Внук Дьявола

Дебора нерешительно остановилась в дверях кухни.
– Мне нужно с ним поговорить! – крикнула Лейни.
– С Колли?
– Дьявол считает, что Колли мертв. А если он прав? Если я его никогда больше не увижу? Тогда все будут довольны, верно?
Она принялась колотить кулаками в стену.
– Я никогда не желала его смерти, – возразила Дебора.
– Мама, – Лейни перешла на шепот, – я старалась возненавидеть его. Но я не могу.
– Я же не просила тебя его ненавидеть.
– Ты не хочешь, чтобы мы были вместе.
Дебора не ответила, но по ее печальному лицу Лейни могла бы увидеть, что не ошиблась.
– Так было бы проще. Я боюсь его.
– Не надо, мама. Не надо бояться Колли. – Слова матери изумили Лейни. Какие бы противоречивые чувства она ни испытывала к Колли, к ним никогда не примешивался страх. – То, что он сделал, ужасно. Но он не такой, как говорят Белла и Эбби. Он же не хотел убивать папу. Он только защищался.
Впервые она произнесла вслух эти слова. Вдруг она поняла, насколько нелепа причина, заставившая ее враждебно относиться к Колли на протяжении трех лет.
Дебора приблизилась к дочери.
– Теперь это все не имеет значения. Джон умер. Может быть, ты простила Колли, но сможешь ли ты забыть?..
Лейни отшатнулась.
– Не знаю. Смогу ли я смотреть на него и видеть маленького колдуна, а не папу – на полу, в крови? Не знаю. Но я не могу полюбить другого. Что же мне делать?
– Мне нечего тебе сказать, дочка. Я не могу больше противиться неизбежному. Я с самого начала, с первого раза, как увидела вас вместе на реке, поняла, насколько сильно то, что связывает вас. И я испугалась. Мне казалось, что ты найдешь кого-то другого, против кого Джон не станет возражать, но видела, что надежды мои бесплодны.
– Мама, я старалась.
Дебора отбросила черную прядь Лейни со щеки.
– Я знаю, родная. Ты заставила себя поверить, что Колли намеренно убил Джона, потому что таким образом ты могла возненавидеть его. Но ненависть поглотила тебя целиком, как прежде любовь. И у тебя не оставалось душевных сил, чтобы обвинять себя. Но винить некого, Лейни. Я любила Джона, но хорошо знала, каким он становился, когда вспоминал гибель Бет.
– Мама, это невыносимо, когда весь город говорит о нем то самое, что я о нем думала все эти годы. – Она умоляюще взглянула на мать. – Послушай, я хочу сказать тебе, что Колли мог убить Престона. Когда ему что-то надо, он ни перед чем не остановится.
Дебора тихо вздохнула.
– Да, это правда. Дьявол может быть доволен. Он добился того, чего хотел, когда воспитывал в Колли жестокость. Он не в состоянии причинить зло тебе, но другому… Тому, например, кто попытается украсть тебя у него… Они говорят, что он дикарь. Они все тоже боятся его.
– Но он не убивал Престона, – упрямо сказала Лейни. – Он мог бы его убить, но в открытой драке. А потом не стал бы скрываться. Он дал бы себя арестовать. Он не стал бы прятать тело в колодце. – Голос ее задрожал. – Так где же он? Я не верю, что он умер. Послушай, мама, если его найдут, что с ним будет?
Колли выбрал именно это место для укрытия, потому что знал: никому, в том числе Дьяволу, не придет в голову искать его здесь. Ему требовалось время, чтобы поразмыслить о том, что сделано, и решить, что делать дальше.
Ночь была жаркая, ветер не колыхал кроны деревьев. Колли провел здесь трое суток и не слышал ни единого звука, кроме жалобной песни козодоя да стрекотания сверчка в стене.
Наверное, снаружи было прохладнее, а земля не могла быть жестче пола, на котором он ворочался, стараясь заснуть, но стены давали ему ощущение безопасности. Слишком тяжела была борьба с собой, которую он вел все это время.
И еще по одной причине он выбрал своим убежищем именно этот заброшенный дом в конце Мартин-Холлоу-роуд. Здесь жила и играла Лейни. Когда-то этот дом принадлежал Джону Торну, потому никто не придет сюда в поисках Колли. Здесь и только здесь он сможет найти ответы на многие вопросы.
«Лейни, прости меня», – мысленно молился он, глядя на потемневшие от времени стены.
 
Как он позволил себе настолько потерять голову? Он оказался именно таким, каким она, по-видимому, считала его. Таким, каким желал сотворить его Дьявол. Он совершил страшное деяние, отдавшись на волю самых темных мужских страстей – злобы, похоти, ревности.
Но ведь существует любовь. Он любит Лейни, и она когда-то любила его. Это никоим образом не оправдывает его, но хотя бы удержит от самоубийства.
«Так жить нельзя. Мне безразлично, как поступит Дьявол, и пусть весь мир катится в ад вместе со мной. Но мне нужно помириться с тобой, Лейни Торн».
– Что такое? Колли нашли, да? Нет? – завопила Лейни, едва Уэй показался на пороге кухни в среду утром.
– Не надо истерики, Лейни. Я должен задать тебе несколько вопросов, только и всего. – Уэй кивнул на распахнутую дверь, приглашая Лейни выйти на залитое утренним солнцем крыльцо. – Ты можешь мне не отвечать, но тогда тебе придется ответить Джеймсу и частному детективу из Нэшвилла, которого он нанял. Я приехал затем, чтобы предупредить тебя.
– О чем предупредить? – Она посмотрела на него с недоумением.
– «Ягуар» обыскали. Ничего особенного не нашли. На заднем сиденье лежали чемоданы Престона; по-видимому, он собрался уехать с фермы. А в отделении для перчаток был ключ. На бело-голубой ленточке.
Лейни словно обожгло кипятком. Значит, Уэй знает.
– Ты дала ему этот ключ?
Она тупо кивнула.
– Я знаю, для чего. – Он отвернулся, чтобы случайно не встретиться с нею взглядом. – Объяснения мне не нужны. Я только хочу знать, когда.
– В субботу.
Уэй сокрушенно кивнул.
– Это… Это плохо.
– Почему?
– Потому что это означает одно: ты видела его последней.
Нервным движением Лейни убрала прядь волос за ухо.
– Разве меня можно обвинить на этом основании?
– Нет – если он вышел из «Магнолии» целым и невредимым.
Лейни не могла говорить; стыд душил ее.
– Лейни, скажи мне, что он был жив и здоров, когда вышел отсюда.
Внимательные глаза Уэя читали раскаяние на ее лице.
– Думаю, да. Я спала.
– Он даже не разбудил тебя, уходя? – очень серьезно спросил Уэй.
Теперь придется говорить правду.
– Он прислал бутылку джина, и я напилась. Я почти не помню, что было в ту ночь.
Щека Уэя непроизвольно дернулась.
– Тогда понятно.
– Что тебе понятно?! – взорвалась она. – Ну да, ты был прав. Ты предупреждал, как погано я буду себя чувствовать после этого.
Уэй долго не решался задать следующий вопрос.
– А где был Колли в то время, как ты находилась в постели с Престоном?
– В моем сердце, – прошептала она с отчаянием. – В сердце…
Уэй вздохнул и опустился на плетеный стул.
– Лейни, родная моя, ну что мне с тобой делать? И как нам объяснить этот ключ в его машине?
– Это моя проблема.
– Да, знаю. – Уэй резко поднялся на ноги. – Покажи мне комнату. Прямо сейчас, пока частный детектив еще не узнал от шерифа про ключ. Сам по себе ключ ничего не доказывает: мало ли откуда он у Престона. Мы что-нибудь придумаем. Но надо убедиться, что в комнате не осталось улик против тебя. Тетя Дебора не переживет, если эта история выплывет наружу.
Он прав. Мама не должна ничего узнать.
– Идем, Уэй.
Она всегда любила эту комнату в конце коридора, но в этот раз ей не хотелось входить туда.
Увидев засохший букет роз на столике возле кровати, она отвернулась.
Уэй же не колебался. Он внимательно осмотрел свежезастланную постель, столик, ковер на полу.
– Тут ничего не изменилось с тех пор, как ты вышла отсюда?
Лейни покачала головой.
– Он отсюда ничего не забрал?
– Нет.
Уэй открыл платяной шкаф, и полупустая бутылка ярко сверкнула в солнечных лучах.
– Ого! Неужели ты столько выпила, ожидая Престона? Ты хоть что-нибудь помнишь?