Загонная охота (СИ)
Под ударами стихии мы бежали дальше, постоянно проверяя, не отстал ли кто. За направлением не следили. Этим занимались наши питомцы, которые уверенно трусили впереди. Им-то дождь если и мешал, то они гордо не подавали виду.
Небо то и дело рассекали молнии, в свете которых иногда удавалось разглядеть приближающийся склон. Гром оглушал своими раскатами. Он звучал так, что сердце в груди ёкало каждый раз. Несколько молний ударили совсем близко — но, к счастью, не в нас. Хотя на ровном и голом дне долины мы явно были преобладающей высотой…
А потом раздался звук, которого я ждал и боялся.
Шум воды.
И не той, что с неба падает.
А той, что быстро и весело, смывая все на своём пути, несётся по воле гравитации сверху вниз… Когда я оглянулся во время вспышки очередной молнии, то осознал: мы только чудом разминулись с мутным потоком, несущимся с востока на запад.
Когда отряд оказался, наконец, достаточно высоко на склоне, чтобы перестать передвигать ногами, сил уже ни на что не осталось. Собственно, последние минут сорок мы даже бежать не могли… Да что там! Мы ноги еле передвигали, заставляя себя идти из последних сил.
Привал устроили под прикрытием скального навеса. Небольшого, правда — под ним можно было только сидя устроиться. Сперва ещё пришлось выгонять оттуда нескольких червей, которые тоже не хотели под дождь.
— Вано, сорян, братан… Мы его подобрали, но… — Мелкий протянул мне моё копьё.
Кремнёвый наконечник был обломан. Не выдержал встречу то ли со стрекозлом, то ли с землёй, то ли с величием моего героизма. Кремень — вообще штука хрупкая… Мне бы стоило расстроиться, но я только плечами пожал. Сил расстраиваться не было, как и переживать — тоже.
Когда всё идёт не по плану — не стоит плакать о потере вещей. Стоит радоваться тому, что сам остался жив.
Глава 10. Ваще чот тревожная
Дневник Листова И.А.
День шестнадцатый. Новый посёлок
Мы всё-таки дошли. И это несмотря на то, что нас чуть не затоптали, а ещё едва не съели, а затем мы промокли до нитки — и, в довершение всех проблем, я потерял копьё. В общем, не самое радужное приключение вышло… Впрочем, себя я жалел ровно до того момента, пока не увидел обитателей будущего посёлка.
Как-то подзабыл о том, что у людей ни капсул, ни укрытий. И соорудить толком ничего не успели. В общем, выглядели они примерно, как мы — разве что не такие уставшие. Сгрудившись у немногочисленных костров, люди дрожали от холода и влажности. И одновременно пытались проснуться.
Сочинец, увидев, что мы пришли, немедленно собрал всех наших. И сходу спросил:
— Ну что, народ, переезжаем сюда всей группой?
Не успел ему никто ответить, как проснулся СИПИН:
— Выбранный лидер группы 114-41-80 предлагает общегрупповое переселение. Если предложение наберёт необходимое количество голосов, это будет первое бесплатное переселение вашей группы. Вано, ты согласен?
— Ага… А почему группа 114-41-80? — заинтересованно спросил я.
— Ну это же элементарно! — отозвался СИПИН. — Вы в глобальной группе номер 114, а ваши капсулы имеют номера от 41 до 80. Сам не пробовал мозгами шевелить?
— Сегодня я больше практиковался по шевелению ногами! — гордо отмазался я. — Вот и не переключился!..
— Решение о переселении принято единогласно. Прошу всех колонистов группы 114-41-80 встать там, где они хотели бы увидеть свои капсулы. Приблизительно! Постарайтесь оставить между будущими точками расположения капсул расстояние метров в пять.
— Пошли, народ… Расположимся! — не стал затягивать Сочинец.
И вот тут я понял, что мы круглые дураки… То есть не просто дураки, а идеальные с математической точки зрения дураки. Потому что, судя по поведению людей, ни место заселения, ни порядок, ни планировку никто не продумывал!..
Все мы просто потянулись поближе к Алтарю Вознаграждения. И уже там разбились на привычные кучки по интересам. Культуристы — в одну сторону, Роман со своими — в другую, а наша компания — в третью. Ближе всего ко мне располагались Аня и Трибэ, «воробушки» и Мелкий, а я постарался встать поближе к Сочинцу, Дунаю и Костроме. При этом с другой стороны от них ровно тем же самым занимался Чемодан и его девушки.
Просто прелестно! Сборище сферических дураков в сферическом вакууме… Я посмотрел на Сочинца, который тоже мрачно оглядывался. И, встретившись с ним взглядом, одними глазами задал немой вопрос. В ответ он только руками расстроенно развёл: мол, об этом-то и не подумали.
Тем временем размещение было завершено, и я получил запрос от СИПИНа:
— Подтверждаешь место?
— Да! — ответил я.
Через несколько секунд вопрос был решён:
— Места зафиксированы. Прошу всех колонистов покинуть точки приземления капсул. Не подходите сюда до тех пор, пока перемещение не будет завершено. Нарушителей размажет тонким слоем по земле, а вонь от них ещё долго будет портить жизнь другим колонистам. Спасибо!
— Хороший способ расквитаться с жизнью и соседями! — хохотнул Дунай и получил от Костромы лёгонький тычок под рёбра.
— Народ, не расходимся, пока не отметим крайние точки расположения! — громко попросил всех Сочинец.
Но это уже не понадобилось. Пока мы отмечали те самые точки, со стороны нашего старого лагеря примчался целый рой красных огоньков. Они опустились на положенные им места, обозначив углы и центр расположения капсул. Вот только сами капсулы не спешили…
— СИПИН, а долго их ждать? — спросил я.
— Знаешь, сколько человек из вашей группы задало тот же самый вопрос? — ехидно поинтересовался инструктор.
— Подозреваю, что все до единого! — ответил я, ничуть не смутившись. — Но это не проблема вопрошающих! Это ты нам ничего толком не объяснил.
— Капсулы разогреваются около часа. Потом подъём. К сожалению, поднимаются они всегда на заданную высоту. А это очень высоко, знаешь ли!..
— Почему? — удивился я. — Тут же лететь-то всего ничего…
— Потому что это автоматика! — ответил СИПИН. — А поднимаются они высоко для того, чтобы ни с чем не столкнуться во время полёта.
— И какова это высота? — задумчиво уточнил я.
— Девять тысяч триста сорок метров над уровнем моря, — ответил СИПИН.
— Значит, самая высокая гора на планете — примерно девять тысяч триста метров?.. Понятно! — обрадовался я.
— Вано, вот зачем ты лишаешь себя радости новых открытий? — расстроился СИПИН.
— Я не собираюсь заниматься ни скалолазанием, ни покорением самых высоких вершин! — ответил я. — Если не получится оставить внукам фауну, так хотя бы эту сомнительную радость не буду у них отнимать.
Тем временем Сочинец на месте не сидел. Он активно собирал новичков на новый совет, где (не опять, а снова!) должна была решаться их дальнейшая судьба. Впрочем, на собрание народ шёл спокойно, без суеты. Все уже понимали, что это простая формальность.
Собственно, со всеми вопросами управились, пока наши капсулы разогревались. А когда они пошли на взлёт, собрание уже завершилось — а СИПИН радушно заявил о расширении нашей группы. Правда, нумерацию оставил прежнюю. А ещё посоветовал придумать себе название.
Чем, само собой, никто заморачиваться не стал. Потому что — ну вот честно! — какая нам разница, как называться, если крыши над головой нет? А у большей части группы в ближайшее время и не предвидится…
Вообще наше благоустройство вызывало много вопросов. В том числе, один, который лично меня очень сильно волновал: из чего строить дома и стены? С чем я и подошёл к костру, у которого уже расположился постоянный состав управляющего совета. Сочинец, Дунай, Кострома, Чемодан — ну и я. А ещё к нам присоединился грустный «панда» Дмитрий.
Ну и один из сторонников предыдущего лидера «пришлых» подтянулся. Высоченный, как каланча, молодой парень Влад. Собственно, один из тех шести, кто вышел нам навстречу при первом знакомстве: с оружием и решительной мордой лица.