Самый быстрый (СИ)

«Она же в маске была», — удивился я.
«И что? — возразил Горин. — Ваши маски, конечно, размывают внешность, но кое-какие детали все же не скрыть. Морана ведь азиатка, так?»
«Так», — я увлекся и кивнул не мысленно, а в реальности, и какая-то девчушка за соседним столом раскраснелась, подумав, что это я ее поприветствовал.
«Вот! — довольно констатировал напарник. — Никто не знает, как ее зовут по-настоящему, но в то же время никто и не скажет, будто она славянка с голубыми глазами и русой косой. Так же и с Ящерицей. Лица не разобрать, но волосы и глаза довольно-таки запоминающиеся. А значит — что?»
«Что?»
«Подумай! Кто-то очень упорно тычет тебя носом в твоих знакомых. Подставил Ехидну, но заодно подкинул ложный след в виде формы жезла и миндалевидных глаз с курчавыми волосами».
«Думаешь, кто-то хочет подставить Ящерицу? — я грустно усмехнулся. — Это вовсе не требуется, она и так достаточно зла натворила…»
«Да что ж ты такой недогадливый! — изумился Борис. — Неужели не понимаешь?»
«Ну?»
Напарник вздохнул, а потом стал донельзя серьезен.
«Тот, кто совершает все эти вещи, — сказал он, — очень хорошо тебя знает. Настолько, что ему известны твои воспоминания. Потому что иначе никак нельзя подкидывать тебе наводку на Ящерицу, если не знать, как она выглядит. А узнать это можно либо из протокола допроса юного Дмитрия Стрижевского, либо напрямую из твоей головы. Понимаешь, насколько все серьезно?»
Борис замолчал, а я принялся лихорадочно соображать. Приметные черты Ехидны настолько бросались в глаза, что я и впрямь не обратил внимание на сходство черной с убийцей Оли. Миндалевидные глаза, волосы… Да, они были рыжими, но более вьющимися, волнистыми — действительно, словно у Ящерицы. Но когда я ребенком описывал полиции загадочную преступницу, я точно не рассказывал о глазах. Тогда откуда хакер, взломавший лабиринт, мог знать об этом?
«Не забывай, что исполнителю могли просто рассказать нужную информацию, — вклинился в мои размышления Горин. — Мне кажется, Дима, что Ящерица все же имеет отношение к этой атаке. Либо в качестве организатора…»
«Либо как мозговой центр», — мрачно подхватил я.
«Либо… — Борис, между тем, не закончил. Лишь сделал эффектную интригующую паузу и продолжил. — Мы давно не слышали о любителе доводить людей до инсульта. Менталисты же могут залезть в голову и прочитать мысли?»
«Могут, — подтвердил я. — По сути это все та же телепатия».
«Тогда есть у меня чувство, дружище, что не «Рускосмос» под ударом, а лично ты, — сказал Горин. — И началось все в тот день, когда тебя неудачно траванули. У того бармена была татуха с ящерицей, потом он умер от инсульта, и его друг с девчачьим хвостиком на голове, который что-то знал, мгновенно был отправлен следом…»
«Знаешь, — неожиданно задумался я. — А ведь это выглядит, как будто кто-то зачистил людей Ящерицы!»
«Считаешь, менталист может быть на нашей стороне?»
«Вспомнил тварь из портала тьмы, которая показала мне сцену с убийством сестры… Что, если это не способность существа, а менталист подавал о себе знаки? Пытался показать, что у нас общий враг».
«То есть не усложняем. Атаки против корпорации — это одна линия, подсказки и попытки вывести тебя на разговор со стороны менталиста — другая», — Горин словно пробовал эту мысль на вкус.
Я попытался уложить все это в своей голове, осознавая масштабы истории, в которую вляпался. В этот момент зазвенело китайское украшение на входной двери, и я машинально повернулся в сторону входа.
 Глава 3 
Я все еще продолжал мучить свою чашку кофе, когда в «Оникс» вошла женщина, показавшаяся мне смутно знакомой. Подтянутая тренированная фигура, ухоженные каштановые волосы, длинные и вьющиеся. Издалека ее можно было принять за совсем юную девушку, но вот лицо выдавало ее настоящий возраст. Лет тридцать пять или даже чуть за сорок. Легкие морщинки, словно татуировка-напоминание о трагедии из прошлого.
В голове словно щелкнуло, и я вспомнил, что видел эту женщину как минимум дважды. В первый раз — двадцать седьмого августа на торговой площади, когда «Дети дракона» пытались призвать осколок и убили кучу народа. На ней тогда была форма пожарного медика, она еще спрашивала, все ли со мной в порядке. А во второй раз мы с ней встретились, когда я преследовал покалеченную Ящерицу, потерял ее след и наткнулся на шайку хулиганов во главе с Огненным Кулаком. Первое появление Никто, и именно эта женщина помогла пострадавшей девушке, оказав первую помощь.
 
— Здравствуйте, — сказал я, когда она прошла мимо моего столика. — Я вас узнал…
Она неожиданно вздрогнула и резко повернулась ко мне, в расширившихся карих глазах отразился испуг и одновременное непонимание. Да, порой люди так реагируют на игигов, особенно когда те с ними заговаривают.
— Добрый день, — осторожно ответила женщина. — Это очень приятно, Спринтер. Но откуда вы меня знаете?
— Вы работали на торговой площади в тот день, — пояснил я. — Хотел сказать вам «спасибо». Такие, как вы, тоже настоящие герои. Пожарные, врачи, полицейские. Помните об этом.
«Чего это тебя так понесло?» — удивился Горин.
«Отстань, Борь», — отмахнулся я.
Ничего и никуда меня в тот момент не понесло. Я абсолютно искренне считал обычных людей экстремальных профессий героями. Будучи гораздо слабее игигов, они мужественно сражались с преступниками, тушили пожары, разбирали завалы и спасали других людей. Я знаю, что тогда, двадцать седьмого августа, многие из них погибли, защищая других. И моя благодарность действительно шла от сердца. Тем более что я точно знал: эта женщина была там.
— Спасибо, — мне показалось, что она искренне выдохнула. А впрочем, и это неудивительно. — Не сочтите за дежурный комплимент, но вы тоже вызываете восхищение. Если бы не вы, игиги, жертв было бы намного больше.
— Может, кофе? — предложил я. — Все столики заняты, а я скоро ухожу.
— Благодарю, — улыбнулась женщина и осторожно присела напротив. — Если это вас действительно не затруднит. Меня, кстати, зовут Ирина.
— Спринтер, — я вежливо склонил голову.
Подошла все та же молоденькая официантка и, покосившись на меня, поздоровалась с моей новой знакомой.
— Привет, Маша, — ответила та. — Мне, пожалуйста, как обычно.
— Любите сюда ходить? — уточнил я, когда девушка приняла заказ и направилась в сторону кухни. Времени было еще достаточно, особенно с моей скоростной искрой, и опоздать на работу я ничуть не боялся.
— У меня здесь работал сын, — лицо Ирины неожиданно помрачнело. — Его звали Саша. Извините, вам это, наверное, не очень интересно…
Сердце провалилось в пятки и тут же вернулось на место. А в голове бесновался Горин, который тоже сразу же догадался, кто перед нами. Ирина Сафронова, медик городского пожарного департамента! Мать бармена, который вместе со своим напарником пытался меня отравить, а потом умер сам при загадочных обстоятельствах!
«Она никуда не уехала! — кричал Борис. — Она просто взяла на работе отпуск, но осталась в городе! Это же наш шанс, Дима! Только не дави на нее! Уверенно, но мягко! Максимально мягко! Черт, это ж надо было так купиться на стандартную хитрость!..»
С одной стороны, я прекрасно понимал Горина. Он привык всю свою жизнь охотиться на преступников, причем жестоких, и потому не особо церемонился даже со свидетелями. А с другой — у Ирины погиб сын, и специально выискивать ее, чтобы поговорить, не будучи полицейским…
«Думаешь, у нее есть какой-то скелет в шкафу?» — все-таки уточнил я.
«Это как посмотреть, — Горин прямо-таки лучился энергией. — Купить билета из города, а потом передумать — это вполне реально и возможно в ее ситуации. С другой стороны, могут быть и скелеты — надо учитывать все варианты. Давай, пока не поговорим, ничего не узнаем!»
«А еще пока не скажем то, что должны были сразу сказать…»
— Очень вам сочувствую, — я медленно покачал головой. — Я не знал вашего сына, но видел его здесь. Мы с коллегами частенько здесь бываем. Примите мои соболезнования.