Да, я счастливчик, и что с того?! Том 1 (СИ)

Упав на задницу и больно ударившись затылком об стену, я охнул и чисто «случайно» нажал на спусковой крючок монструозного револьвера, который до сих пор держал в руке.
Никогда раньше не стрелял и надеялся, что не придётся... Но у судьбы были иные планы, а потому раздался громоподобный выстрел. Пуля покинула ствол, руку отсушило напрочь от отдачи, и я опять ударился затылком. Хорошо хоть маску успел обратно натянуть.
С-сука...
– Ох ты ж... – охерел я, видя, как оседает тело, в голове которого зияла хороших размеров дыра.
Прямо в десяточку попал, судя по тому, что пуля вошла ровно промеж глаз.
Опершись на стену, с трудом поднялся на трясущихся ногах, видя творящийся вокруг хаос. Гвардейцы Вронских пытались силой задавить Чижика, который крушил и разбрасывал их, как котят. Пухлый катался по раскинувшемуся полю боя, как шарик маршмелоу, отстреливаясь и грациозно избегая попаданий. А Ворон... Он сцепился с каким-то патлатым говнарём в сером костюме, выбивая из него всю дурь.
Ощущая, что я тут явно лишний, но нужный, пополз на корячках в сторону огромного стола с белоснежной скатертью. И как он вообще уцелел в этой заварушке?!
– Кха... П-помогите... – прохрипел умирающий гвардеец Вронских, смотря на мою ползущую тушку мутным взглядом.
– Извини, мужик, но...
Договорить я не успел. Удача продолжала работать и набирала обороты, а потому с потолка отвалился кусок люстры и, нахер, размозжил ему голову!
Горячая кровь попала мне на маску, а на волосы приземлилось что-то склизкое и...
Мда-а-а, это его мозги. Это моз...
– Буэ-э-э... – второй раз проблевал я, стягивая маску, и опять случайно нажал на спусковой крючок револьвера.
– А-а-а! – закричали откуда-то сбоку. – Моя з-задница!
Ну, хотя бы на этот раз не моя...
– Молодец, пацан! – раздался возбуждённый голос Чижика, после которого последовал хрип умирающего.
Кое-как дополз до стола, и уже хотел было спрятаться под ним, как тут же наткнулся взглядом на маленькую девочку. Белое и частично испачканное платье с рюшками. Тёмные волосы, как у Ворона. Да и глаза такие же, только без внушительных размеров кругов под ними. На шее у девчонки весел золотой кулон в форме ромба.
Бинго!
– Привет, – натянуто улыбнулся я, глядя на её перепуганное лицо. – Весело тут у вас. Только я бы это... посоветовал полы сменить.
Что я несу, чёрт подери? Хотя, меня так мандражирует, что диву даюсь, как ещё не отключился.
– В-вы кто? – опасливо пискнула она, побледнела и стала отползать от меня.
– Самый счастливый парень и мужчина твоей мечты, – ответил я, всё так же широко улыбаясь. Аж скулы свело от натуги. – Ты, это, не могла бы мне кулон отдать?
Медленно опустив взгляд на украшение, девчонка посмотрела на пистолет в моей руке, затем мне в глаза и опять на кулон.
– Т-только не убивайте! – сняла она кулон и бросила мне в лицо.
– Да не бойся, – как можно более миролюбиво улыбнулся я для того, кто буквально минутами ранее блевал на пол и убил уже двух людей. Это как минимум. – Он игрушечный и не стреляет.
Ох и зря я это сказал...
Словно в опровержение моим словам и для большего устрашения девочки, на стол что-то упало. Я непроизвольно дёрнулся, и вновь прозвучал случайный выстрел.
Да сука! Хорош уже палить!
Пуля прошла в нескольких сантиметрах от головы офигевшей таким поворотом девчонки, прошила белую скатерть и куда-то улетела... Вот только куда?
Что ж, ответ пришёл довольно скоро...
Как я потом узнаю, эта самая пуля попала в Пеликана, который доставал из своего «сейфа» связку, мать его, гранат! Нахера она это делал? Хороший вопрос. Может, просто инвентаризацию проводил, кто его знает? Суть же в том, что пуля чиркнула по его коже, заставила мужика вскрикнуть и выронить гранаты, чека одной из которых осталась на его толстом пальце.
– Л-ложись!!!
Я резко подался вперёд, опять почувствовав отклик интуиции, натянул маску обратно и резко схватил девочку, отчего она пискула. Прижал к себе и упал на пол.
Прозвучал настолько мощный взрыв, что мне показалось, будто разверзся Ад. Дом задрожал, пол тоже, крики усилились в разы, и всё начало рушиться. А ещё... я увидел, как нас мгновенно заволокло паром.
 
– Анна! Ты где?! – раздался отчаянный крик Ворона.
Быстро смекнув, что это шанс на выживание, я разжал объятия и полез наружу, держа девочку за руку.
– Ворон, кхе... кхе... Мы здесь!.. – от пара было тяжело дышать.
Не видно ни хера. Вообще ноль. Похоже, что-то взорвалось, и это задело котельную дома.
Мужик быстро отыскал нас. Весь раненный, подранный и похожий на ощипанного... ворона. Да, я крайне оригинальный пацан.
– Уходим! Быстрее! – прорычал Чижик и, судя по его голосу, дела у нас хреновы. Если они не были такими с самого начала.
Мощные руки нашего авангарда подхватили мою непонимающую тушку, и мы всей гурьбой двинулись обратно на второй этаж. Что примечательно, Пеликан бежал быстрее всех, сотрясаясь волнами и держа в руках два дробовика. Ему не хватало только красной повязки на лбу и кричащих вьетконговцев, палящих в него со всех сторон.
Забежав на второй этаж, выжитые, побитые и раненные, мы заняли оборону. Я потирал отбитые в ходе налёта места, Ворон истекал кровью и кривился. Один только Пеликан носился, как угорелый, и помогал своим напарникам, доставая из бездонного живота медикаменты и прочую хрень.
– Что будем делать? – поинтересовался Чижик, глядя на командира. – Мы в дерьме, Ворон.
– Б-без тебя знаю... – просипел черноволосый, обрабатывая раны и сидя рядом с пришибленной и напуганной дочкой. – Ты в порядке? Тебя не ранили?
– Н-нет, пап... – помотала она головой, всхлипывая.
Да уж, жестокий мир для ребёнка. Трупы, аристократы, взрывы… Димитрий. Идеальный коктейль, которым можно поделиться с мозгоправом.
– Госпожа была права, – криво усмехнулся Ворон, смотря на меня, притаившегося в углу и охреневающего от масштабов проблем. – Ты прямо ходячее везение, парень.
– Не благодари, – отсалютовал ему с болезненной улыбкой. – Вот это замес, конечно…
– Не благодари… – пропыхтел Пеликан, наконец усаживаясь рядом с нами. – И какой у нас теперь план? – многозначительно уставился он на Ворона, и тот прислонил палец к наушнику.
– Твой выход, Сапсан, – огорошил он всех участников операции, в том числе и самого водителя. – Сможешь сюда подобраться? Без фургона. Оставь его на холме, а сам обеспечь нам безопасный побег.
– Понял, – весело отозвался Сапсан.
По его голосу можно было судить, что он и сам не прочь поучаствовать в заварушке. Неудивительно для человека, будучи постоянно оставленного на второсортных ролях.
– Анна, что с мамой? – в ожидании попытался расспросить Ворон дочь.
– Мама… она… – запинаясь и всхлипывая начала девчонка, переминая между пальцами белую ткань заляпанного кровью кружевного платья. – Они пришли за мной, говорили с мамой. А она сказала мне спрятаться и… они маму… они…
– Ладно, – прижал ее Ворон к груди. – Сейчас мы выберемся из этого места, и всё останется позади.
– А мама? – подняла на него девочка свои огромные серые глазёнки.
– А насчет мамы мы потом поговорим, – уклончиво ответил тот.
Понятное дело, что женщины уже нет в живых. И понятное дело, что отец не будет сообщать своей семилетней дочери о таком прямо сейчас, когда внизу разверзся Ад, орошенный трупами. Одно ясно точно – вряд ли госпожа ректор оставит этого парня в отряде после того, как его личность раскрыта хоть кем-то, пусть даже исключительно родом Вронских.
В любом случае, первым делом следует выбраться отсюда живыми, а уже потом заниматься вопросами личного характера, и Сапсан подоспел как раз вовремя. Продравшись сквозь внешние силы не без использования способностей, он благополучно вывел из окружения и нас, подставив раненному Ворону плечо. Довел до фургона, усадил в него. Рябчик уселся последним, а Стервятнику просто махнули рукой, красноречиво доводя до старика мысль «не влезай – убьет».