Одаренный (СИ)

— Хорошо, — сказал Богород. — Сейчас же распоряжусь.
— Вот-вот, — сказала княгиня.
— Я оставил охрану на Марию...
— Дурак ты, Богород, — сказала княгиня. — Это не она его охраняет, а он ее. Тем более, ты сказал, что по всем признакам он — Резонанс. Таких волхвов по пальцам пересчитать.
— Но он пока не волхв. Просто сильный Одаренный.
— Будем считать так. Но я бы не рекомендовала слепо следовать предписанию «Капища» и привлекать его к работе. Не исключено, что это волк в овечьей шкуре, и его задача — внедриться к вам. Забыл, сколько воплощений Безодни пыталось до вас добраться?
— Ну он прибыл не из Безодни.
— Ключевое слово — «прибыл». Пока мы в невыгодном положении. Никто из нашего мира не смог пробиться в другие, а в наш мир — да пожалуйста. От порождений мрака до непонятных потеряшек. Да и боги иногда в наш мир захаживают. Проходной двор какой-то, а не мир.
— С чем мы и боремся.
— Пока получается не очень, — качнула головой она.
— Мы стараемся, — вздохнул Богород, вставая с кресла.
— Старайтесь лучше, — посоветовала ему княгиня. — И не подвергайте мою девочку лишнему риску. Не забывай, она у вас не на службе.
— Помню, — сказал Богород.
Мария в это время лежала в комнате с книжкой. Не шла теорволшба в голову, ох не шла! Все ее мысли были о Апраксине-младшем. Красавчик, умный, да еще сильный и загадочный. А целоваться как умеет! Она закрыла глаза, вспомнила его губы и руки, и в животе сладко заныло. Нравился ей он, нравился. И задание от дяди тут совсем ни при чем.
Она открыла глаза, стряхнула с себя наваждение и вновь впилась взглядом в ненавистные формулы, стараясь их впихнуть в бедную девичью голову.
Я вернулся с «Гамбринуса», где мы отвисали с Васькой, на взводе. Нет, посидели отлично, и после все было нормально, но что-то играли нервы. Сначала пришлось гасить обиду Марии, потом беседа с ее бабусей и выставление за порог. Да и в понедельник зачет по теорволшбе — несмотря на клятвенные заверения Пресветлого об автомате и пятерке на последующем экзамене доверять этому гаду не следовало. Поэтому, вернувшись домой и поужинав, я поднялся к себе и открыл учебник, проглядывая самые интересные моменты, до которых мог докопаться препод.
Я вчитывался в учебник до посинения, и не заметил, как уже наступила полночь. Пора бы спать, уже все, кроме охраны, легли байки. Но мне, как в той песне — «нервы вам не дают спокойно полежать».
Я достал из шкафа кейс с коптером. Надо же проверить, получили они мое послание или нет. В смысле, сняли ли соглядатаев, или оказались упорнее?
Широко раскрыв окно, я поставил немаленькую птичку на подоконник и взялся за пульт. Жужжание моторов, и коптер, обогнув балконы, поднялся ввысь, упорно посылая охранной системе сигнал «Свой я, свой!»
Я вывел коптер за пределы зоны отчуждения и начал методично, квадрат за квадратом утюжить местность. Так, один есть. Джип, одна штука, мотор еще теплый, в салоне может кто-то и есть, но тепловизор на них не среагирует, окна закрыты. Значит, мои намеки остались не поняты. Или у них еще какой-то резон продолжать наблюдение за поместьем. В принципе — пусть стараются, хоть я и ненавижу вуайеризм, но в случае чего могу ответить чем-нибудь непристойным, чтобы их повеселить. Например, пакет с дерьмом на капот уронить. Весело? А то! Мат-перемат и остальное им гарантированы. А если в это время, пока они пытаются машину отмыть чем-нибудь, послать туда СБшников и устроить разборку, то неудачливым служакам прилетит уже от своих. И кликухи к ним прилепятся такие же веселые.
Я отвел дрон с фронта и стал обследовать полосы по флангам, облетая поместье по кругу. Справа ничего нет, я даже вышел не то, что за зону безопасности, а даже на луг за ним. Теперь посмотрим с тыльной стороны.... Есть! Один человек удобно так устроился на холме, лежит себе и наблюдает. Плотно обложили меня ребята из ОКЖ... или не оттуда? Такое впечатление, что это другая бригада наблюдения. А вон и машина в полуверсте от него... Явно не служебная. Какая-то древняя развалюха вроде «Волги-фермера», полста лет в обед. Очередной папарацци или что-то серьезнее. Так, что у нас вкусного выходит на тыльную сторону? Да много чего. Из режимных помещений... Спальня брата, точно! Нацелился на него? Грузовичок, говорите? А что у него в кузове?
 
Я приблизил изображения с ночной камеры. Грузовой отсек скрывал под собой что-то громоздкое, накрытое брезентом. В голове у меня взвыли сирены тревоги. Я дал команду набрать высоту и зависнуть. Пойти пообщаться с новым фигурантом лично — не вариант, способов незамеченным выбраться из поместья нет. Ладно, пускай СБ отрабатывает свою икру на хлеб.
Я переключился на канал управления патрульным дроном, дождался, пока он пройдет над полосой с тыльной стороны здания, перехватил управление и издали показал застывшую на земле фигурку. Все, захват цели есть, вокруг потенциального нарушителя нарисовался красный контур. Ждем, пока группа быстрого реагирования поднимется в ружье, и...
Ждал я минуты три. Ворота с задней стороны ограды отворились, и два джипа быстро рванули к наблюдателю. Э, куда, мужик! Фигурка быстро вскочила на ноги и побежала к своей машине. Добежит-не добежит, добежит — не добежит? Не добежал буквально шагов пятьдесят — рядом притормозили два джипа и из них посыпались охранники.
Что за черт? Я аж глаза протер. Мужик оказался не прост — на камере расцвели вспышки выстрелов, а потом загорелся один джип, забивая мне оптический канал. Ну это явно не ОКЖ, те бы не вступили в перестрелку со службой безопасности любого из кланов, даже Романовского. Обошлись бы терками, взаимными упреками и скрежетанием зубов, но огневой контакт, да еще с жертвами... Не то, господа.
Я еле успел вернуть коптер в комнату и засунуть под кровать — нечего возбуждать окружающих — как дом наполнился беготней и голосами. ЧП, как есть ЧП.
Быстро натянув тренировочный костюм, я вышел из комнаты. Навстречу мне уже спешил злой и всклокоченный папаша, явно поднятый с постели во время девятого сна — ложились Апраксины рано.
— Что случилось? — спросил я его.
— Что-что, кого-то поймали, вот что, — буркнул папаша. — А ты чего вскочил?
— Не спалось, а тут шум...
— Значит, плохо работал днем, если по ночам не спищь. Иди спать...
— Да тут уснешь, что ли? — возмутился я.
— Ладно, тогда иди за мной, — разрешил он.
Такое впечатление, что в поместье уже никто не спал. Навстречу попадались то перепуганные слуги, то безопасники. При виде папаши они расступались, как испуганные льдины от ледокола — он пер напролом, тяжелым шагом распугивая окружающих.
Мы спустились по лестнице в холл. Папашу уже ждали — глава службы безопасности встал по стойке «смирно».
— Доклад, — коротко бросил папаша.
— Двадцать минут назад был получен сигнал о наблюдении за домом. Выехавшая группа быстрого реагирования при попытке задержать наблюдателя подверглась обстрелу — один убит и двое ранены, уничтожена машина охраны. Ответным огнем нападавший был убит.
— Где Михаил? — спросил отец.
— Выехал на место происшествия. Обещал лично осмотреть улики. Связаться с полицейским управлением?
Папаша пожевал губами, обдумывая вопрос. Обычно кланы не связывались с полицией, предпочитая решать вопрос своими силами. А то вот так неосторожно стукнешь поцам, а потом ответку не дашь, все будут решать за тебя полицмейстер и Русская Правда. Но не во всех делах можно найти виновного и назначить виру.
— Нет, — наконец решил он. — Подать машину, я хочу разобраться сам.
— Есть, Ваше Сиятельство! — безопасник прижал горошину гарнитуры к уху и отдал несколько распоряжений.
Отец, не дожидаясь его ответа, пошел к заднему входу. Я поспешил за ним. И нас, похоже ждали — джип СБ лихо притормозил перед нами.
— Садись, — буркнул отец.
Ну слава богам, хоть не смотреть все это через щелочку или слушать потом отчеты. Любопытство у меня — черта профессиональная. Особенно когда дело касается расследований.