Наг для мятежной Дюймовочки (СИ)

Каким же искаженным должно быть восприятие, чтобы считать свою жизнь здесь рабской! Ну да, насколько я поняла, драконы управляют этим миром, но что-то я не заметила, чтобы хоть один из них как-то вмешивался в жизнь нагов. Да я вообще их еще не видела и уверена, что сами наги встречаются с ними крайне редко. Да, они призвали их на войну, но драконы ведь и не должны биться в одиночку за жизнь и свободу всех жителей своего мира. Хотите продолжать жить в своих богатых замках и заниматься своими, несомненно, очень важными делами — помогите отвоевать это право и продолжайте жить как жили. Или оставайтесь безучастными и потом не жалуйтесь, что ваше место и ваши замки займут другие существа.
Слова же о всепрощающей богине вообще умиляли. Я смотрела на пейзаж за порталом и воочию «любовалась» ее всепрощением. Когда-то огромный город, который населяли люди и наги, просто стерт с лица земли. Уверена, когда-то здесь был оазис зелени и хватало воды, чтобы город жил и развивался. Теперь же из него словно выпили жизнь и предали забвению даже память о тех, кто здесь отстаивал свое право на жизнь.
Я смотрела на продолжавшую распинаться перед богиней Авишанель и думала: а слышит ли ее богине вообще? Пропускают ли врата звуки за грань мира? И вообще, странно, что богиня или ее приспешники до сих пор не сунулись во врата.
Наконец, Авишанель закончила свою прочувствованную речь о желании впустить богиню в новый мир, где она сможет отомстить сгинувшему в веках Великому Дракону и его выводку и отвоевать для своих детей новые земли.
В наступившей после этого тишине я услышала шелест чешуек богини — она удобнее укладывала свое длинное змеиное тело. Я поняла, что грань миров замечательно пропускает звуки. Вот только какое решение примет богиня? Что ответит? И почему все-таки она до сих пор не сунулась во врата?
И тут по телу змеи словно прошлась рябь, а в следующее мгновение на ее месте стояла статная змеелюдка со стальной чешуей, по краю которой отливали золотые всполохи. Грудь ее прикрывал топ, отделанный драгоценными камнями, а на плечах лежал полупрозрачный, словно сотканный из звезд, плащ. Рост ее стал почти сопоставим с ростом нагов, разве что на голову или две выше.
И первыми ее словами стали:
— С-стабилизируй врата.
Она говорила на каком-то другом языке, но я прекрасно ее поняла. Если уж Дед Мороз подарил мне возможность понимать языки нового мира, то для богов это, наверное, вообще не проблема.
Но что значит «стабилизируй врата»? Вот же они — открыты!
И тут до меня дошло! Я ведь уже слышала, для чего здесь собирали всех, в ком сильна искра Великого Дракона. Да как раз для этого! Тех, кто остался в клетке, каким-то образом используют для стабилизации врат, а нас, Повелителей, скормят богине, чтобы она быстрее набрала силы в другом мире.
Не успела я до конца осознать эту мысль, как по знаку Шааса воины из его свиты подтащили еще толком не пришедших в себя Хранителей и толкнули их во врата. Наги словно попали в тягучий кисель, а грань миров пошла разводами, замерцала и, растворив в себе мужчин, снова стала прозрачной.
— Нет! — раздался истошный женский крик, и Асшания бросилась с кинжалом на Шааса, отдавшего приказ.
Она до последнего верила, что брата удастся спасти, но… не вышло.
Я стояла в шоке от увиденного и непонимающе смотрела на гладь врат. Шаас без труда скрутил Асшанию и передал охранникам, которые оттащили ее куда-то в сторону. Я поймала ее полный горя почти безумный взгляд и подумала: когда вмешиваться, если не сейчас? Еще немного — портал стабилизируют, и тогда вторжения не избежать. Я дернулась вперед, но старик удержал меня и тихо произнес:
— Рано.
Я вздернула брови и посмотрела на такую же удивленную Зою, которая, как и я, собралась ринуться в бой. Но взгляд старика был так суров, что мы с сестрой застыли на месте.
Богиня с интересом рассматривала грань и хмурилась:
— Врата стабилизировались, но… что-то не так. Нужны еще жертвы!
И тут же по знаку Шааса к вратам повели пленников из клетки, среди которых были наши друзья и любимые.
 
«Когда же действовать, если не сейчас?!» — пронеслось у меня в голове, и, словно в ответ, старик еще сильнее сжал мою руку, останавливая, не позволяя вмешаться. И было в нем что-то такое, что ослушаться казалось невозможно. Почти… Потому что стоять спокойно и смотреть на происходящее я была не в силах. А потому…
Я хотела решительно вырвать руку из хватки старика, но внезапно ощутила, что не могу пошевелиться.
Как это? Неужели он смог меня как-то обездвижить? Магия не то чтобы не отзывалась, скорее не могла пробиться через невидимый панцирь, которым меня сковало.
От возмущения меня затрясло. Мне запрещают помочь тем, кто уже стал частью моей жизни и без кого я ее просто не могу представить! Так не должно быть! Это нечестно!
Титаническим усилием воли я повернула голову и гневно уставилась на старика. И не я одна. Только у Зои при этом в зрачках плясали огненные всполохи.
— Рано, — все так же твердо и спокойно произнес он. А потом тихо добавил: — Больше никто во вратах не умрет, я обещаю.
Ему хотелось верить, но реальность упорно твердила, что самое страшное впереди. И тем не менее максимум, что я сейчас могла — повернуть голову назад и с ужасом наблюдать, как у врат собирается все больше пленников. Богиня с той стороны с интересом следила за ними.
И тут собравшихся пленников начали тыкать в спины копьями, подталкивая к вратам. Я видела Аншаса, Дитера, Нэсси, Шанаса… Они крепко стискивали челюсти, не в силах противостоять конвоирам. Аншас с Дитером крутили головами в поисках… нас.
Когда наши глаза встретились, Аншас посмотрел так пронзительно, что я перестала дышать. Этим взглядом он прощался со мной, впитывал мой образ и что-то обещал. Наверное, обязательно встретиться в другой жизни.
Подойдя вплотную к кромке врат, пленники в ужасе закричали, женщины заголосили. А я никак не могла отвести взгляда от Аншаса, да и не хотела, сама впитывая его образ, навсегда запечатлевая его в своем сердце и точно зная, что такого, как он, в моей жизни больше не будет.
Слезы катились по щекам, мир сузился до взгляда одного-единственного мужчины.
Зачем мне моя новая суперсила Повелителей, если я не могу помочь самым близким?! К чему вообще все?! Из груди вырвался всхлип. Я хотела зажмуриться, чтобы не видеть всего этого, но вдруг…
Грань мигнула, а потом на ее поверхности проступило четыре огромных призрачных силуэта нагов, которые заступили дорогу идущим, не пропуская, отталкивая их назад. Троих из них я узнала. Это были только что поглощенные вратами Хранители. Четвертый же был мощнее и старше этой троицы, и я без подсказок догадалось, кто это — пятый Хранитель врат, которого Великий Дракон много тысячелетий назад оставил сюда быть последним заслоном от врагов. Из-за его спины выглядывали рукояти сразу двух мечей, а сам он был закован в латы. Даже хвост был укреплен специальными пластинами, а его кончик чем-то наподобие шипастой булавы. Вот это я понимаю воин в полной боевой готовности!
— Что это такое?! — Авишанель вцепилась в руку Шааса, требуя от него ответа.
Но тот вряд ли и сам его знал. Он молчал и внимательно смотрел на Хранителей.
— Вы совершили ошибку, отдав вратам Хранителей. Теперь я буду сражаться не один, — ударил по ушам сильный голос закованного в латы призрачного нага.
— Пятый Хранитель… — пронеслось по рядам нагов.
Но, перекрывая поднявшийся гомон, яростно зашипела богиня:
— Ты-с-с-с не имееш-шь права не пускать в родной мир тех, кто желает-с-с-с вернуться!
— А кто-то из них желает? — воин усмехнулся и посмотрел на притихших пленников.
— С-с-с-с, — зло зашипела богиня и уставилась в глаза Авишанель.
Та вздрогнула, на несколько секунд ее взгляд остекленел, а потом в нем появилась злая решимость. Неужели богиня смогла передать ей какой-то мысленный посыл?
— Они, может, и нет, но среди нас есть те, кто желает! — выкрикнула она. Шанас резко перевел на нее взгляд и сощурился, но женщина не обратила на него внимания. — Ну же, друзья! — она обратилась к растерянно стоявшим союзникам.