Мы под запретом (СИ)
— Отчасти, — лукаво улыбается Иван Васильевич, вновь тормозя на светофоре, — курсовая будет, на четвертом курсе, как и положено по плану. — Он переводит взгляд на приборную панель и вводит в навигатор продиктованный мною адрес, — точных списков еще нет, но я хочу… — Он замолкает, а я, затаив дыхание, боюсь даже представить, чего он может там хотеть.
— Расскажешь, почему именно экономика? — вдруг интересуется Иван Васильевич и, строго следуя подсказкам умной техники, сворачивает в ближайший переулок.
— Люблю цифры, — выдаю то, что первое пришло в голову, потому что сама до сих пор не в курсе, почему именно эта специализация меня так привлекла, когда мы с девчонками, учась в одиннадцатом классе, ходили на Дни открытых дверей в различные профессиональные учебные заведения нашего города.
Нерешительно пожимаю плечами и, склонив голову набок, задаю встречный вопрос:
— А ты почему? — лукаво улыбаюсь, даже не замечая, что перешла на дружеское общение.
— Там больше платят, — улыбается он в ответ, и я не могу понять по его нечитаемому взгляду, шутит он или говорит серьезно.
— Да? — распахиваю в изумлении глаза. — Я так и думала, — подвожу итог, скептически качая головой. — Наверно, именно это меня и привлекло.
Но его шикарные брови, взметнувшиеся в немом вопросе, и то, как отлично он ими играет, сменяются нашим обоюдным смехом, оглашающим салон автомобиля, и мое недоверие лопается, как мыльный пузырь.
— В общем… — Вдоволь насмеявшись и приняв серьезный вид, Иван возвращается к прерванному им же монологу. — Я поговорил с заведующим кафедрой, он показал негласные списки, и, да, ты в моей команде. И я хочу предложить тебе начать работу над курсовой уже этим летом.
— Что, простите? — вновь перехожу на официальный тон, сглатывая подступивший к горлу ком смятения. — Как — начать уже этим летом?
— На фирме, где я работаю, появилось вакантное место стажера, — начинает объяснять Иван, мельком глянув на меня и вновь обратив все свое внимание на дорогу. — Я предложу тебя как студентку, идущую на красный диплом и желающую в качестве преддипломной практики поработать на благо фирмы.
— А вам это зачем? — скептически вопрошаю я.
— Соберем материал для твоей курсовой, затем переработаем его и под дипломную работу, а я на базе всего этого защищу свою магистерскую, — делится он мне своими наполеоновскими планами. — Как тебе такая идея?
— Неожиданно, — медленно, почти по слогам, произношу, пытаясь уместить все это в голове. Не сводя с мужчины внимательного взгляда, раскладываю по полочкам услышанное.
Он невозмутимо пожимает плечами и предлагает мне подумать над таким шикарным, на его взгляд, вариантом до конца этой недели. Киваю в знак немого согласия, и мы единогласно закрываем эту тему до срока.
Оставшуюся часть путь мы проводим в болтовне ни о чем. Когда мы подъезжаем к зданию одного из крупнейших торговых центров, я бросаю беглый взгляд на территорию вокруг и расслабленно выдыхаю, не обнаружив знакомого автомобиля.
До нашей с мамой встречи есть еще время в запасе, и я рассчитываю, быстро попрощавшись с Иваном, ретироваться в кафе. Оно расположено на первом этаже — идеальное место, чтобы расслабиться и перекусить. Жутко хочу чего-нибудь сладкого и горячего, и желательно — шоколадного, и обязательно — безобразно калорийный пончик.
Иван выходит из салона, открывает дверь с моей стороны и вновь галантно предлагает свою помощь.
— Спасибо, — вежливо благодарю его, делая шаг в сторону в безрезультатной попытке обойти эту каменную глыбу, а он, словно не замечая моих красноречивых маневров, чуть наклоняется ко мне. — Мне пора, — смущенно киваю я. — До свидания, — шепчу, ловя его прерывистое дыхание на своих губах.
— Кира? — раздается рядом удивленный и очень знакомый мне голос.
— Упс! — Мои щеки моментально заливаются румянцем, и даже кончики ушей начинают пылать от щекотливости момента.
Привстаю на носочки и выглядываю из-за спины Ивана, почти утыкаясь носом в его плечо.
— Привет, — смущенно здороваюсь я с подошедшим к нам мужчиной и снова осматриваю парковку, выискивая глазами маму.
Потому что если она где-то рядом и заметит эту немую сцену, то вечером меня будет ждать допрос с пристрастием. Неприятный холодок пробегает по позвоночнику, аккумулируясь где-то под коленками, отчего мои ноги немного дрожат.
— Привет, — отвечает он, окидывая нас внимательным взглядом. — Твоя мама уже в салоне, — указывает кивком в сторону Торгового центра, не отводя глаз.
— Это твой отец? — шепчет мне на ухо Иван, так и стоя спиной к Игорю Сергеевичу и продолжая держать меня в кольце своих рук.
— Нет, — так же тихо отвечаю я, — это мой будущий отчим.
— Да ну? — удивляется чуть громче и немного отстраняется.
Смотрю на него и безмолвно киваю в подтверждение, слегка хмурясь из-за несуразности ситуации.
— Упс! — повторяет он мое восклицание, замирая на мгновение, видимо, анализируя в голове полученную информацию.
А я втягиваю голову в плечи, медленно присаживаюсь, скользя спиной по холодному металлу автомобильной дверцы, и ловко выныриваю из его неуместных объятий. Делаю шаг в сторону хмурящегося будущего родственника и невинно растягиваю губы в робкой улыбке.
— Добрый день, — раздается беззаботный голос Ивана. — Я — Иван Васильевич. — Он протягивает ладонь для рукопожатия и добавляет: — Кирин преподаватель по экономике.
— Игорь Сергеевич, — крепко сжимая протянутую ладонь, представляется мужчина с легким холодком в голосе, от которого у меня вновь пробегает изморозь между лопаток.
— Ну, я побежала. — Решаю ретироваться, пока их молчаливый поединок взглядов не перерос в нечто более грозное и взрывоопасное. — Спасибо еще раз, Иван Васильевич, что подвезли.
Что он мне ответил и ответил ли вообще, я уже не слышу. С крейсерской скоростью, лавируя между машинами, спешу скрыться за стеклянными стенами здания. В ушах шумит, и сердце готово выскочить из груди, мешая нормально дышать и здраво мыслить. Я, как ежик в тумане, потерянно брожу вокруг замысловатого фонтана в центре зала на первом этаже. Сокрушаюсь и накручиваю себя, мысленно перемалывая сложившуюся ситуацию.
«Блин! — нервно пинаю носком ботинка невидимое препятствие. — Надо же было так подставиться!»
И хотя Игорь не является мне отцом, его мнение и наши доверительные отношения важны для меня. Именно он помог мне с поступлением в лучший университет на специальность, о которой я всегда мечтала, а мой родной отец заявил, что его обязанности по моему содержанию закончились ровно тогда, когда я получила паспорт.
Свою вторую дочь и мою младшую сестру Марусю он вообще отказался признавать, выставив нас троих за порог своей элитной квартиры в центре города, когда малышке исполнилось полгода, и «щедро» позволив нам собрать с собой только самое необходимое, уместившееся в паре чемоданов и моем спортивном рюкзаке. С тех пор вот уже почти пять лет мы живем раздельно.
Правда, разводиться с мамой он не спешил, и все ее попытки стать свободной женщиной давились на корню бюрократической машиной. У отца связи во многих министерствах и ведомствах. А пару месяцев назад он сам соизволил заявиться в нашу квартиру с подготовленными документами на развод. Маме оставалось всего лишь поставить свою подпись, что, собственно, она и сделала.
Взяв для этого день на обдумывание, юристы Игоря сочли данную «бумажку» обдираловкой и советовали подать в суд, чтобы получить все, что ей причитается по праву. Но для мамы было главным получить развод и не потерять свое имущество. На алименты она не претендовала, как и на капиталы бывшего мужа.
У нее свое маленькое дело, трехкомнатная квартира, доставшаяся от бабушки, мы и Игорь. Маруся давно называет его папой, даже несмотря на то, что он не живет с нами и все эти годы они с мамой не афишировали свои отношения. Но Игорь часто бывает у нас в гостях, порой остается допоздна и всегда поддерживает и помогает.