки.
Весело смеясь и переговариваясь, мы направились в мою квартирку, которая была все же чуть побольше, чем у Кливия. На кухне нам всем было тесновато, а потому мы перебрались в гостиную.
- А теперь распределение подарков! – скомандовал дядя, приглашая нас к своей большой спортивной сумке. – Где моя любимая паучья лилия? – дядя огляделся в поисках меня, а я крикнула с кухни:
- Уже иду!
Подхватив поднос с чаем и дольками лимона, я направилась в гостиную. Когда приезжали родственники я всегда могла почувствовать себя не взрослой женщиной, которая должна решать кучу проблем и нести ответственность за свои решения, а маленькой девочкой, которую очень и очень любят. Это было приятное чувство.
Поставив чай на журнальный столик, я присела на ковер, протянув, словно ребенок, ручки, прося свой подарок. Дядя достал из-за спины синий блокнотик с белой закладкой – он был точно таким же, какой я купила сегодня в магазине, лишь цвета были наоборот. Внутри блокнот был подписан его подчерком: «Любимой лилии». Это было очень мило и в этот момент я поняла, что тот блокнот, который я купила, хочу подарить не Сариэлю, а дяде.