Катастрофа в две полоски (СИ)

Б-р-р! Какой неуютный и сканирующий взгляд!
И только я собралась сделать шаг, обойдя странного мужика стороной, как он выпалил:
– Замри!
Что?
Это он мне?
Это я должна замереть?
Что за несусветная наглость?!
Хотя мозг протестует, а ноги безоговорочно повиновались.
Я перевожу взгляд с незнакомца на смеющегося Костю и обратно, но сдвинуться с места даже не думаю.
– Что происходит? Вы кто? – выдаю наконец-то возмущенно.
– Знакомься, Валерия, – отвечает мне Костя, – это наш фотограф Миша. Странный беспардонный тип, но фотограф от Бога. Вместо глаз два объектива, вместо мозгов кнопка затвора.
Хы-ы-ы.
А чего этот ваш “фотограф от Бога” Миша сейчас пялится на меня? Отступает на пару шагов, делает из пальцев “кадр”, щурится, морщится, что-то примеряет “на меня” и выдает:
– Да она же идеальная замена, Костян!
Что? Какая еще замена?!
  
Глава 14. Лера и Мирон 
 
Лера
– Нет, нет и нет! – топнула я ногой.
– Лера!
– Валерия, ну, что вы упрямитесь?!
Дело было десять минут спустя после встречи с “фотографом от Бога” в коридоре у лифтов.
Я, спрятавшись за массивный рабочий стол своего нового кабинета, куда из коридора бежала быстро-быстро, сматываясь от преследователей с “идей-фикс”, стояла и отбивалась, как могла, от увещеваний троих мужчин.
Ну, ладно, двоих!
Костя смотрел на воодушевленных общей идеей Мишу и Стаса, скептически выгнув бровь. И явно их общего ликования не разделял. И это еще Мирон не приехал! Думаю, узнай он, что эти два брата-акробата задумали, вообще разорвал бы в клочья со злости. Ну, где я, а где модели?!
– Вы практически копия модели, сделка с которой сорвалась! – уговаривал Стас. Он, кстати, креативный директор на фирме Мирона. И появился здесь в качестве тяжелой артиллерии в поддержку Михаила.
– Я сказала, что я не хочу в этом участвовать.
– Да почему? – разводил руками горе-фотограф. – Ты видела свое фактурное лицо? А руки? Да они созданы, чтобы их фоткать на обложку каталога! Я уже представляю, как потрясающе в кадре будут смотреться кольца из новой коллекции на этих изящных пальчиках!
– Я не буду сниматься для журнала!
– Так это не только для журнала.
– Тем более не хочу сверкать своим лицом на баннере, на каждой второй остановке города!
– Грех прятать такое шикарное лицо.
– Лицо мое, что хочу, то с ним и делаю! – упрямо сложила я руки на груди, прямо встречая взгляд разочарованного Миши.
– Замечу, что я тоже считаю это провальной идеей, – вступил наконец-то в спор молчавший до этого Костя. – Мир не одобрит.
– Ну, у Мирона не так много вариантов, – фыркнул совершенно по-девчачьи Станислав. – Ты видел моделей, портфолио которых у нас? Косые, кривые, страшные и совершенно не вписывающиеся в концепцию нашей рекламной компании.
– Значит, надо менять рекламную компанию!
– За пару дней? У нас презентация на носу! Ты финансовый директор и лучше любого из нас знаешь, в какую это встанет “копеечку”.
– Значит, ищем модель, которая впишется.
– Так нашли уже! – выдает Михаил, снова щелкая фотоаппаратом, который притащил с собой сразу же, как только начиналась вся эта заварушка. Уж зачем? Не знаю. Наверное, хотел сделать пару “пробных” кадров и убедить меня, что я дамочка фотогеничная. И это да!
Но!
Было много “но”. Во главе которых маршировало “мне на фиг такой популярности не нужно”!
– И все равно взять в качестве главного лица коллекции Валерию – не самая лучшая идея. Она не профи, без обид, – добавляет Костя, поворачиваясь ко мне.
Я начинаю активно, как китайский болванчик, кивать.
– Я вообще-вообще не профи!
– Много ума не надо, стоять и улыбаться. Я тебя всему научу, – не сдавался Миша. Отчаянный, однако, парень. Симпатичный, но упрямый, как баран!
– Да вы понимаете, что Троицкий, даже если вы сделаете эти кадры, не пропустит их? Он попросту не одобрит, зарубит вам эту “компанию”, и мы поимеем только потерянный съемочный день и деньги, потраченные на аренду студии. Ах да, еще потрепанные нервы и знатный пинок под зад за свою инициативность! – кажется, Костя начинал закипать.
 
–Да он, когда увидит ее на готовых фотографиях, нам еще “спасибо” скажет! Ну, вот смотри, – подлетел ко мне Стас, прикладывая к лицу какую-то бумажку.
Я пытаюсь пятиться, но меня уверенно хватают за локоть, останавливая.
– Ну, идеально же!
Краем глаза я понимаю, что это “бумажка” – фотография. Видать, снимок из портфолио той самой модели, которая у них “сорвалась”.
Ну да, есть у нас что-то неуловимо схожее. Форма лица, пухлые губы и темные волосы. Но не настолько уж я ее клон, чтобы так убиваться, доказывая, что именно я им и нужна! Да сейчас куда не плюнь, каждая вторая похожа на эту дамочку.
– Стас…
– Костя! Ну что ты упрямишься?
– Троицкий будет в бешенстве.
– Мы Троицкому спасаем пару дней простоя и пару сотен тысяч, которые он потеряет, пока будет искать новую модель. А тут вот она, конфетка!
– Э-э-эй! – возмущенно выдала я. – Вообще то я сказала – нет, о чем вообще может быть речь?
– Мы ее накрасим, – словно не слышит меня этот самоуверенный Стас, – приоденем, хотя я думаю, даже ее красное платье смотрелось бы в кадре просто огненно! Да, Мих?
– Именно!
– Позы покажем, в кадр поставим, все условия создадим. Конкуренты потом слюни будут пускать на наши каталоги и локти кусать, не понимая, где мы раздобыли такой фактурный вариант с личиком молодой прекрасной богини.
М-м-м, богиня? А вот это уже прия-я-ятно, это уже как мед в уши и патока на сердце. Греет.
Так, стоп, Совина!
Не растекаться счастливой лужицей!
Какие на фиг фото?! Какой к черту каталог?!
– Я отк…
– Думаешь, надо попробовать? – перебивает меня Костя, с сомнением разглядывая мое лицо. Будто первые раз видит. Будто это не с ним мы почти час проторчали в ресторане.
Подождите, он что, сейчас сказал “надо попробовать”?
В смысле, попробовать?!
Неужели мой единственный человек из группы поддержки сдался?
Наверное, пора снова падать в обморок. Вот только прокатит ли такая “фишка” второй раз?
Объективно оценив ситуацию и представив себе эту картинку, понимаю, что нет. Не прокатит и даже, более того, будет выглядеть глупо и до ужаса абсурдно.
Поэтому набираю в легкие побольше воздуха и, чуть повысив голос, выдаю:
– Я думаю, что вы забыли спросить мое мнение! – шипя сквозь зубы, скидываю со своего локтя загребущую руку Стаса и отступаю. – Я сюда устроилась личной помощницей Мирона Александровича, но никак не моделью. Ты… вы же сами сказали, что я не профи, у меня не то что нет образования модели, даже и намека на него нет! Какое тут может быть «попробовать»?
– Лера, – примирительно поднимает руки Костя, – я тоже, как ты заметила, считаю это странной и вообще идеей завиральной.
– Но?
– Но ты могла бы нам очень сильно помочь. У нас реально патовая ситуация. Через неделю, в следующую пятницу, презентация новой коллекции, и она совмещена с благотворительным вечером у фонда, с которым Мирон уже много лет сотрудничает. С продажи этих изделий мы могли бы заработать хорошие деньги и большую часть из них отправить в этот самый фонд.
Блин, ну, нет же, это запрещенный прием – давить на жалость! С нами женщинами, хрупкими, сочувствующими и нежными созданиями, так нельзя! Мы сразу же отметаем все законы логики и здравого смысла и бросаемся очертя голову в омут под названием “жалость”.
Черт!
– Это жестоко! – выдала я пыхтя.
– Что именно?
– Так ты согласна?
Выдали одновременно Костя и Миша, думаю, кому какая фраза принадлежит понятно и без лишних слов. Первый в удивленно заломил бровь, а второй чуть ли не скакал от радости. Вот что значит: человека хлебом не корми, дай поработать.
– Мирон меня уволит за это! Еще и с позором  в первую же рабочую неделю!