Мы под запретом (СИ)
— А может, мне другого куратора дадут? — делаю попытку улизнуть и культурно отказаться от столь «шикарного» предложения.
— Нет, — уверенно обрывает он, задвигает стул и указывает мне рукой на дверь, предлагая пройти на выход первой, — списки уже сформированы. — Его рука будто невзначай касается мой талии, когда мы выходим из аудитории. — Так что жду вас, как и условились, — продолжает он, чуть понизив голос, — после пар на стоянке. Надеюсь, мой автомобиль вы найдете без труда.
Он разворачивается в сторону кафедры, а я стою, словно дезориентированный выстрелом суслик. Студенты вокруг меня с любопытством поглядывают на происходящее.
— Хорошего дня! — желает Иван Васильевич, лукаво улыбаясь, и уходит.
Вибрирующий в кармане телефон выводит меня из замешательства. Я встряхиваюсь, словно кошка после насильственного приема водных процедур. Достаю телефон и, отвечая на звонок любопытной подруги, спешу в аудиторию, где через пару минут начнется очередная пара.
— Лёль, — говорю я, не давая ей вставить и слово, — я уже бегу, ты мне место займи.
— Ага, уже, — отчитывается та, — а…
— Спасибо, дорогуля, — прерываю ее, — я лечу.
Даже будь я олимпийским чемпионом в спринте, за две минуты преодолеть лабиринты учебных корпусов моего университета и попасть с пятого этажа одного из них на третий этаж другого — невыполнимая задача. Залетаю в кабинет, когда Анна Сергеевна, преподаватель ненужного предмета — философии, отмечает в журнале присутствующих. Только она одна делает это самостоятельно, не доверяя данную мелочь старостам групп. Строгая женщина окидывает меня сосредоточенным взглядом, будто сканирует и вскрывает в своей голове файлы с личным делом, решая, заслуживаю ли я быть прощенной и допущенной к лекции или меня ждет «энка» в журнале и отработка после пар?
— Проходи, — милостиво кивает она в сторону парт, — Левина. Но это в последний раз, — строго предупреждает она и возвращается к опросу присутствующих.
— Что это Царь тебя так быстро отпустил, а, Левина? — ехидничает Терехова, зло презрительно глядя на меня.
— Так она же даже не знает, как ширинку на брюках у мужика расстегнуть, — подпевает ей ее закадычная подружка — стерва Скворцова, — а уж как отсосать — тем более.
— Ну, твои умения в этой области хорошо известны всему потоку, и в большей части не понаслышке! — огрызаюсь я. — И научитесь завидовать молча, не разбрызгивая свой яд на порядочных людей.
— Терехова, Скворцова, Левина! — раздается громкий голос Анны Сергеевны. — Еще хоть слово не по теме, и вы зачет будете сдавать в индивидуальном порядке, — сверлит она нас таким злым взглядом, словно законная жена проколовшуюся любовницу.
Быстро присаживаюсь на заботливо выдвинутый Лёлей из-под парты, стул, вынимаю из рюкзака тетрадь и полным внимания взглядом смотрю на преподавателя. Слышу, как сопит подруга, душа в себе неудовлетворенное любопытство. А я лишь пишу ей на полях тетради скромное послание, обещая рассказать все после пары.
Но на очередной перемене отвлекается уже Лёля, нежно треща по телефону со своим парнем — студентом пятого курса и лучшим игроком баскетбольной команды нашего вуза.
— У тебя же есть Костя, — удивляюсь я всякий раз, когда Лёля вновь растекается лужицей перед красавцем-преподом.
— Ну, я люблю молочный шоколад, но на белый мне никто не запрещает заглядываться. — Подруга невинно пожимает плечами и продолжает млеть.
Третьей парой физкультура — не тот предмет, на котором можно посплетничать, если учесть, что нас делят на две команды и мы с Лёлей оказываемся в разных.
— Тебя подвезти? — спеша на выход, интересуется подруга. — Заодно и расскажешь, что хотел от тебя наш Царь, — уже тише и почти на ухо произносит она.
— Да нет, — вздыхаю и быстро, почти в двух словах, кратко пересказываю ей о моём «задержании».
— Да ну, нах… — ошарашенно смотрит на меня Лёля, прикрывая рот ладошкой и на миг замедляя шаг. — И ты пойдешь?
Я пожимаю плечами, потому что все еще надеюсь смыться незамеченной, а потом сослаться на то, что просто не нашла его автомобиль. Хотя не заметить черный «Гелендваген» на парковке около университета просто нереально. Тем более это невозможно, когда рядом с «железным конем» стоит и его хозяин. Скрестив руки на груди, прислонившись к капоту и спустив солнцезащитные очки на кончик носа, Иван Васильевич внимательно смотрит на меня.
— Пока, конфетка. — Лёля целует меня в щеку. — Звони, если что. — Чуть сдвинув брови, она сжимает кулак в жесте «но пасаран». — Мы с Костей примчимся на помощь.
Улыбаюсь, видя самоотверженность подруги, и, махнув рукой, отпускаю ее:
— Беги уже.
Цокая каблучками по ступенькам, Лёля быстро спускается по центральной лестнице, чтобы тут же упасть в объятия своего верного принца. Я мысленно желаю ей отличного вечера и, помедлив мгновение, направляюсь в сторону представительского автомобиля и его самоуверенного хозяина.
— А можно было не привлекать внимания? — рассерженно шиплю я, поравнявшись с преподавателем.
Глава 2
*Кира*
— Перестань дергаться по пустякам, — советует он, понизив голос до таинственного полушепота. Открывает переднюю пассажирскую дверь и галантно поддерживает меня под локоть, помогая забраться в высокий салон. — Повторюсь: рабочее и учебное время окончено, а дальше уже никого не касается, как и с кем мы его проводим. Главное, что не в стенах университета.
Препод захлопывает дверь и обходит автомобиль, чтобы занять водительское место. Ловко заводит стальную зверюгу и плавно выезжает с парковки, чтобы вклиниться в тягучий поток неспешно движущихся по загруженной, в этот час, трассе.
Легко ему быть таким уверенным! Он преподаватель, мужик, да еще, видимо, полный похуист по жизни. У меня нет ничего из вышеперечисленного. И до машины я почти бежала, озираясь по сторонам, в надежде, что на нас никто не заметит. А уж сейчас, наедине и в его машине, я и подавно нервничаю.
— Кир, расслабься, — улыбается Иван Васильевич, переходя на неофициальное общение, — у меня нет никакого злого умысла, и желания скомпрометировать тебя тоже нет.
— Ладно, — выдыхаю я, смирившись.
Зачем себя накручивать и думать о том, кто что решил про нас?
Сплетникам не нужна правда. Они видят только то, что хотят. А ты хоть лоб расшиби, но не докажешь им обратного!
И потом, я же могла наотрез отказаться, развернуться и уйти вместе с Лёлей. Могла? Конечно, могла. Он ничего бы с этим не смог поделать, разве что рванул бы за мной через всю парковку. Хотя вряд ли.
«Так что выдыхай, Кира, и не строй из себя целку-недотрогу. Не трахаться же он тебя везет? Да и на маньяка он не похож, — мысленно констатирую я, оглядывая его исподтишка. В крайнем случае (надеюсь, его не будет) подруга знает, с кем я уехала после занятий».
— Так, и для чего все же вы меня прозвали? — чуть прищурившись, обращаюсь к нему. — И куда, собственно, сейчас вы меня везете? — Адрес салона, в котором ждет меня мама, я ему так и не сказала.
— В ближайший торговый центр. Я знаю в нем отличный ресторанчик, тихий, и кормят там очень вкусно, — без тени шутки выдает он, останавливаясь перед пешеходным переходом на красный сигнал светофора.
— Да? — откашливаюсь я, поперхнувшись от удивления. — Тогда вам стоит высадить меня на ближайшей автобусной остановке.
— Почему? — искренне недоумевает он.
— Ну, наверное, потому, что я не врала, и меня действительно ждут к трем часам. И пропустить эту встречу мне нельзя ни в коем случае.
— Да? — теперь уже удивляется он и как-то расстроенно вздыхает, нажимая на педаль газа и трогаясь с места. — А я все же надеялся, что это была просто отмазка.
— Нет, — качаю головой, улыбаясь.
— Жаль. — Он пожимает плечами, бросая взгляд в зеркало заднего вида. — Диктуй адрес доставки.
— Так, значит, история про курсовую и руководство просто блеф? Хитрая уловка, чтобы заманить меня в свои сети? — спрашиваю я с притворным испугом и прикрываю ладошкой рот.