Да, я счастливчик, и что с того?! Том 1 (СИ)
– Охренеть какая ночка! – устало плюхнулся Чижик на сидение, широко расставив ноги. – Давненько уже такого движа не было! А ты ж, считай, на галёрке сидел, – повернулся он к Рябчику. – И как тебе зрелище?
– Я в шоке уже от того, что вы оттуда живыми выкарабкались, – хмыкнул снайпер. – И не обосранными.
– Ахаха! Вот тут я бы с тобой поспорил! Ну что, проверяем портки?!
Мы тронулись с места, а я наконец-то смог снять пропитанные кровью шмотки и переодеться в повседневное. Телефон при этом нещадно вибрировал, и я взял его в руки, чтобы убедиться в том, что это очередные не особо важные для меня звонки, на которые может ответить и Константин. Однако вибрировал он из-за сообщений Полиночки, отправляемых с завидной периодичностью. И сообщения подобного содержания проигнорировать я уже не смог.
Полиночка (02:31): Гордеев, мне срочно нужна твоя помощь!!!
Полиночка (02:33): Гордеев, ответь, пожалуйста!
Полиночка (02:45): Это, правда, очень срочно…
Полиночка (03:23): Прочитай, когда проснешься!
Полиночка (04:47): Короче, мой отец завтра приезжает в академию.
Полиночка (04:47): И он планирует забрать меня назад. Ему пофиг на запрет!
Полиночка (04:48): Так что мне нужна твоя помощь.
Полиночка (04:49): Я знаю, что ты уехал в город. Но если сможешь вернуться, пожалуйста, вернись. Это вопрос жизни и смерти! Я не хочу назад!
Прочитав все неотвеченные сообщения, я еще примерно с минуту листал их туда-сюда, представляя, какой в академии намечался пизд… скандал в связи с поступлением в МАБМ отбившейся от родительских рук Полиночки. Раз уж сам Император изъявил личное желание посетить это место, всё действительно плохо. Настолько плохо, что княжна буквально умоляла меня о помощи.
Глава 25
Проспав всего несколько часов после столь бурной ночки, чувствовал себя вялым и разбитым настолько, насколько это возможно. Резервы, естественно, не восстановились, и проверка броском кубиков вполне ожидаемо показала неутешительный результат: три и три. Считай, пятьдесят на пятьдесят, что огорчало и слабо мотивировало на какие-либо новые подвиги.
Однако стоя возле ворот академии и наблюдая, как на ее территорию заезжает помпезный кортеж с гербами рода Разумовских на дверцах, осознавал, что сегодняшнее испытание будет хоть и менее жутким, но оттого не менее сложным.
И почему я?.. Почему из всех студентов многонациональной академии непутевая княжна решила избрать именно меня защитником своих интересов? Сам был удивлен своей незамедлительной реакции на ее просьбу о помощи, но поступить иначе просто не мог. Какой бы занозой ни была Полиночка и как бы сильно ни выносила мне мозг, свобода – это то, за что стоит бороться.
Похлопал себя по щекам, чтобы немного взбодриться и прогнать остатки ночного приключения в особняке Вронских. Артефакт благополучно перекочевал в бездонный «сейф» Пеликана. Ворон вместе с дочерью отправились на поиски лучшей жизни, и заработанных на службе у госпожи ректора денег им хватит надолго. Настало время восстанавливать карму… или же портить ее еще сильнее.
Но сейчас мне, как никогда прежде, хотелось заглянуть в то самое одухотворенное лицо Полиночки, каким оно становится, как только на кубиках выпадают две единицы, и убедиться, всё ли с девушкой в порядке.
Так что, миновав дорожку в сторону мужского общежития, я направился прямиком к учебному корпусу.
Кортеж остановился перед лестницей, и я немного задержался, чтобы оценить масштабы проблемы. Выскочивший из центрального автомобиля водитель любезно распахнул дверцу с пассажирской стороны, и на мощеную площадь перед фонтаном ступила мужская лакированная туфля. Затем на свет вышел ее хозяин, и я уже ни капельки не усомнился в том, что паника княжны была обоснованной.
Именно таким Разумовский Лев Алексеевич представал на фотографиях как в «Энциклопедии», так и в различных статьях. Высокий, статный мужчина в строгом костюмчике, с проседью на светлых висках, кустистыми бровями, зоркими светло-голубыми глазами и волевыми чертами лица. Глядя на него, понимаешь, что этот мужчина был рожден для того, чтобы править, а не для того, чтобы бороться с непослушной дочуркой, у которой шило застряло в причинном месте.
Так или иначе, сегодня меня подтолкнули к открытому противостоянию с этим человеком, и я понятия не имел, чем это закончится. Тем более без двух шестерок, что чаще всего и являлось моим главным и едва ли не единственным козырем.
К площади уже начинали стягиваться любопытные студенты, но без лишних церемоний Лев Алексеевич направился в учебный корпус. На флаге готов был присягнуть, что сразу к Маргарите Артуровне в кабинет. Он мужик деловой. Одна нога здесь, другая там. Отбившуюся от рук Полиночку – за шкирку и во дворец, чтобы заниматься разбором полетов в более уютной и домашней обстановке. Короче говоря, для того, чтобы что-то предпринять, времени у нас было в обрез.
Стараясь не привлекать внимание гвардейцев к своей скромной персоне, скользнул в двери спустя пару минут, поднялся на второй этаж, добрался до кабинета ректорши и прислонил ухо к двери. Благо, никто из сопровождающих снаружи не остался. Наверное, чтобы студентов в коридоре не смущать своим грозным и надменным видом.
– …ваши девизы, – расслышал продолжение начатого уже разговора, – а также вашу исключительную квалификацию, Маргарита Артуровна. Но я бы никогда не подписал эту бумагу, и, как видите, явился сюда лично, дабы нивелировать это досадное недоразумение.
– Недоразумение, без всяких сомнений, досадное, Ваше императорское величество, – согласилась женщина, – однако ритуал поступления уже состоялся. Нас обоих обвели вокруг пальца, и с этим, к моему огромному сожалению, ничего не поделать. Я могла бы отчислить студента за нарушение устава, но ни единого его пункта Аполлинария Львовна пока что не нарушила. Она примерная студентка с отличной посещаемостью и аналогичного качества отметками.
Послышался скрип стульев, и Лев Алексеевич выдержал приличную паузу, прежде чем ответить.
– Мне нужно увидеть ее. Пусть Аполлинария Львовна «почтит» нас своим присутствием.
Его властный тон не требовал возражений. На сей раз ректорше пришлось уступить и, связавшись с комендантшей женского общежития, она убедительно попросила оную сообщить княжне о том, где ее ожидает отец.
Я пока что оставался сторонним наблюдателем, намеренный встрять в семейные разборки лишь в самом крайнем случае. Призрачная надежда на то, что Маргарита Артуровна убедит Императора в первостепенной важности магической клятвы, всё еще оставалась. Обстоятельства непреодолимой силы – так их, обычно, называли. И чтобы устроить подобный форс-мажор, Полиночке пришлось проявить чудеса наглости, ловкости и изобретательности. Хотя бы за это перед девушкой можно было снять шляпу и признаться: «Уделала самого государя, мое почтение».
Княжна не заставила себя долго ждать, несмотря на то, с каким завидным упорством избегала разговора с отцом. Остановившись перед дверью, блондинка с неподдельной грустью взглянула на меня, сдвинула брови, наморщила лоб и только после этого вошла в кабинет. Как будто на эшафот поднялась в ожидании казни.
– Вот вы где, Аполлинария Львовна, – обошелся мужчина без теплых приветствий.
– Доброе утро, отец, – неожиданно для меня, степенно произнесла девушка. – Надеюсь, ваш путь из Москвы был легок.
– Мой путь из Москвы был омрачен лишь самой причиной его совершения. И вам, юная леди, как никому другому, должно быть известно, насколько эта причина серьезна.
– Да, отец.
– Подделка государственных документов, самовольный уход из дворца, создание аварийной ситуации на скоростном шоссе, введение гвардейцев рода в заблуждение…
– Да, отец, – повторила она.