Шестое правило дворянина (СИ)

— Само собой, аншеф. Не беспокойтесь.
— Ну, будь здоров, Владимир Михайлович, — сказал он и отключился.
Я положил телефон на ковер рядом с диваном и призадумался. Если Николай Александрович распорядился выписать мне целую неделю отпуска, то это и в самом деле хорошо. Можно спокойно своими делами заняться, без особой спешки.
Например, в Испанское королевство слетать. Думаю, Кардинал будет рад встрече со мной. Впрочем, мне это было неважно — главное, что я очень сильно хотел его видеть.
Я взял телефон и набрал Верховцева.
— Что-то случилось, ваше сиятельство? — встревоженно спросил он.
— Да все нормально, не беспокойтесь.
— Как ваша нога? Помогли вам целители?
— Откуда вам про них известно, Леонид Александрович?
— Так это... Охрана доложила, Владимир Михайлович.
Ага, охрана, как же! Что-то не верится мне в эти слова — слишком уж голос неуверенный у моего начальника службы безопасности. Видимо переживает, что Василиса сдала его с потрохами. Ладно, черт с ними... Все-таки как лучше хотели.
— Нога в порядке. Сказали еще немного и все пройдет, так что завтра буду как кузнечик прыгать.
— Рад слышать.
— Леонид Александрович, я чего звоню, собственно... Недавно просил вас выяснить где именно живет глава ордена «Люди Браво», не забыли, надеюсь?
— Как можно, ваше сиятельство? Я свое дело знаю — выяснили давно. На острове Пальма он обитает. У него там резиденция. Хотите фотографии вам сброшу? Любопытное место, между прочим. На горе, по всем правилам фортификации.
— Да нет, спасибо. Рано пока мне тамошними видами любоваться — я ведь не приступом ее брать собираюсь, а в гости с обычным визитом.
— Значит все же хотите его навестить?
— Вы в этом сомневались? Я своих слов на ветер не бросаю.
— Да нет, не сомневался, конечно...
— Ну вот и славно. В таком случае, отправьте ему весточку, что послезавтра я намерен посетить его. Только чтобы все как положено — курьер, бумага рисовая, конверт и печать гербовая. Пусть видит, что я к нему с добрыми намерениями. Для начала попробуем все-таки решить вопрос мирно.
— Послезавтра? Не рано ли, ваше сиятельство?
— А что такое?
— Нога ведь у вас...
— Вот и хорошо, что нога. Заодно и погрею ее на солнышке. Кстати, хорошая мысль! Спасибо вам за идею, виконт. В вашу голову часто приходят отличные идеи.
— Спасибо, — усмехнулся Верховцев.
— Значит решено. Отправляйте ему весточку, а мне немедленно ответ, как только он у вас будет.
— Сделаем, Владимир Михайлович, — пообещал он. — Вот только нога...
— Далась вам моя нога, Леонид Александрович! Сказали ведь целители — завтра все отлично будет. Так что не переживайте. Лучше займитесь моим поручением, — сказал я и сбросил Верховцева.
Кстати, погреться на солнышке в Испанском королевстве и в самом деле хорошая мысль. Почему бы и нет, раз уж у меня целая неделя свободная образовывается. Вот и совмещу приятное с полезным. Тем более, что если я отдыхать буду, то значит и Василисе отпуск полагается.
Я залез в сеть и занялся поиском подходящего места для поездки. Спустя двадцать минут в комнату осторожно заглянула Соловьева.
— Володя, ты чего не спишь? — спросила она. — Тебе бы отдохнуть не мешало, а ты в телефоне копаешься.
— Ну заканчивай, все ведь хорошо, что мне спать? Иди сюда лучше.
Василиса подошла к дивану и стараясь не задеть мою ногу улеглась рядом.
— Ты что здесь смотришь? — спросила она.
— Звонил Гринев и сообщил мне радостную весть — целую неделю мы с тобой свободны как птицы в небе. Так что ищу отель, в котором остановимся. Ну или виллу. Смотря что тебе больше нравится. Правда, у них здесь с виллами напряг — так себе выбор если честно.
— О! Отличная новость, — улыбнулась она и чмокнула меня в щеку. — отдых тебе пойдет на пользу. А у кого это — «у них», если не секрет?
— У испанцев. Нам нужно попасть на вот этот остров, — сказал я и показал ей на карте точку нашего предполагаемого путешествия.
— Почему именно на этот? Есть варианты и поинтереснее я думаю.
— Мне не нужно поинтереснее, мне нужно именно на этот — у меня там важное дело.
 
— Это какое? — промурлыкала она и погладила меня по щеке.
— Очень личное и секретное, — ответил я.
— Неужели? Какие у тебя могут быть секреты? Опять какая-нибудь дурацкая дуэль?
— Ага, что-то типа того, — сказал я, затем обнял ее и поцеловал.
Рука Василисы скользнула мне в брюки.
— Я смотрю ты вооружен, граф...
— Ммм... Вооружен и очень опасен...
* * *
Великое Московское княжество. 
Москва. 
Имение Болотова. 
Арсентий Борисович Морозов жевал мягкий, недавно испеченный лаваш и тот казался ему совершенно безвкусным. Даже наоборот — отдавал чем-то кислым.
Он окинул хмурым взглядом уставленный кушаньями стол, который для них накрыли слуги Болотова в тенистом саду и вздохнул. Затем налил себе рюмку текилы, выпил ее, сунул в рот кусок лимона и начала медленно его жевать.
— Что вздыхаешь, Арсентий? — спросил у него Кирилл Романович, который тоже выглядел уставшим, но пытался при этом как-то бодриться.
— Мне вчера мои доложили, что Юрьевского взяли, — сказал Морозов и с трудом проглотил лимон. — Чего же мне не вздыхать?
— А ты чего за него переживаешь? — Болотов посмотрел на своего приятеля внимательным взглядом. — Князь гусь темный, в разных прудах плавал... Или ты вместе с ним?
— Ты на что намекаешь?
— Сам знаешь на что, — хмыкнул Кирилл Романович и нервно бросил в рот большую маслину. — Ты брось в дурака наряжаться. А если и впрямь глупый, то из меня такого не делай.
— Да все я понимаю, — нахмурился Морозов. — Не глупей тебя.
— Тогда зачем вопросы идиотские задаешь? Делать что ли нечего?
— Думаю я...
— О чем?
— Ты слышал, что Император Соколову графа пожаловал?
— Само собой, — кивнул Болотов. — И даже Святого Владимира ему на шею повесил.
— А это откуда знаешь?
— Неважно, птичка на хвосте принесла.
— Грустно мне от этого становится, Кирилл Романович. Все в последнее время какие-то новости дерьмовые. Одно к одному складывается, — окончательно потеряв интерес к еде, Морозов откинулся на мягкую спинку кресла. — Вот смотри, что получается. Салтыкова и сыночка его больше нет — это раз и теперь все его имущество на Соколова переписано.
— Ты хотел сказать — им куплено, — поправил его Болотов.
— Какая разница? — скривился Морозов. — Здесь главное, что оно теперь его и что Салтыковых больше нет. Вот я о чем тебе говорю.
— Продолжай, — кивнул его приятель.
— Теперь вот к Юрьевскому за помощью обратились и что из этого вышло? Где теперь князь, скажи на милость?
— На что намекаешь, Арсентий?
— Да почему намекаю, как есть говорю — скоро за нас Соколов возьмется, это ты понимаешь? Ну а если одного из нас не станет, то с последним он быстро справится.
— Рано паникуешь, сявка он еще на нас рот раскрывать. Хотя кое в чем ты прав — что-то в последнее время и в самом деле суеты в Москве слишком много. Да и не хочется мне, чтобы в связи с арестом Юрьевского вопросы мне Бестужев задавать начал. Того и гляди приплетут куда не надо, все-таки виделись мы с ним не раз — мало ли, что там у тайной канцелярии на уме.
— Это ты к чему сейчас? — удивленно спросил Морозов.
— Думаю я, дружище, из Великого Московского княжества на время уехать, вот что.
— Ах ты крыса, Кирилл Романович! — хлопнул себя по жирным ляжкам Арсентий Борисович. — Что же ты, друг закадычный, одного меня здесь бросить хочешь?
— Только давай без громких слов, хорошо? Где ты набрался этой дури? — скривился Болотов и слопал еще одну маслину. — Что значит — «бросить»? Во-первых, я каждый год на курорт езжу, сам знаешь какая у меня беда с суставами. Во-вторых, нервишки подлечить хочу... Ну и, в-третьих, здесь сейчас и в самом деле слишком горячие деньки наступают, а я не враг сам себе. Нужно силы восстановить, с мыслями разобраться, планы на будущее выстроить. Я себе уже и виллу в Баден-Бадене снял, так что поеду, отдохну годик, а там видно будет.