Целитель. Том 1 (СИ)

Лютый на месте сидеть не стал, поднялся, вышел из беседки. Поправил пальто.
Образ сразу изменился. Сейчас, когда он стоял, я увидел, что он выше всей нашей троицы. Рост у него под метр девяносто. Одежда дорогая, это сразу видно. Рубашку ещё белую напялил, брюки выглажены, со стрелками. Жилетку надел под пальто. Ботинки начищены и блестят.
При этом он не выглядел слабым. Совсем. Грудь накачанная, рубашка её облепляет. Плечи широкие. На кулаках — костяшки сбитые. Да и сами кулаки — пудовые. Смотришь на них и понимаешь, что силы скрывают много.
— Ба, какие люди! — первым заговорил Игорек. — Век бы не виделись! Чего приперся, дружище?
— И я тебя рад видеть, Игорь, — невозмутимо ответил Лютый. — Думаю, ты знаешь, по какому я делу. Срок подошёл к концу. Что решили? — посмотрел он на Петра, игнорируя меня.
— Если отстанешь от парней, уйду к тебе, — заявил Петр.
— Оу, — покосился я на него, — Петя, ты чего? Был же разговор. Дай я сам с этим вашим дружком поговорю. Так ты Лютый, значит? — вышел я вперед.
Парень перевёл взгляд на меня и посмотрел несколько удивленно-высокомерно. На фоне него я и правда блекло смотрелся. Голову пришлось задирать.
— Ты Олег, — сказал он утвердительно. — А я, да, Лютый.
— Лютый, Лютый... — повторил я эхом, подходя ближе.
Чуть ли не понюхал его. Что-то было в этом парне странное.
— Ты смерти ищешь? — спросил он удивленно, покосившись на меня как на спятившую блоху.
— Да что-то от тебя смердит... — ответил я.
Лютый вскинул бровь, изучая меня с каким-то болезненным интересом. Я тоже его изучал. Начиная подозревать, чем пованивает. Рожки-то в виде татуировки над рубашкой не простые торчали.
— Петр, что с твоим другом? — обратился к нему Лютый. — Он спятил?
— Ты его лучше не зли, — серьезным тоном заявил Игорь.
— Не злить? — недоуменно переспросил парень, снова посмотрел на меня и рассмеялся. — Выглядит он очень грозно, с этим не поспоришь.
— Внешность обманчива, — пожал я плечами. — Вот ты, в одежде дорогой, выглядишь хорошо, а гнида гнидой.
Терпение Лютого закончилось, и он меня рукой за горло схватил. Да так, что приподнял. Дури в нем немеряно.
А мне только этого и надо было. Я тоже рукой его схватил. За верхнюю пуговицу рубашки. И когда Игорек подскочил справа, вклиниваясь между нами, а Петр — слева, дернул со всей силы.
Растащить-то нас растащили, но своего я добился. Порвал рубаху, обнажая то, что под ней — уродливую татуировку в виде черепа, с пустыми глазницами и рогами. Рот в районе пупка был, выбивался из общего вида, закручивался в спирали.
Петр и Игорь между нами встали. Лютый посмотрел на свою рубашку порванную. Медленно перевёл взгляд на меня.
— Парень... — сказал он мне. — До этого момента я ничего не имел против тебя лично...
— Да плевать как-то, — похрустел я шеей.
— Ты безумен, — ответил он. — Но у меня есть предложение. Если пойдешь ко мне на службу, прикрою от всех.
— У меня тоже есть предложение. Как насчёт пари? Петр, Игорь, только вы отойдите в сторону, дайте я с этим... этим... — приличных слов не нашлось, а до ругани опускать не хотелось. — Сам пообщаюсь.
Пока парни не опомнились, я протолкался между ними и встал напротив Лютого.
— Пари очень простое, — сказал ему. — Давай один на один драться. У тебя же заказ на меня? Так и разберись сам. Или боишься?
Лютый растерялся. Он видел перед собой слабака и не понимал, как я ему могу такое предлагать. Пользуясь этой растерянностью, я продолжил условия ставить.
— А спорить будем на следующее. Если я побеждаю — так ты отказываешься от заказа, любых претензий и сваливаешь. Не достаешь ни меня, ни парней.
Лютый улыбнулся, снял очки, сложил их и в карман убрал. Взял паузу, чтобы обдумать сказанное.
— В чем мой интерес пари с тобой заключать? То, что ты псих, я уже понял. Значит, не представляешь интереса. Придётся выполнить заказ и закончить эту историю. Жаль, конечно... — покосился он на Петра с Игорем. — Думал, что со своими старыми друзьями... — хмыкнул он. — Снова дела проворачивать начнем. Но, если они так не хотят... Остаётся только разобраться с тобой, — развёл он руками.
 
— Предложить мне тебе и правда нечего, — признал я. — Но тогда, как насчёт того, чтобы изменить условия? Спорим, что ты в скором времени убежишь отсюда, жалко скуля и подвывая?
— Олег... — позвал Петр.
Кажется, он решил, что я спятил.
Лютый тоже так решил. А ещё ему надоел этот разговор. Он решил закончить дело и побыстрее отделаться от придурошного меня. Это и Петр почувствовал, забеспокоился.
Но сделать ничего не успел.
В руке Лютого Масло густой кляксой сформировалось, вытянулось и в биту превратилось. Которой он махнул и меня по голове хотел ударить.
Единственное, что я успел, — руку выставить. Удачно... Прямо ладонью биту и поймал. Болью в тело отдалось, но схватить оружие я успел. Выплеск чистой Крови, и бита треснула, рассыпалась хрусталем на мелкие кусочки.
Не ожидавший этого Лютый пропустил мой удар. Я вперед шагнул и второй рукой вбил ему в грудь заряд чистейшей Крови. Это для обычного человека Кровь — благо. А для нежити не лучше кислоты.
От малой порции парня дугой выгнуло, он закричал от боли. Татуировка на груди зашипела, волной пошла.
И да, произошло ровно то, чего я ожидал. Дух-паразит, что в теле сидел, Крови испугался и на носителя волну жути нагнал. А там уже сам Лютый, потеряв над собой контроль, отползать начал, а как отдалился — вскочил и побежал, спотыкаясь.
Так и закончилась эта битва.
* * *
Схватив Петра за руку, Игорь нервно прошипел.
— Кто это такой, черт возьми?!
— Не знаю... — отдернул руку Петр.
После того как Дарвин сбежал, Олег заявил, что пора домой идти, темно уже. Ушли. Дома парень в душ отправился, а Игорь Петра на кухне зажал и вопрос задал.
— То он ночью непонятно с кем дерется, то Лютого в бегство обращает! — продолжал сокрушаться Игорь. — Это ненормально! А ты видел его лицо? Ему ноги ломать пришли, а он даже не испугался! Смотрел так, будто в сотне драк побывал! Ты можешь это объяснить мне?!
— Успокойся, — раздраженно бросил Петр. — Сам не понимаю...
— Ты либо реально сына князя приютил, либо я ничего не понимаю в жизни, — Игорь отошёл и плюхнул на стул. — Дерьмо, дерьмо, дерьмо... Что делать-то теперь будем? Ты ведь не поверил, что Лютый больше не объявится?
— Нет, — качнул головой парень. — В следующий раз с толпой заявится. Как бы чего нехорошего не вышло.
— Нехорошего! — передразнил с издевкой Игорь. — А знаешь, я теперь не за Олега боюсь! За всех нас! За всю Москву! Демон это, а не человек! Вот увидишь, он себя ещё покажет!
* * *
Когда из ванной вышел, встретил двух настороженных парней, которые глядели так, будто я на них сейчас наброшусь и покусаю.
— Я спать, — сказал им.
На что Игорь от возмущения рот открыл, но было поздно. Я прошёл мимо и завалился на диван. Устал. Кровь вне Источника удерживать требует больших усилий. Сейчас-то можно отпустить, но сил всё равно много потратил.
Да и объяснять ничего не хотелось. Не потому, что я злой такой, а потому, что некоторые вещи не объяснить. Точнее, можно, но тогда сразу всё рассказывать надо. И про прошлую жизнь, и про уничтожение мира, и про бога смерти, и какая судьба ждет здешнее человечество.
У Лютого ведь не обычная татуировка. Это метка. В которую заключен дух-паразит. Я про такое только слышал. Рассказывали, что в начале войны, когда прокатилась волна диверсий, людей атаковала не только нежить... но и другие люди. Предатели рода человеческого. У некоторых из них находили характерные татуировки, с тематикой смерти. Поэтому мне сразу группировка черепков и не понравилась. Сегодня же я наглядное доказательство увидел, что это не просто шпана уличная, а будущие предатели.